— Я почти все время здесь, — ответила Холли, улыбаясь. Проводив глазами Джоанну, она чуть помедлила и направилась в мэрию. Мэрия располагалась недалеко — всего в двух кварталах от «Гостиницы», и Холли решила пройтись пешком — чтобы немного размяться и проветрить голову. Впрочем, необходимо было и подумать, как подготовить Скотта. Ведь встречи не избежать! Проклятье — как подготовить весь город!
Эй, угадай, что случилось? В «Гостиницу» приехала новая гостья — ей бы волосы чуть темнее и голубые контактные линзы — вылитая Кэролайн! Что скажешь?
«Проклятье, — почти вслух прошептала Холли, — что он подумает, когда увидит тебя, Джоанна Флинн? Что он почувствует?»
Джоанне отвели прекрасный номер на пятом этаже, просторный и удобный: гостиная, спальня, ванная. Несмотря на скромное название, «Гостиница» предлагала полное обслуживание круглосуточно плюс кабельное телевидение, как сообщил словоохотливый швейцар. Если же ей потребуется что-нибудь еще для полного счастья — ей предоставят все, что угодно, пусть только попросит.
Как только швейцар ушел, Джоанна начала устраиваться. Включив телевизор, чтобы в комнате что-то звучало, она быстро распаковала чемоданы и развесила свои вещи. Потом вышла на балкончик в спальне, откуда открывался вид на океан.
Справа внизу виднелась черепичная крыша веранды; прямо под ней простирался широкий зеленый газон, а дальше — вершины скал и, под ними, океан, Швейцар говорил, что во время отлива там остается узкий пляж, выглядевший весьма эффектно. Но тропа, ведущая к нему, довольно труднодоступна, и мало кто из гостей отважился спуститься туда больше одного раза.
Разглядывая продолжение скальной гряды к югу, Джоанна повернула голову налево и застыла, едва дыша. Она стояла, оцепенев, длинное, бесконечно длинное мгновение. Затем тихо скользнула в комнату — как будто двигаться нужно было осторожно, чтобы не случилось что-то ужасное. В гостиной она уселась за маленький столик, положила на него тетрадь, бережно раскрыла ее и погладила чистую страницу.
Джоанна никогда не вела дневника, но ей подумалось, что здесь стоит начать — чтобы приводить мысли в порядок и прояснять для себя происходящее. Задержав дыхание, она взяла гостиничную ручку и поставила на верху страницы число. Она еще не сформулировала фразу окончательно, просто стала писать, не особенно раздумывая.
«Сегодня я приехала в Клиффсайд. Здесь, в» Гостинице «, у меня в спальне балкон с видом на океан, и с этого балкона я разглядела дом — точно такой, как в моем сне».
Даже на расстоянии этот дом производил сильное впечатление.
Джоанна сидела на гладкой верхушке скальд и рассматривала реальное воплощение своих ночных кошмаров. До дома оставалось около мили; деревья заслоняли часть великолепной картины, которой она любовалась еще с балкона «Гостиницы», но ощущение прекрасного не покидало ее.
Дом этот, впервые увиденный ею во сне, был построен в викторианском стиле; множество башенок на крыше, в бесчисленных окошечках — отблески солнца и со стороны океана широкая крытая галерея; без сомнения, вид с нее открывался захватывающий. Впрочем, с того места, где сидела Джоанна, дом мог показаться мрачным: он одиноко высился над скалистым мысом, а далеко внизу в бушующей пене разбивались о скалы волны океана. Но все же он выглядел не мрачным, а скорее величественным. Хотя Джоанна воспринимала этот дом сквозь призму измучившего ее за долгие месяцы сна, ей он казался зловещим и темным, что было вполне понятно. Она почти боялась его.
Джоанна обняла руками колени, ежась от прохладного океанского бриза и слушая, как гудят высокие волны прилива. Солнце садилось в океан; окна далекого дома отсвечивали красным, отражая цвета заката. Джоанну била мелкая дрожь, причем отнюдь не от холода.
Это дом Кэролайн! Джоанна не знала, почему она так уверена, что смотрит на дом, где жила Кэролайн, но она нисколько не сомневалась в этом. И следовательно, здесь живут ее муж и дочь.
Со дня смерти Кэролайн прошло уже три месяца, наверное, они начали уже примиряться с потерей. Джоанна понимала, что ее появление может причинить им страдание. Даже швейцар и дежурная в «Гостинице» были растеряны, если не сказать напуганы таким сходством, а Холли Драммонд, эта симпатичная брюнетка, была просто в шоке.
Занятая приготовлениями, Джоанна не слишком задумывалась над своим внезапным решением приехать сюда, но сейчас, сидя на скале и глядя на дом Кэролайн, вдруг испугалась. Чего она надеется достичь своим приездом? Не вызовет ли и впрямь ее появление здесь призрак Кэролайн Маккенна из ее сна?
Ей вдруг пришла в голову нелепая мысль, что с ее появлением в Клиффсайде начнется такое, что неминуемо выйдет из-под ее контроля. У нее появилось сильное искушение как можно скорее вернуться в гостиницу, собрать вещи и первым же самолетом лететь в Атланту, домой. Но не успела она окончательно поддаться страху, как ее внимание привлек чей-то голос.
— Прошу прощения, но не следует…
Джоанна быстро повернула голову, на сей раз почти не удивившись, когда бесшумно приблизившийся к ней человек вдруг запнулся на полуслове и, потрясенный, уставился на нее. Высокий, широкоплечий, атлетически сложенный мужчина с очень темными волосами и почти черными выразительными глазами продолжал молча смотреть на нее. И хотя его лицо, худощавое и несколько грубоватое, не соответствовало общепринятым представлениям о красоте, в нем было что-то необычайно притягательное.
Чуть выше, на опушке леса, на узкой грязной дороге, которой она вначале не заметила, Джоанна увидела припаркованный «Блейзер», и хотя на таком расстоянии ясно различить надпись на борту машины было невозможно, все же буквы были достаточно крупные.
— Вы полицейский? — спросила она, удивившись, что он не в форме. Пришедший был в обычных джинсах и легкой нейлоновой ветровке поверх темной футболки.
Он кивнул утвердительно и сделал еще несколько шагов к ней, так что их разделяло всего несколько футов. Ошеломление почти исчезло с его лица, он лишь слегка хмурился.
— Шериф. Гриффин Кавано.
Голос оказался глубоким, чуть хрипловатым — но, возможно, легкая хрипотца появилась от эмоционального потрясения при виде двойника погибшей Кэролайн, которую он, без сомнения, должен был знать.
— Понятно. Я совершила что-то противозаконное, шериф?
Он ответил не сразу, глядя на нее своими темными глазами так пристально, что она, казалось, чувствовала прикосновение его взгляда. Помедлив, сказал бесцветным голосом:
— Не следует сидеть так близко к краю. Это опасно. Полгода назад с этого самого места упал человек.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
