Черт, надо было сначала водички попить, а уж потом в подъезд соваться.
- И тебе не хворать, родненький. Так что за стенку хватаешься? Никак
лишнего перепил? - участливо спросила пенсионерка, любопытно
поблескивая глазами из-за толстых линз очков.
- Да что вы, что вы, сударыня - выдал я неожиданную для самого себя
фразу - Спину прихватило, вот и маюсь, шагу ступить не могу. А как ваши
дела, любезная соседка? Нет ли хворей каких? Не беспокоит ли подагра, и не
замучил ли ревматизм?
Соседке понадобилась целая минута, чтобы переварить мой почти что
древнерусский ответ, а затем еще минута, чтобы решить, говорю ли я
серьезно, или же потешаюсь над старой. За это время я успел спуститься еще
на четыре ступеньки, с трудом удерживая равновесие на дрожащих ногах.
Так и не придя ни к какому выводу, старушка подалась чуть вперед, явив
мне старый домашний халатик невероятно пестрой расцветки и ласково
прожурчала:
- Вижу, что не пил. Но вид нездоровый. Может нюхнул чего? Или
кольнулся гадостью какой? Может скорую вызвать?
- Не дождетесь! - не выдержав, рявкнул я - Варвара Павловна, у вас что,
других дел нет, кроме как за соседями шпионить и в чужие дела нос совать?
У вас там очередной сериал не начался еще? Или спать идите!
Ишь старая! Бесплатных развлечений жаждет. Как говорится - хлеба и
зрелищ. И побольше крови. Радостно вызовет скорую, а заодно и полицию. А
потом будет причитать, что молодежь сплошь наркоманы да алкоголики и что
Сталина на нас нет.
- Ты как со старшими разговариваешь! - обрадованно заголосила соседка
на весь подъезд.
Не желая продолжать боевые действия на невыгодных для себя условиях, я
ускорился и как беременная черепаха заковылял вниз по лестнице,
инстинктивно втянув голову в плечи.
- Понаехали тут! Я в этом доме всю жизнь прожила! - продолжала
самозабвенно разоряться старушка божий одуванчик - Честным трудом на
жизнь зарабатывала!
А это-то тут причем?
- Будут мне еще всякие бездельники что делать указывать! Безработный!
"И про это уже знает" - обреченно подумал я, протащившись через
лестничный пролет.
- Паразит! Наркоман! - звонкое эхо отлетало от бетонных стен и
многократно отдавалось во всем подъезде. Скоро повылазят остальные
соседи. Время то уже к вечеру, многие вернулись с работы.
- Бабуля! - не выдержал я таки и подал голос.
- Какая я тебе бабуля! Да не дай Господь такого внучка заиметь! По миру
пустит!
- Да у вас вообще внуков нет! - рыкнул я, преодолев еще несколько
ступеней - И детей!
И тут же пожалел об этом своем выкрике. Ударил одинокую старушку в
самое больное место. У нее единственный сын погиб в каком-то
вооруженном конфликте, не оставив после себя продолжения рода... Да
достала просто уже! Я же ее не трогал!
- Ах ты... да лучше и вовсе детей не иметь, чем таких как ты!
- Вы и не имеете! - буркнул я себе под нос, но, несмотря на почтенный
возраст, соседка мое бурчание великолепно расслышала.
- Да как ты смеешь! Мой сын геройской смертью погиб! За Родину! Орден
дали посмертно! А ты... а ты... - неожиданно соседка всхлипнула и в этот
момент я почувствовал себя последним гадом. Надо было держать свой
дурной рот на замке.
Раздался легкий скрип отворяемой двери. "Вдруг как в сказке скрипнула
дверь, все мне ясно стало теперь..." Еще кто-то вылез на шум...
- Варвара Павловна, случилось что? - обеспокоенно пробасили откуда-то
сверху. По голосу я узнал Николая, сорокалетнего женатика, слесаря пятого
разряда, которого любил и привечал весь дом. Еще бы - жене не изменяет, в
рот ни капли не берет, да еще и всегда готов прийти на помощь, если что
починить надо.
- Ой, Коленька - во весь голос зарыдала старушка - Что ж делается то... что
ж делается... в родном подъезде унижают меня старую, погибшим сыном
попрекают... не уберегла мол я сыночка своего любимого. Был бы здесь
сейчас мой Алексеюшка, то разве ж дал бы мамку в обиду? Ох, сердце мое
бедное...
Твою мать! Начался цирк!
- Это кто ж так говорит? - уже гневно пробасил Николай. Судя по звуку,
вышел на площадку.
