Солнечные лучи, осветившие комнату Люси, разбудили Кэтти. Здесь ещё не повесили занавески, а утро было яркое и светлое. Кошечка блаженно потянулась, устроив лапки на солнечном пятнышке у самого шкафа, а потом выгнула спину и грациозно вышла из убежища.
Люси всё ещё крепко спала, завернувшись в одеяло, и Кэтти прыгнула на кровать, чтобы обнюхать девочку. Пахла она интересно: завтраком и солнечным светом. Кэтти потыкала холодным носиком ей в ухо, но девочка не проснулась, только пошевелила губами и перевернулась на другой бок. Одеяло дёрнулось, и встревоженная кошечка спрыгнула с кровати и уселась на ковре.
Как следует помыв ушки, Кэтти прошлась по комнате. Что-то изменилось, и она не сразу поняла, что именно. В воздухе появилось нечто новое, свежее.
Дверь была открыта!
Разумеется, перед сном Люси плотно её закрыла. Но поздно вечером к ней заходил папа. Тогда и кошечка, и девочка сладко спали, и никто из них не заметил, что папа не до конца прикрыл дверь, оставив как раз достаточную щёлочку, чтобы маленькая лапка любопытной Кэтти могла зацепиться за дверь и открыть её.
Кэтти высунулась из-за двери и осторожно пошла вниз по лестнице, сперва ставя на ступеньку передние лапки, и только потом – задние. Так непривычно! Спустившись, кошечка прогулялась по второму этажу, обнюхивая все двери. Она зашла в комнату Уильяма, но там на неё чуть не свалилась гора книг, которую она задела, и малышка пулей вылетела из комнаты. Она убежала на первый этаж, где обнюхала коридор и зашла в кухню.
Вся еда была спрятана в буфетах, но папа оставил на тумбочке буханку хлеба, и Кэтти её учуяла. Она села напротив тумбочки, глядя на хлеб и размышляя…
* * *
Люси проснулась, когда солнце осветило её кровать. Она сонно моргнула, пытаясь понять, почему ей радостно и страшно одновременно. Девочка села на кровати и вспомнила:
Кэтти!
Сегодня они обязаны рассказать о ней бабушке с папой и убедить оставить котёнка.
На подоконнике кошечки не было видно, так что Люси наклонилась, чтобы заглянуть в шкаф.
– Кэтти, – позвала она. – Кис-кис-кис!
Но маленькой мордочки не появилось, и сердце Люси быстро забилось от волнения.
– Где же ты? – пробормотала она.
Девочка спрыгнула на пол и поискала котёнка под кроватью, но там не было ничего, кроме пыли. В коробках Кэтти тоже не было, как и за книжным шкафом у двери.
Открытой двери.
Люси ахнула.
– Я её закрывала! – прошептала она. – Точно закрывала! О нет… – Люси побежала на цыпочках вниз по лестнице, чтобы не разбудить бабушку с папой, и ворвалась в комнату брата.
– Проснись! Проснись, Уильям! Ты видел Кэтти? Я не знаю, где она!
Уильям сонно посмотрел на сестру, моргая, как совёнок, взвизгнул и выпрыгнул из кровати.
– Куда она могла уйти?
– Тс-с! Не знаю, может, на кухню?
Уильям кивнул.
– Точно. На кухню.
Они быстро спустились на первый этаж, замирая каждый раз, когда под ними скрипела ступенька. Дом был старый, и дети ещё не успели запомнить, какие ступеньки лучше перешагивать.
– Папа нас услышит, – жалобно прошептала Люси. – Надо поскорее найти её и отнести ко мне в комнату.
Девочка опустилась на колени на кухонном полу и огляделась. Она впервые заметила, как много здесь укромных местечек, в которых может спрятаться котёнок. На стуле, под столом, за духовкой…
– А вдруг она залезла в стиральную машину? – ахнула Люси. – Я читала о таком случае.
Но в машине Кэтти не было. Её нигде не было. Люси обессиленно рухнула на пол.
– Больше ничего на ум не приходит. Окна же все закрыты?
Уильям кивнул.
– Ночью было холодно. Хотя… бабушка всегда спит с открытым окном.
По щеке Люси скатилась слеза.
– Может, через него она и выбралась… Ей не хотелось здесь оставаться. Кэтти ушла!
Глава восьмая
– Что на вас нашло? Почему вы подскочили в семь утра в воскресенье? – спросила бабушка. Она стояла на пороге кухни в домашнем халате. – Люси, ты плачешь! Что стряслось? – Бабушка обняла Люси и подняла её с пола.
– Мы её потеряли! – всхлипнула девочка, уткнувшись бабушке в плечо. Она уже не боялась раскрыть свою тайну. Какая теперь разница?
– Кого? – удивилась бабушка. За ней возникло озадаченное и всё ещё сонное папино лицо.
