— В контракте? — задумчиво произнес Брюс. — Не в этом ли все дело? Вы подписали с Энн договор об участии в показах ваших моделей одежды, но на подиум не выпускаете.
— И что?
— Ну, возможно, Энн считает подобное положение вещей недопустимым, из-за чего и не показывается.
— Но это… это… — Энди затрясся от возмущения, его лицо пошло красными пятнами, кончики экстравагантных усов задрожали. — Просто бред какой-то! Я здесь решаю, кто участвует в показе и в чем выходит на подиум. Я, а не какая-то модель, которая сама по себе ничего не значит!
Сунув руки в карманы брюк, Брюс некоторое время наблюдал за Энди, затем произнес:
— Вот-вот, именно это я и имею в виду. По-моему, Энн рассуждает иначе, но не знает, как изменить ситуацию. Не найдя иного способа воздействовать на вас, она и решила на время исчезнуть.
— Но не перед самым же показом! — почти взвизгнул Энди.
Невольно усмехнувшись, Брюс обронил:
— Именно перед самым показом — чтобы действеннее было.
— Что вы хотите этим сказать? — Энди мрачно уставился на него.
— Лишь то, о чем говорю последние несколько минут: возможно, таким образом Энн хочет подчеркнуть свою значимость.
— То есть больнее меня уколоть! Понимаю… Конечно, лучшего времени, как перед самым показом, для этого не найдешь! Вот мерзавка…
Брюс вновь пожал плечами.
— Разумеется, это лишь предположение, один из множества вариантов.
В глазах Энди возник проблеск надежды.
— Значит, вы пока ни в чем не уверены?
Брюс развел руками: мол, я ведь не волшебник и не ясновидящий. Затем ему в голову пришла одна мысль, и он спросил:
— Кстати, сколько времени отсутствует Энн?
— Энн? — зачем-то переспросил Энди.
Брюс прищурился.
— Разве у вас пропало сразу несколько девушек?
Разумеется, как представителю власти, ему не пристало язвить в беседе с американским налогоплательщиком, но он не смог удержаться — за что тут же мысленно себя отругал. К счастью, Энди не обратил на его тон никакого внимания.
— Сколько времени? — пробормотал тот. — Так сразу не припомнишь… Минутку!
Сделав несколько шагов, он отворил дверь и крикнул в коридор:
— Нелли! Сколько времени ее нет?
Нелли не нужно было объяснять, о ком идет речь.
— Дай подумать… — послышался откуда-то из недр мастерской приглушенный расстоянием голос. — Ну дня три… Да, точно, с понедельника три дня.
Энди повернулся к Брюсу.
— Три дня. А почему вы спрашиваете? Это имеет какое-то значение?
— Конечно. Три дня — очень короткий срок.
— Короткий? Как вы можете такое говорить?! Три дня неизвестности — это вечность! Я места себе не нахожу, Хейли вся извелась, а вы… Короткий срок! Ничего себе…
Тут Брюс вновь не выдержал:
— Послушайте, Энн взрослый человек, у нее могут быть какие-то дела. Личная жизнь. Любовник, наконец! Почему вы вообще забили тревогу, не понимаю? Лично я пока не вижу никаких причин для беспокойства. К вашему сведению, из-за трех дней полиция не стала бы открывать дело… разве что речь шла бы об исчезновении ребенка.
Энди стиснул кулаки.
— Потому-то я и не стал обращаться в участок! Знаю, как там ведутся дела! Всего три дня… Личная жизнь… Любовник! Именно без этих разговоров мне и хотелось обойтись. — Сердито сопя, он умолк, но только на мгновение. — И потом, если бы Энн находилась в Нью-Йорке, Нелли ее из-под земли достала бы! А уж Джини, будь она сейчас здесь… — Умолкнув на полуслове, Энди лишь рукой махнул.
Брюс счел за благо не спрашивать, о ком тот упоминает, причем уже во второй раз за нынешнюю беседу. И так ясно, что речь идет о какой-то сотруднице, скорее всего, бывшей, которая вряд ли имеет к настоящей истории какое-то отношение.
— Как бы то ни было, Нелли не удалось найти Энн, значит, или эта мерзавка хорошо прячется, или ее давно и след простыл. Но она мне нужна! — В голосе Энди появились истерические нотки. — И мне, и Хейли, и… Словом, вы должны ее найти! Именно вы!
Ну да, разумеется, хмуро подумал Брюс. Зачем излагать свою проблему рядовому полицейскому инспектору, если сам глава департамента полиции для тебя — просто Родж!
Подавив тяжелый вздох, он спросил, нет ли у Энди фотографии пропавшей Энн. Тот молча направился к книжному шкафу. Спустя минуту вернулся с охапкой снимков, свалил на свой рабочий стол и принялся перебирать.
Приблизившись, Брюс увидел множество изображений девушек — в разнообразных нарядах, полуодетых, в одном белье и вообще без ничего. Чаще других попадалось фото темноволосой красавицы. Ее же снимок в элегантной серебристой рамке красовался на столе. И она же была во весь рост запечатлена на висящем на стене плакате, который Брюс заметил еще когда только переступил порог кабинета. Тогда он едва скользнул по изображению взглядом, но сейчас вдруг сообразил: вероятно, это и есть Хейли, на которой Энди собирается жениться.
Предоставив модельеру заниматься поисками, Брюс шагнул к стене. Но рассматривать принялся не фотографию будущей миссис Прейз, а другую, групповую, на которой можно было видеть самого Энди в окружении нескольких манекенщиц — каждая на голову выше его. Но он обнимал за плечи девушку, хоть и похожую на модель — изяществом, тонкими чертами лица, красивыми, ухоженными волосами приятного золотистого оттенка, — однако отличающуюся, так сказать, по сути. Ее лучезарная улыбка завораживала, карие глаза сияли, сама она словно источала тепло. Вдобавок средний рост являлся дополнительным свидетельством ее непричастности к показу моделей одежды. Чем дольше Брюс рассматривал фото, тем больше укреплялся в мысли, что если эта девушка, несмотря на всю свою элегантность, и имеет отношение к миру моды, то лишь косвенное.
В окружении дылд-моделей она выглядит как нежная фея среди простых смертных, подумал Брюс.
— Вот она!
Брюс даже вздрогнул, услышав восклицание Энди, — так его увлекло разглядывание изображенной на групповом снимке девушки.
Обернувшись, он слегка отпрянул, потому что прямо перед его носом оказалось изображение эффектной блондинки. Вернее, несколько сложенных веером фотографий.
— Это Энн? — пробормотал Брюс, беря один снимок.
— Она, мерзавка! Придушу, когда появится…
Брюс смерил Энди взглядом:
— На вашем месте я бы поостерегся делать подобные заявления в присутствии представителя полиции.
Тот недоуменно наморщил лоб.
— А что я сказал?
— Вы заявили о намерении физически расправиться с Энн… э-э-э… Как ее фамилия? Повторите, пожалуйста.
— Миллз. Но я ни о чем таком не говорил!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
