не хочешь узнать? Я не просила быть моей свахой. Моя личная жизнь не требует помощи, поверь. — Я обиженно поджала губы, откровенно высказавшись.
— Сестренка, эй, ну ты чего? — Брат подвинулся ко мне ближе, а затем по-дружески обнял. — Я давно знаю Тимура. Он хороший, честное слово. А тебе давно пора замуж. Сколько ты еще будешь в девках ходить, тридцатка ведь не за горами, — без злобы в голосе произнес Ванька, но я все равно разозлилась.
— Двадцать пять мне только. Какая тридцатка, Вань? Да и не хочу я пока замуж. Что там интересного?
— А ты сходи и узнаешь! Может быть, тебе понравится и потом еще будешь мне благодарна за счастливую семейную жизнь, — отозвался братец, вызывая на моем лице подобие улыбки.
— Ванька, не знаю, что ты там куришь, но отсыпь и мне. Хочу тоже, чтобы так «перло». Подумать только, мы едва знакомы, а ты уже нас поженил, — раскатистым смехом залилась, сотрясая плечи, то ли от холода, то ли от смеха.
— Ладно, сестренка, пошли в дом. Замерз я что-то на этом балконе, — братец заметно поежился и направился в сторону выхода. — Ты не идешь?
— Нет, покурю еще одну. Если не трудно, принеси мне что-нибудь накинуть на плечи, тут и правда холодно, — Ваня согласно кивнул головой и удалился в скором времени.
Задумчиво погрузилась в свои мысли, не торопясь прикуривать следующую сигарету. Эдик. Как же так? Разводится? И почему я не верю ему? Хотя, кого я обманываю? У меня, безусловно, есть причины не верить. Сколько раз он уже разводился? Сколько раз говорил, что больше не может жить со своей женой под одной крышей? И каждый раз его что-то останавливало: дети, бизнес, совместное имущество, родители. Оправданий было много, и я во все безапелляционно верила. Верила и ждала. Сколько? Кажется, всю жизнь, а по факту месяцев десять. Но эти десять месяцев были безумием. Я столько раз себя ругала за связь с женатым мужчиной, что уже сбилась со счета. И, вроде бы, успела свыкнуться со второстепенной ролью в жизни любимого человека, как этот самый человек в один день заявил о своем уезде. Переезд в другой город в связи с открывшимися возможностями по работе.
— Я принес «что-то накинуть на плечи», — пронесся низкий грудной голос прямо над моим ухом.
Горячие дыхание опалило мою шею, пока мужчина с особой заботой накидывал на меня пиджак, пахнущий дорогим одеколоном. Обернулась и зависла от неожиданности. Тимур расположился сзади и немного задержал руки на моих плечах, специально затягивая с одеванием. А затем он склонился надо мной и потянулся рукой. И тогда мужская ладонь невзначай коснулась моего бедра, задержавшись на несколько секунд. Я опешила от происходящего, пытаясь отрицать столь скорый ход развития событий. И даже не сразу поняла, что мужчина просто пытался достать из кармана своего пиджака пачку сигарет. И мы закурили, вместе, наслаждаясь тишиной. Я стояла к нему спиной, ощущая на волосах его дыхание. Мужской подбородок, кажется, касался моей макушки, а бедра едва не упирались в ягодицы.
— Тебе понравился торт? — Неожиданно его тембр завладел моим вниманием.
— Очень, спасибо, Тимур, — как-то слишком слащаво произнесла я, будто смакуя каждую букву его имени.
— Это хорошо, — ответил мужчина шепотом.
Сколько мы простояли на этом балконе? Минуту, две? Я понятия не имела, не считая времени. От этого мужчины исходило такое спокойствие, не сравнимое ни с чем. С ним просто было приятно молчать и стоять рядом, вдыхая его запах. Терпкий, бодрящий, с нотами древесины и чего-то таинственного, но такого притягательного.
— Эй, ребята, вы решили заморозить друг друга на этом балконе? — Нашу идиллию нарушил голос Ваньки, который ворвался на балкон, словно шторм, едва не сбив с ног Тимура.
Мы одновременно обернулись, застывши с глупым выражением на лице.
Удивительно, но, когда Тимур присоединился к моему гордому одиночеству, я не услышала и шороха. Ни звука открывшейся двери, ни скрипа половиц под ногами, абсолютного ничего, пока его горячее дыхание не опалило мою шею. Значит, это Ванька снова поработал местной свахой, прислав своего друга принести мне пиджак?
— Поехали в кино или пиццерию? А то я что-то заскучал в гостях, выходной же, — предложил братец и мы с Тимуром одновременно кивнули головой в знак согласия.
Остаток вечера был проведен в веселой компании. Сначала поход в пиццерию, а затем на последний сеанс кино какого-то блокбастера. Тимур все время проявлял внимание и заботу. Он открывал передо мной все двери, которые встречались на пути. Отодвигал стул перед столом, помогал снять и надеть полушубок. Мои глаза сонно слипались за просмотром зарубежного фильма. Как я не пыталась бороться с закрывающимися веками, все равно погрузилась в сладкую дремоту. И какого же было мое удивление, когда обнаружила себя спящей на мужском плече. Тимур одной рукой обнимал меня для удобства, а другой — гладил непослушные локоны. Я открыла глаза, а затем снова зажмурилась, боясь смотреть на него.
Но он, будто бы, почувствовав мое пробуждение, лишь заметно улыбнулся:
— Выспалась?
— Нет, — ответила я, сморщив нос.
— Тогда еще поспи, до конца фильма минут двадцать, — его спокойный тон подействовал на меня успокаивающе и я снова заснула под фоновые звуки.
Второе пробуждение не было таким смазанным. Я резко отстранилась от мужчины, занимая вертикальное положение в кресле. Оглянулась по сторонам и поняла, что в кинотеатре, кроме нас, никого больше не было.
Мои брови удивленно поползли вверх:
— Почему мы в зале одни? Никому не понравился фильм, да?
— Нет. Очень понравился. — Улыбнулся Тимур.
— Тогда почему все ушли?
— Потому что сеанс закончился, — мужчина взглянул на наручные часы с подсветкой, а затем продолжил. — Пятьдесят минут назад.
— Ого? — Мелкие морщинки собрались в складочки на моем лбу, когда я осознала произошедшее. — То есть, ты спокойно сидел целый час, пока я спала на твоем плече? Ну, ладно, допустим. А, как же нас не выгнали из зала?
— У меня есть свои методы, — подмигнул мужчина, а затем склонился ко мне, вдыхая запах моих волос. — Все время хотел спросить, что за шампунь? Ты пахнешь чем-то сладким, будто в детстве любимые пирожные.
Я зависла в прямом смысле слова. Он
