руках, понимая, что больше уже никогда сюда не вернётся, её обучение в университете закончилось почти не начавшись. Подняв голову, оглядываясь вокруг, вздрогнула. Как ни странно на парковке стояла знакомая машина. «Приехал посмотреть на меня? Что ж мне падать всё равно ниже некуда, по своей красной голливудской дорожке я уже прошла, а «Оскара» так и не вручили только документы на отчисление». Вика, не глядя больше по сторонам, вжав голову в плечи, направилась на остановку. Она слышала, как вслед летели смешки, приправленные отборными матами, там за углом курили те, кто прогуливал очередную пару. Но ей уже было всё равно. Лишь ребёнок сейчас имел значение. Решила, что спрячется дома, переживёт весь этот позор и сохранит ребёнка, рядом с ней будет любимый маленький человечек, с ним она не будет одна. Деньги у неё есть, мать присылала каждый месяц и на карте скопилась приличная сумма, которую ещё совсем недавно Вика планировала потратить на свадьбу и на путешествие. Хотела купить квартиру побольше. Сейчас они ей пригодятся, ребёнку много чего нужно, к тому же придётся сидеть без работы и помочь не кому. На отца она не рассчитывала, а Виталик всегда занят и мотается по командировкам. Он, конечно, её не бросит, но и помочь реально с ребёнком не сможет.
Глава 6
Добравшись до дома, Вика заварила чай, сейчас в первую очередь нужно было успокоиться. Вместе с горячим напитком, медленно к ней пришло осознание, что житья ей не будет с такой славой. Но тут же снова подумала об отце: «Как ему всё рассказать? Он человек известный в городе». Немного поразмыслив, решила, что лучше не встречаться, просто записать для него на видео свою исповедь, а после этого собрать вещи и уехать. Куда? Вика не знала, единственное чего хотелось, это исчезнуть из города, чтобы скрыться от людей и от позора.
Установив камеру и настроив её, включила запись. Ещё не успела сосредоточиться, как именно в этот момент в коридоре раздался звонок. Помня, что вчера договаривалась встретиться с Лилией, Вика, поглощённая своими переживаниями, не глядя, распахнула дверь. От неожиданности она замерла, потому что вместо мачехи на пороге стояли её отец и брат. То, что самые близкие люди были в ярости, она поняла по их лицам и сжатым кулакам. Отец шумно дышал, раздувая ноздри. Вика непроизвольно попятилась, но не успела отойти. Отец с порога ударил её по лицу с такой силой, что из носа потекла струйка крови. Она не упала, отец ловко схватил её за ворот джинсовки, которую она так и не сняла, приехав домой.
— Шлюха!
Следом за криком с грохотом захлопнулась входная дверь. Вике снова прилетел удар по лицу.
— Тварь! Ты опозорила меня и брата перед всеми сослуживцами, перед руководством. Как теперь знакомым в глаза смотреть?
Удары посыпались один за другим и в какой-то момент, когда Вика перестала уже соображать, что происходит, отец грубо толкнул её, выпустив ворот куртки. Она не поняла, как оказалась в комнате. Упав на пол, попыталась отползти, видя, что отец двинулся следом, закричала:
— Папа не надо. Папа, я не хотела, я не знала про кино. Я любила его.
Но отец, уже ничего не слыша, начал остервенело пинать её. Вика попыталась закрыться руками. Корчась от боли, собрав последние силы, прохрипела:
— Папа, остановись, пожалей меня, я беременна.
— Что-о-о-о-о-о? Мразь! Ты ещё и ублюдка решила родить. Говори, сука, с кем связалась?
Снова посыпались удары, но Вика уже не шевелилась, сознание замерло на какой-то границе, как будто ускользающая реальность, ещё чуть-чуть и наступит темнота. Теперь грязная ругань доносилась издалека. Внезапно всё прекратилось, но тут же её словно пушинку подняли за шиворот с пола. Вика не сопротивлялась, уже не осознавая, что происходит. Из последних сил подняла голову и посмотрела на того, кто её держал.
— Братик, пожалуйста, защити, — еле разлепляя опухшие и до крови разбитые губы, прошептала Вика.
— Защитить? Это кино видели все участники конференции, все сотрудники главка. Сука! Кто-то запустил это порно с твоим участием вместо презентации. Ненавижу! Гадина!
Брат с силой ударил, внутри всё обожгло огнём. Вскрикнув, Вика схватилась за живот, а когда Виталий отпустил её воротник, медленно, словно во сне, стала оседать на пол. Вначале опустилась на колени, а когда уткнулась лбом в пол, завалилась на бок. Время остановилось и мир перестал существовать, как будто со стороны увидела рядом со своим лицом красивые дорогие ботинки двух мужчин.
— Ты мне больше не дочь. Шлюха не может быть моей дочерью. И квартира эта моя, чтобы духу твоего в ближайшие три дня здесь не было.
Мужчины развернулись и ушли, громко хлопнув дверью, а Вика лежала не шевелясь, окутанная тишиной. Малейшее движение и даже дыхание причиняли боль. Как бы ей сейчас хотелось провалиться в темноту, где нет позора, боли, обиды, но сознание упрямо почему-то держало её в реальности.
Не понимая сколько прошло времени, Вика из последних сил доползла до кровати и, сидя на полу, опёрлась на неё спиной. Она посмотрела вокруг. Кровь по всему полу, очень много крови и только позже до неё дошло понимание, что это её кровь. «Странно, почему я ещё жива, если столько крови?». Дикая боль снова пронзила живот и почти сразу Вика почувствовала, как стало тепло и мокро между ног. С опаской посмотрела на джинсы, с внутренней стороны бёдер на них достаточно быстро расплывалось кровавое пятно. Через несколько минут между ног на полу уже натекла приличная лужица крови. Ступор. Первая мысль о ребёнке пронзила мозг. «Нет слёз, нет эмоций и плакать даже не хочется. Странно. Вот и решение проблемы, правда, Илья?» — подумала Вика и опухшими пальцами потрогала ещё тёплую кровь, но пошевелиться, чтобы отползти не смогла. Она так и сидела, не чувствуя своего тела, его намертво сковала одна сплошная боль.
Дверь открылась, видно родственники не захлопнули до конца. В квартиру зашла мачеха. Внимательно следя за молодой женщиной, Вика не издала ни звука. Женщина в ужасе оглянулась по сторонам, рассматривая кровавые разводы на полу. От увиденного зажала рот рукой и из её глаз, которыми она, не мигая уставилась на свою падчерицу, потекли слёзы.
— Вика, — она бросилась к девушке и попыталась обнять, но та чуть покачала головой и тихо попросила, с усилием разлепляя непослушные губы:
— Не трогай меня, не подходи, Лилия. Сильно больно.
— Вика, я сейчас вызову скорую, тебе надо в больницу. Подожди, позвоню отцу. Что здесь
