– Какая груша? – не поняла Нарсия, – я тебе кадоку дам откусить. На, – сделала она жест рукой, – она сладкая.
Так, ещё один прокол. Похоже, груша совсем не груша, а какая-то кадоку. Блин горелый, спалюсь я тут со своим инкогнито.
– А давай я научу тебя песни, а ты отведёшь меня к своей няне.
– Ты хочешь стать её другом? – сощурившись в улыбке, спросила эльфийка.
– Нет, – честно ответил я, – но это нехорошо убегать от няни. Она ведь тоже на работе.
– Не пойду, – надула губы Нарсия, наклонив голову и ковыряя носком полуботинка землю, – к няне отведёшь, а сам петь не будешь. Все мужчины обманщики! – она посмотрела на меня – ты тоже обманщик?
– Нет, Нарсия, я не обманщик, – я сделал несколько аккордов, – сейчас … сейчас спою.
Нарсия забыла про свои обиды и замерла, в ожидании чего-то волшебного. Не так-то просто спеть песню на незнакомом языке. В памяти всплыло заклинания «Толмач». Похоже, кое-что полезное от Илоны мне всё-таки досталось. Потянувшись к девочке, я почувствовал открытость и предвкушение, теперь файл-контейнер туда. Ну, что ж, попробуем. Я запел:
От улыбки хмурый день светлей
От улыбки в небе радуга проснётся
Поделись улыбкою своей
И она к тебе не раз ещё вернётся
И тогда наверняка вдруг запляшут облака
И кузнечик запиликает на скрипке
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки
– Как здорово! – шептала эльфийка, улыбаясь и смотря на меня широко открытыми глазами. Боже правый, наивная простота!
На нас стали обращать внимания прохожие. Две пары подошли поближе, слушая песню. Похоже Илона не врала насчёт серьёзности отношения эльфов к песням. Казалось бы, поёт себе человек, ну и ладно. С другой стороны, пение на улице всегда привлекает внимание. Так что всё, как всегда.
От улыбки солнечной одной
Перестанет плакать самый грустный дождик
Светлый лес простится с тишиной
И захлопает в зеленые ладоши
И тогда наверняка вдруг запляшут облака
И кузнечик запиликает на скрипке
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки
С голубого ручейка начинается река
Ну а дружба начинается с улыбки
Под последний куплет собравшиеся около нас эльфы хлопали в ладоши, и буквально светились радостью, как будто я им спел, самую что ни на есть, задушевную песню. Мнда, мне даже как-то неуютно стало.
– Ну как? – спросил я, – не обманщик?
Девушка порывисто кинулась ко мне на шею, чем очень обескуражила меня:
– Я согласна дружить, – шептала она мне на ухо.
– Э-э-э… Хорошо, – я аккуратно освободился от объятий, – значит мы теперь друзья?
– Да! – закивала Нарсия глядя на меня своими наивными глазами.– Кусай, – безапелляционно проговорила эльфийка, протянув остаток эльфийской груши. Народ улыбался нам. Поняв, что продолжения не будет, кивали и уходили.
– Я правда не хочу, – отказался я, кивнув в ответ молодым ребятам,– ты же обещала познакомить меня со своей няней. Пойдём, поищем её?
– А ты пришёл через портал? – пыталась отвлечь меня от необходимости возвращаться к няне Нарсия.
– Конечно, – сдержанно ответил я.
– Алекс, а почему их называют повелителями дорог? – не унималась девушка, – вот дорога, – указал она на вымощенную аллею, – Как можно ей повелевать? Разве можно приказать ей куда-то идти?
– Этой дороге нельзя. Но не все пути такие гладкие и предсказуемые. Идём.
– Куда? – откровенно удивилась эльфийка, – к повелителям?
– Нет. Поищем твою няню, – терпеливо ответил я.
– Извините, господин Алекс, – раздался женский голос за моей спиной.
Я отвлёкся от Нарсии, повернулся на вопрос и остолбенел. Передо мной стояла очень красивая женщина. Не просто красивая, а ОЧЕНЬ красивая. Ну, блин, к этому нужно привыкнуть.
– С вами все в порядке? – тревожно спросила девушка.
– Да, – хрипло ответил я, – просто не ожидал…
– Извините, что отвлекаю вас от общения с вашей дочерью, – чуть смутившись, сказала девушка, – меня зовут Нильмэ. Клан Длинного листа. Я слушала ваше пение. Очень красиво. Мне очень понравилось.
– Дочерью…, – промямлил я. То оженили меня без моего согласия, потом сёстрами обзавели, а теперь ещё и дочь приписали. Я посмотрел на Нильмэ. Пожалуй, не стоит ей говорить про то, что это не моя дочь. Помощи от неё не дождёмся, а проблемы могут быть, – Да ничего. Слушаю вас.
– Господин Алекс, я правильно произношу ваше имя?
– Вполне, – подтвердил я.