– Кэтти, – вздохнул Уильям и прижался к отцу. – Нашу кошечку. Люси нашла её в саду. Она жила у Люси в шкафу, а сегодня утром исчезла!
– Вы заперли котёнка в шкафу? – нахмурился папа.
– Нет, – покачала головой Люси, сдерживая рыдания. – Шкаф был открыт, а в нём лежали её кроватка и лоток. Она могла гулять по моей комнате. Мы не смогли оставить её в теплице – там дырявая крыша, а в четверг вечером шёл настоящий ливень!
Папа с бабушкой потеряли дар речи.
– Чем же вы её кормили? – сурово спросила бабушка.
– В основном бутербродами. Она любит курицу, – хлюпнула носом Люси. – Прямо как я. Мы откладывали для неё часть обеда, и она привыкла к нам. Мы надеялись, что Кэтти останется с нами, но сегодня она убежала. Наверное, выпрыгнула в твоё окно, ба. Другие были закрыты. – Люси плюхнулась на стул.
Бабушка подошла к плите поставить чайник, попутно стряхнув с тумбочки хлебные крошки и задвинув приоткрытый ящик.
– Надо выпить чаю, – покачала головой бабушка. – Котёнок в шкафу…
– Интересно, откуда же она взялась? – спросил папа. Он уже сидел за кухонным столом напротив Люси и держал на коленях Уильяма.
– Из переулка возле пекарни, – устало ответила Люси. – Там их было трое. Двух полосатых котят забрали в семью, а о чёрно-белой кошечке никто не позаботился. А потом она возникла у нас в саду.
– И ты назвала её Кэтти? Как мою кошку? – уточнила бабушка, вынимая кружки из буфета.
– Ты сказала, что она тоже была чёрно-белой. И имя такое милое… Самое то.
– Боже мой, – вздохнула бабушка. – Может, она слишком дикая, чтобы жить в доме. Если она раньше не общалась с людьми…
– Она не дикая, – возразила Люси. На глаза снова навернулись слёзы, – а очень застенчивая. И она мурчала! И еда, которую мы давали, ей нравилась. Даже если мы сами ещё ей не полюбились…
– Что ж, почему бы нам не пойти в переулок и не поискать её там? – задумчиво произнесла бабушка, вынимая из ящика чистое полотенце.
– То есть… если мы её найдём, ты разрешишь её оставить? – ахнула Люси. – Можно мы пойдём туда прямо сейчас? – Девочка спрыгнула со стула.
Уильям заёрзал у папы на коленках.
– Прямо сейчас?
Но бабушка не отвечала. Она замерла, вглядываясь в ящик из-под кухонных полотенец. И наконец сказала:
– Думаю, не стоит. Смотрите.
Люси заглянула бабушке через плечо и ахнула. На бабушкиных чистых выглаженных полотенцах свернулся чёрно-белый котёнок, который удивлённо смотрел на них, сонно моргая.
– Я его закрывала… – пробормотала бабушка. – Но когда я кипятила чайник, я заметила, что он слегка приоткрыт. Ты же знаешь, этот ящик не всегда до конца задвигается…
– Малышка туда проскользнула, и мы её не заметили! – воскликнула Люси.
Кэтти сонно уставилась на Люси и бабушку и замурчала. Может, её покормят. Казалось, что прошла вечность с тех пор, как она полакомилась хлебом. К тому же забраться на тумбочку и ухватить кусочек было не так-то просто! Кошечка уже проголодалась.
– Какая милая, – засмеялась бабушка, наблюдая за тем, как Кэтти осторожно выбирается из уютного ящика. Малышка уткнулась пушистой мордочкой в бабушкину руку и замурчала ещё сильнее. – Прямо как моя Кэтти. Останешься с нами?
Кэтти спрыгнула на пол и потёрлась о ноги бабушки и Люси, не переставая мурчать.
– Это значит «да», – прошептала Люси. – Я уверена.
* * *
– Ты в самом деле спрятала котёнка в шкафу? – расспрашивала Сара Люси, когда они вместе с бабушкой и Уильямом шли из школы в понедельник. – Ты держала её втайне?
– Да. И мне очень хотелось тебе её показать, но я боялась, что бабушка всё узнает. И зря! Похоже, что мне следовало во всём ей признаться с самого начала!
– Тогда это было бы не так весело, – покачала головой Сара.
– Да, – улыбнулась Люси. – Это был чудесный секрет. Зато теперь мы можем играть с Кэтти, не волнуясь о том, что её увидят папа и бабушка. И моя комната – её любимое место в доме.
– Девочки, как насчёт того, чтобы купить пирожные к чаю? – предложила бабушка, остановившись у пекарни. – Эй, Уильям, вернись!
Люси с Сарой захихикали, глядя на Уильяма, который пулей влетел в двери пекарни. Когда они зашли вслед за ним, мальчик уже заказывал у Эммы мороженое из пастилы.