- Да сосед мой наркоман! - тут же зачастила бабка - Ростислав! Господи,
имя то, какое хорошее, доброе, исконно русское... и такому паскуднику дали!
Вышел из квартиры весь бледный, синевой налитый, я и сунулась дура,
спросить, может помочь чем надо, может заболел соседушка... а он мне в
ответ такое... такое сказал... Наркоман! Тюрьма по нему плачет! Николай, ты
не суйся к нему родненький, наркоманы сам знаешь, какие бывают. Ткнет
ножом в спину... я вот сейчас участкового вызову, пусть он разбирается! Уж
мой- то сын не таким был! Правильно по жизни шел! К старшим уважение
имел...
Ну бабка!
Шипя сквозь зубы матерные ругательства, я вывалился на улицу и,
содрогаясь в нервной дрожи, направился к мусорному контейнеру. Вот так и
становятся бытовыми убийцами. А соседка, похоже, с приветом...
Не дойдя до мусорного контейнера несколько шагов, метнул мешок и что
неудивительно, не попал. Руки слушались плохо, в пальцах и локтях так и
вовсе будто муравьи поселились. Зато ноги и все что выше пришли в
относительную норму. В подъезд заходить категорически не хотелось и,
отойдя чуть дальше от помойки, я принялся усердно приседать, благо одет
был можно сказать по-спортивному. Приседал до тех пор, пока ожившие
мышцы не загудели той приятной болью, не имеющей ничего общего с
болью от бездействия. Краем уха прислушивался к происходящему за
подъездной дверью. Старческий голосок не утихал, даже становился все
громче, порой переходя на ультразвуковой уровень. Все понятно. Варвара
Павловна занимает огневые позиции и поднимает в себе уровень боевой
агрессии, готовясь встретить меня во всеоружии. Накачивается старая
усиливающими мораль бафами, возможно подбирает убойную экипировку
типа "швабра грязная, класс эпический". Заметила бабка, что я не гулять
собрался, а по хозяйственной надобности отлучился вот и не уходит в свою
квартиру. Ждет подлая... а ведь и правда может верного спутника-фамильяра
вызвать, класса "участковый задолбавшийся". А ведь пару лет назад была
нормальной бабкой, мирной и приветливой. Даже пирожками с повидлом
меня угощала как-то... возраст, что ли людей так меняет?
Додумать эту мысль я не успел. Как раз перешел к энергичным сгибаниям
корпуса и глубокому дыханию, когда со стороны дороги, что шла перед
домом и разделяла элитные новостройки от хрущобок этаким показным
барьером, послышался рев мощного мотора, резкий визг тормозов и тут же,
раздался грохот сминающегося металла и звон бьющегося стекла. Над
вечерней улицей повис несмолкаемый гудок автомобильного сигнала,
нарушая покой нашего спального района.
- М-мать! - выдохнул я, инстинктивно отпрыгивая назад и плюхаясь на
задницу. Авария!
Очнувшись, вздел себя на ноги и поспешил к месту происшествия,
скрытому от меня зелеными насаждениями.
Надо же... кто-то умудрился "поцеловаться" на нашей прямой как стрела
улице. Лишь бы мертвых не было. Про вызов скорой можно было не
беспокоиться - в окружающих дорогу многоэтажках засветились темные до
этого окна, мелькали приникшие к стеклу силуэты людей. Сейчас не только
скорую, но еще и ментов вызовут. Накаркала Варвара Павловна! Может она
ведьма самая настоящая? Надо бы спросить, где спрятаны части
легендарного доспеха, вдруг знает...
Мое беспокойство за тупых водителей резко сменилось на глухое чувство
тревоги и настороженности, когда вновь послышался рев затихшего было
мотора и скрежет раздираемого металла. Сквозь зеленые ветви тускло
мелькнули красные огни, когда отъехавшая назад машина резко затормозила.
По очертаниям похоже на джип. И тут же водитель вновь ударил по газам,
посылая мощную тачку вперед. И опять скрежет металла и звон
рассыпающегося стекла. Протяжный автомобильный сигнал оборвался.
Какого хрена он делает?!
- Эй! - заорал я, ошарашенно застыв на месте - Бухой что ли?! Че
творишь?!
Походу и правда бухой. Или обдолбанный. Пытается скрыться с места ДТП
и не соображает, что таранит машину повторно, навешивая на себя уже не
вождение в пьяном виде, а покушение на убийство.
А в той машине тишина, никакого движения. Что делать?!
