личный «спецзаказ»…
Ангиррайя доела обеденный паёк и принялась за яблоки с грушами, которых она набрала килограмм пять, не меньше. И, пока я лежал на коврике, она «сточила» их все. Я вспоминал, как первые недели, что она у меня появилась, её скромный аппетит. Словно боялась, что накажут за прожорливость.
К вечеру она снова умудрилась набрать фруктов по дороге. В этот раз кроме яблок и груш, она нашла виноград и абрикосы. С абрикосами произошёл курьёз – когда она полезла их собирать на неё упал целый град переспелых плодов. В итоге суккуба, с липкой шевелюрой(берет она сняла – в нём лежал виноград) и в одежде, заляпанной соком абрикосов, благоухала как фруктовая лавка.
- Анги! Первый же ручей – твой! – не выдержал я и мысленно поблагодарил Дорогу за то, что на ней не было насекомых. Иначе бы за нами уже летело облако из ос и мух.
К восьми вечера мы нашли довольно широкий ручей, куда и отправилась демоница приводить себя в порядок. А мы с Инкой, поставили домик, и занялись рутинными измерениями.
«Ну сколько раз себе говорил, что за этим бестолковым созданием надо присматривать!» - корил я себя за те события, которые случились через час. Дело в том, что пока мы снимали показания, делали записи и разогревали ужин, наша компаньонка решила поискать участок ручья поглубже. И нашла! Небольшую заводь, достаточно широкую и глубокую, что бы влезть в неё по пояс. Вот только место это было в сорока метрах от дороги, а уже начал наползать туман. Вместе с тем, что могло «приползти» с Изнанки.
Спохватились мы, когда из тумана послышались крики и звуки драки. И пока мы метались, не зная в какую сторону бежать на помощь демонице, она сама вывалилась из тумана. Голая, в крови, прижимая к себе левой рукой охапку мокрой одежды, а в правой держа рапиру, с которой тоже капала кровь.
После того, как я сразу в лоб высказал Ангиррайе всё, что думаю про неё и про тех тварей, что на неё напали, мы с Инкой принялись оказывать ей первую помощь. Роботесса тут же сбегала в домик за аптечкой, а я приказал суккубе сесть на дорогу и стал осматривать её раны.
Подрали её сильно: на спине были четыре глубокие борозды, как от когтей. С левого(многострадального!) бока выдрали кусок кожи с мясом, почти до рёбер. Были ранены и ноги – два прокуса на левой и один на правой. Даже голове досталось – сзади, чуть ниже затылка, словно кто-то мелкий и зубастый пытался вцепиться. И спереди, над правым виском – рубленая рана.
Пока я обрабатывал раны, останавливал кровь, смазывал «заживлялкой» и бинтовал, суккуба улыбалась и иногда морщилась, если было больно. А когда опять нечаянно коснулся рожек(обрабатывая раны на голове) она напряглась и прошептала: «Нежнее, Хозяин… Нежнее…».
- Чему ты улыбаешься? – не выдержал я, когда мы закончили обрабатывать раны.
- Вы так эмоционально рассказали, что хотите сделать со мной и с этими монстрами, что когда я попыталась представить это… То, простите, Хозяин… Но я не смогу так! Вместе со всеми… Только по раздельности! И… Мне надо подготовиться!
Я чуть было снов анне выдал «трёхэтажный с загибом», но вовремя опомнился – эта игрушка не понимает, где я говорю правду, а где выражаюсь иносказательно! И всё из-за эмоций. Поэтому я стиснул зубы и рявкнул:
- Забудь! Насовсем забудь то, что я говорил! – и, наклонившись, особо(так, что она вздрогнула!) добавил – Это понятно?
- Да, Хозяин… - сказала она испуганным голосом.
- Во и хорошо. А теперь рассказывай, за каким… Зачем ты вообще так далеко отошла, да ещё и в такое время. И кто на тебя напал!
И она рассказала. Собственно, всё можно было сформулировать в простой детской отговорке - Я хотела как лучше! Ну а напали на неё три уродливых существа. Первое походило на помесь тигра и осьминога – на тело кошки прилепили голову с щупальцами, на концах которых были коготки. Собственно от него-то и основные раны – на спине и на голове. А потом нечто вроде белки с пастью миноги(рана чуть ниже затылка) и восьмилапый крокодил – раны на ногах. Всех их она прибила.
- Ну а как ты не заблудилась в тумане?
- Так я, Хозяин, по ручью и вышла!
- Молодец! Хоть здесь догадалась…
Уже стемнело, светозары не давали «туманным стенам» подойти к дороге ближе чем на десять-пятнадцать метров. А откуда-то оттуда, где суккуба «принимала водные процедуры» доносились звуки драки и какие-то визги с рычанием – видимо другие монстры дрались за останки порубленных демоницей.
Понятно, что поужинали мы уже в пол-одиннадцатого. Шипя и морщась, Ангиррайя устроилась на кровати, Но сразу спать не легла, а принялась за чистку оружия. И только через час, закончив с чисткой рапиры и амуниции, заснула. Инка – как обычно, устроилась в кресле-ложементе, ну а я до часу ночи писал. И подрёмывал. Затем поднял роботессу, а сам лёг на кровать не раздеваясь, привычно положив револьвер под подушку.
Утро ознаменовалось тем, что я впервые со времени ночёвки на двухместной кровати не был прижат к груди демоницы. Она просто обхватила меня рукой.
Естественно, ни о каком «походе» речи быть не могло – Ангиррайе требовались по крайней мере ещё сутки на полное выздоровление. Раны затянулись и бинты можно было снимать, демоница даже обещала, что после обеда мы можем двинуться дальше. Но я сказал, что сегодня мы отдыхаем и никуда не идём.
- У тебя