– Госпожа Нимродэль из клана Цветущей Розы, сегодня устраивает бал у себя в имении. Я хочу пригласить вас. Приедете? – всё ещё смущаясь, спросила девушка.
– Приложу все силы, – заверил я, – но обещать не могу. Извините, моё время не всегда принадлежит мне.
– Будем очень рады, – пообещала Нильмэ, и, посмотрев на Нарсию, добавила, – славная девочка. Вся в папу, такая же непоседа.
– Он мой друг! – гордо сказала Нарсия.
– Это очень хорошо, – отозвалась девушка, и назидательно продолжила, – но нарушать правила очень плохо. А если бы тебя одну застали Надзирающие? У твоего папы были бы очень большие проблемы.
– Ну не застали же, – вмешался я.
– Да, конечно. Извините, – чуть покраснела Нильмэ. – Приезжайте. Это по дороге из южных ворот. Будем ждать, господин Алекс. До встречи.
– До свидания, – ответил я.
– …, – что-то невнятное пробормотала девочка.
Нильмэ улыбнулась мне и Нарсии и пошла по аллее.
– Так ты мой папа? – проговорила Нарсия, дождавшись, когда мы останемся вдвоём.
– Ты же знаешь, что это не так, – стряхнул я с себя оцепенение от неожиданной встречи с женской красотой.
– Знаю.
– Ну что, подруга дней моих суровых, пошли искать твою няню?
– Давай я тебя лучше с мамой познакомлю, – предложила Нарсия, – вдруг у вас любовь будет! Ты ей споёшь, и она влюбится. А?
– Нет. Так нельзя. Любовь в руках матери Природы и простой песней её не вызовешь. Пошли искать твою няню.
– А чо её искать? Она же не прячется, – девушка недовольно сдвинула бровки, – вон она идёт! – указала она куда-то в глубину парка.
Сквозь прозрачный лес, в боковой алее, я увидел молодую женщину, в полупальто и длинной юбке. Она заглядывала под кусты и ёлки, явно кого-то искала.
– Пошли? – попытался я взять девушку за руку.
– Ну это же неправильно! –топнула ногой Нарсия, пряча свою ладонь за спиной, – ты спел песню из далёких стран, а няня сама пришла! Это неправильно.
– Считай, я подарил тебе эту песню! – улыбнулся я непосредственности эльфийки.
– Тем более нельзя. Мама говорила, что если что-то дарят тебе, то нужно подарить что-то взамен. Иначе будет долг. А потом за эти долги заберут что-то дорогое!
– Послушай, Нарсия. Мама не то хотела сказать, – я закинул гитару за спину, – подарок дарят не для того чтобы получить что-то взамен. Иначе это уже совсем не подарок, а обмен. Дарят просто так, чтобы сделать приятное, да просто, чтобы поделиться хорошим настроением. Вот смотри, если я подарю тебе цветы, это же не значит, что и ты должна подарить мне что-то. Ведь так?
– А ты подаришь? – с надеждой спросила эльфийка.
– Я уже подарил тебе песню.
– А цветы?
– Цветы тебе подарит молодой эльф. Пройдёт совсем немного времени, и он появится в твоей жизни, и подарит тебе цветы! Хорошо?
– А ты откуда знаешь? – подозрительно спросила девица.
– Я же глаэр, я всё знаю!
– Нарсия! – раздался голос няни, которая, придерживая длинный подол, спешила к нам.
– Не забывай, она, как и твоя мама, сейчас на работе, – проговорил я, поворачиваясь лицом к няне, – если цветы будут убегать от твоей мамы, то господин Гудус не будет платить ей. На что вы будете жить?
– Но они же цветы, – удивлённо прошептала эльфийка, – они не могут убежать.
– Поверь мне, есть места, где цветы бегают как тараканы. Так что и тут смогут.
– Ты правда видел? – повернулась ко мне Нарсия, заглядывая в глаза.
– К сожалению, да.
– Извините её господин, – проговорила запыхавшаяся нянька, подходя к нам, – Нарсия, ну сколько раз я тебе говорила, что нельзя приставать к чужим эльфам.
– Он не чужой, он мой друг! – вставила виновница волнений эльфийки.
– Всё в порядке, – улыбнулся я воспитательнице.
– Этого больше не повторится, пожалуйста, – не слышала меня нянька, – не сообщайте надзирающим. Нарсия такая непоседа. Пожалуйста…
– Меня зовут Алекс, а вас?
– Фабуель, – влезла Нарсия, – её зовут Фабуель.
– Очень приятно, – кивнул я подбородком, – у вас очень добрая и открытая воспитанница. Я не собираюсь никуда сообщать. Ей просто не хватает внимания. Элементарного внимания и любви. Честь имею, – опять кивнул я подбородком воспитательнице, посмотрел на Нарсию, которая с интересом наблюдала за происходящим, – пока красавица. Будь умницей и помни про убегающие цветы!
