созданным для популяризации толстовского учения. Написаны они с учетом
российских условий, т.е. цензуры. Поэтому в них нет резких и открытых
сатирических выпадов против Церкви и государства. Мораль в них всегда
присутствует, зачастую в самом названии: Вражье лепко, а Божье крепко, Бог
правду видит, да не скоро скажет , – но не всегда именно толстовская. Еще во
времена работы над Анной Карениной Толстой написал рассказ для народа,
единственный, который он исключил из осужденных им самим прежних
трудов, – рассказ Кавказский пленник (1873), который он отнес к хотя и низшей,
но все-таки рекомендуемой им категории «хорошего общего искусства» (не
религиозного). Новые рассказы выражают его стремление к религиозному
искусству. Они отвечают новому толстовскому вкусу: рассказывается о главном
и нет никаких избыточных украшений «реализма». Но они остаются
реалистическими, ибо место действия понятно и привычно тому читателю, для
которого они написаны: это русская крестьянская жизнь, с достаточным
количеством местного колорита, чтобы ее опознать как именно русскую. Все
рассказы написаны великолепно, каждый – маленький шедевр построения,
сжатости и соответствия художественных средств и цели. Форма и содержание
представляют органическое целое и нравственная тенденция не торчит, как что-
то постороннее. Один из лучших – Два старика, рассказ о том, как два
крестьянина по обету отправились в Иерусалим. Один достиг цели и увидел
Святую землю, но другому встретилась по пути умирающая с голоду семья и
он, чтобы спасти их, потратил все свои деньги, потерял время и вернулся
домой, так и не увидев Иерусалима. Первый по дороге домой попал в семью,
спасенную его товарищем, и пришел к пониманию того, «что на миру велел Бог
по смерть отбывать каждому свой оброк – любовью и добрыми делами».
Позднее, когда слава его стала расти и у него появились читатели во всем
мире, он стал писать народные рассказы более универсальные и обобщенные.
Они еще больше приблизились к его идеалу – быть понятным всем. Это
Франсуаза – перевод-переработка рассказа Мопассана Богородица ветров, где
он состриг все лишние реалистические побеги; Суратская кофейная и Дорого
стоит, и еще более поздние рассказы Ассирийский царь Ассаргадон, Труд,
16
смерть и болезнь и Три вопроса. В них он приближается к стилю притчи, с
такой силой использованному в Исповеди, и к восточному апологу.
Рассказы, рассчитанные на образованного читателя, написаны иначе: они
гораздо длиннее, в них больше подробностей, больше «психологии»,
стилистически они гораздо ближе к прежним толстовским произведениям. Есть
рассказы проблемные, задача которых не столько учить, сколько передать
собственный опыт. Их можно разделить на две категории: рассказы об
обращении и рассказы о проблеме пола. К первой можно отнести Записки
сумасшедшего (незаконченное сочинение, писалось в 1884 г., опубликовано
посмертно); Смерть Ивана Ильича (1886) и Хозяин и работник (1895). Тема
этих рассказов – духовное обращение образованного или богатого, но темного
и не пережившего возрождения человека перед лицом смерти или безумия.
Записки сумасшедшего очень близки к Исповеди. Здесь со страшной силой
передается чувство метафизической тоски и отчаяния всего существа перед
бездной, лишенной смысла жизни; чувство, несомненно испытанное самим
Толстым во время великого кризиса и которое, возможно, возвращалось к нему
и после обращения. Этот рассказ – самый мистический из написанного
Толстым. Он остался неоконченным, но надо признать, что этому рассказу
принадлежит центральное место в толстовском творчестве, рядом с Исповедью,
а как свидетельство он стоит даже выше. В нем больше прямой искренности,
больше от документа и меньше от «искусства». Герой Смерти Ивана Ильича не
мыслящий и ищущий человек, как Толстой Исповеди, или как Сумасшедший.
Он простой, средний человек, принадлежащий к образованному классу, судья
(категория, особенно ненавистная Толстому). Откровение является ему прямым
следствием смертельной болезни. Поняв, что умирает, он теряет всякий вкус к
существованию и погружается в глубочайшую тоску, осознав бессмысленность
и пустоту своей жизни. Но радость возвращается с бесхитростной и веселой
добротой лакея Герасима, единственного человека, помогающего ему в
смертном отчаянии. И перед смертью он видит внутренний свет Веры,
Самоотречения и Любви. Хозяин и работник – тоже рассказ о возрождении к
новой жизни перед лицом смерти. Он знаком каждому читателю. Это один из
шедевров Толстого, по строгой красоте конструкции сравнимый с Исповедью, а
по истинности мистического света – с
Записками сумасшедшего.
Стилистически он занимает место между старой реалистической и новой,
народной, художественной манерой, и больше всех произведений, не
написанных специально для народа, приближается к толстовскому идеалу
религиозного искусства.
«Сексуальные» повести – это Крейцерова соната (1889) и Дьявол
(написанный в том же году, опубликованный посмертно). Из них первая, с ее
подробным исследованием чувства ревности и резкой критикой полового
воспитания в современном обществе, хорошо известна. Это, безусловно,
сильная вещь, но далеко не совершенное художественное произведение. Она
недостаточно сконцентрирована, проповедь ее не всегда художественно
«необходима», а стиль странно напоминает раздерганную и возбужденную
манеру Достоевского. Дьявол удачнее. Это удивительнейший анализ
характерной для Толстого одержимости плотскими желаниями, о чем Горький
так проницательно говорил. Это рассказ о человеке, который любит свою
молодую прелестную жену, но плотское желание неудержимо тянет его к
крестьянке, с которой он был в связи до брака. Он бессилен побороть свое
влечение, и, спасаясь от падения, в минуту отчаяния убивает эту женщину.
Конец не вполне удовлетворил Толстого, и он написал другой: герой убивает не
предмет своей страсти, а себя. Несмотря на двойной конец, повесть Дьявол –
17
один из величайших шедевров Толстого и по своей яростной искренности, и по
мастерству конструкции: трагическая неизбежность падения героя, его
беспомощность перед плотским инстинктом, разрастаясь, приводят к роковому
концу. Все это написано с непревзойденным мастерством.
Среди поздних художественных произведений Толстого больше всего
внимания привлек и наиболее широко известен роман Воскресение (закончен и
напечатан в 1899 г.), который поэтому обычно считают типичным
произведением последнего периода. Он состоит из трех частей – самая крупная
вещь с 1880 г., почти такая же по размеру, как Анна Каренина и Война и мир.
Единственно по этой причине и совершенно неправомерно роман занял главное
место среди произведений последнего периода и часто цитируется наряду с
двумя предыдущими. На него нередко указывают, желая доказать, что гений
Толстого пошел на убыль с тех пор, как он стал проповедником. Если мерить
его творческую работу последних тридцати лет именно Воскресением, то
пришлось бы с этим утверждением согласиться, потому что совершенно ясно –
Воскресение гораздо ниже Войны и мира и Анны Карениной. Но оно ниже и
Хозяина и работника, и Живого трупа. Несмотря на свои размеры, оно никак
не является любимым детищем Толстого. Написан роман был, странно сказать,
