Могильный в качетве правого крайнего подходил бы мне ну просто идеально.
Всего же помимо меня и Могильного на драфте выбрали 15 хоккеистов из СССР. Из них аж троих из Автомобилиста. Бякина в четвертом раунде забрали Рейнджерс, Игоря Лукиянова выбрал Ванкувер а Стаса Виноградова в самом конце, под общим 234 номером задрафтовал Квебек.
После окончания церемонии я полностью вымотанный поехал в гостиницу, завтра нужно было встретится с одним из помощников Феррела, Скотом Брауном, который должен был помочь мне с лекарствами для Кати а еще через день у меня уже был самолёт в Москву.
Правда сразу отправиться спать у меня не получилось. В холле отеля меня уже ждала давешняя журналистка.
— Поздравляю с первым номером и требую интервью, тем более что ты обещал, — сказала она.
— Спасибо, — ответил я. И раз обещал то сделаю. Только давай в моём номере.
— Конечно.
Глава 4
— Куришь? — спросила меня Ребекка через пару часов. Я отрицательно мотнул головой.
— Нет, я же хоккеист и вообще несовершеннолетний.
— Что-то ты над своим возрастом не думал когда снимал с меня лифчик, — сказала она.
Засмеялась, встала с кровати и не смущаясь наготы прошла к креслу где лежала её сумочка. Затем она достала оттуда сигареты, зажигалку и блокнот с карандашом. Закурила и совершенно естественным образом села и открыла блокнот.
— Ты всерьез собралась меня интервьюировать в таком виде? — удивился я.
— Да, а что? Тебя это смущает?
— Не то чтобы очень, просто странно.
— А мне нравится. Ты далеко не первый игрок Норт Старс у которого я беру интервью. Вы мальчики становитесь очень интересными собеседниками после того как натрахаетесь. Ну те из вас что не засыпают, сразу же.
— Интересно. Значит я твой очередной трофей?
— Можно и так сказать. Есть у меня страсть к хоккеистам, особенно к таким красавчикам как ты. Ну так что, приступим?
Пожалуй это было самое странное интервью которое я давал за две свои жизни. Особенно учитывая то что вопросы Ребекка задавала вполне обычные, ничем не отличавшиеся от тех что десятками задают на пресс конференциях или в блиц интервью.
Кроме, пожалуй, личной жизни. Этому она посвятила достаточно много времени.
В итоге на всё про всё ушло где-то часа полтора а потом мы снова занялись более интересными вещами.
На утро она чмокнула меня в щеку и упорхнула даже не позавтракав. Мы только и успели что обменяться телефонами. Вернее это она дала мне свой и взяла обещание что я позвоню как только прилечу в Миннеаполис.
Я же заказал завтрак и газеты в номер и позвонил в соседний номер Коле Смирнову. Тот постучал в дверь моего номера уже через пару минут.
— Ушла твоя американка? — спросил он с порога. Вернее это был даже не вопрос а скорее утверждение.
Я кивнул и Смирнов продолжил:
— Ох Сашка, Сашка, доведут тебя кабаки и бабы до цугундера. Ни одной юбки не пропускаешь.
— Что поделать, — развел я руки, — оно как-то само собой выходит.
— Вот что голубчик, а перескажи-ка мне весь свой вчерашний вечер и ночь. Интимные подробности можешь опустить, конечно. Мне они без надобности.
— Да пожалуйста, — ответил я и подробно пересказал Смирнову всё о чем ты с Ребеккой разговаривали.
Тот в ответ удовлетворенно кивнул.
— Чёкнутая искательница приключений, вот кто она такая, — подвёл он итог, — я было заподозрил что её тебе подложили, уж слишком она резво к тебе на шею прыгнула, но нет. Да и зачем тебя вербовать, сбегать ты не собираешься. Так что про эту дамочку я в Москве промолчу.
Пока мы с ним разговаривали принесли завтрак, я заказал сразу на двоих, хотя и был уверен что Смирнов поел. Но всё равно он не отказался от хорошей такой кружки капучино и пары тостов с лососем. В Канаде, да и во всей северной Америке с красной рыбой сейчас дела обстоят сильно лучше чем у нас и Коля не отказал себе в удовольствии насладиться слабосоленым лососем.
Мне же достался намного более сытный завтрак из тостов, яичницы, с беконом, сосисок, стакана апельсинового сока и всё того же каппучино.
Вылет обратно у меня был назначен на вечер и сейчас нужно было встретится с одним из администраторов Миннесоты, забрать у него лекарства и передать деньги за них.
— Жмоты какие-то, — сказал Смирнов когда я озвучил ему планы, — могли бы всё сделать за свой счёт а не требовать со своего новичка деньги. Врят ли ты бы их разорил.
— Не разорил бы, это точно, — усмехнулся я, — может и стоило их попытаться прогнуть в этом вопросе, а может и нет. Это хреново когда ты сразу в глаза лезешь своему будущему работодателю. А я и так у них в долгу получается. Без помощи Норт Старс хрен бы так быстро получилось бы достать этот гребаный гормон роста и провести легально. Так что и на этом спасибо.
— Может ты и прав, — отозвался Смирнов и погрузился в чтение утренних квебекских газет. Было у него такое хобби, я это еще по Нью Йорку заметил.
— Когда там у тебя турне по штатам? — спросил он отложив газету, — через месяц?
— Ага, примерно, — ответил я запивая тост капучино, — а что?
— Да на рекламу наткнулся, канадцы уже билеты продают на матч Автомобилиста с Канадиенс. Угадаешь кто на этой рекламе?
— А что тут гадать, — взяв из рук Смирнова газету я открыл её на нужной странице.
Там действительно красовалась моя физиономия. Притом надпись гласила что Автомобилист это первая команда игрока НХЛ, чемпиона Олимпийских игр и звезды советской сборной Александра Семенова.
Если со вторым и третьим заявлением я был полностью согласен то с первым пока что было всё не так однозначно. Драфт это конечно важно, возможно что на этом этапе он важнее всего остального. Но всё равно, обещать не значит жениться. Вот когда на контракте высохнут чернила, а лучше даже когда я выйду на лёд в зеленом джерси, тогда да. Можно будет говорить о переходе как о свершимся факте.
Самой церемонии и выбору команд были посвящены сразу две первые полосы газеты. Там я тоже был на первом плане. Местные журналисты проделали хорошую работу и дали мне развернутую характеристику, включающую в себя не только сухое перечисление статистических показателей и регалий но и то что за ними стояло. Сразу было видно что хоккей для канадцев это религия. Уровень, аналитики был не просто высоким а очень высоким.
И это льстило, если честно. Отношение североамериканцев
