Для того, кто не видит своей цели, любой путь является тупиковым.
Но главный вопрос, стоящий перед родителями взрослых детей – он, собственно, в другом. Это вопрос не о детях, а о себе: как нам, взрослым, быть с тяжелым чувством злости и разочарования по поводу «сомнительной особы» в микроюбке, заявившейся на семейный обед? А заодно с негативными эмоциями по отношению к этому бестолковому созданию, приведшему в дом черт те кого (или даже черт те что)?
«Жил–был дурак. Он молился всерьез(Впрочем, как Вы и Я)Тряпкам, костям и пучку волос Все это пустою бабой звалось,Но дурак ее звал Королевой Роз(Впрочем, как Вы и Я)…Что дурак растранжирил, всего и не счесть(Впрочем, как Вы и Я) Будущность, веру, деньги и честь,Эта леди вдвое могла бы съесть,А дурак – на то он дурак и есть(Впрочем, как Вы и Я)»[16].
Звучит актуально. До сих пор. И направлено так же, как и реакция сегодняшних родных и близких. То есть неправильно направлено. На объект и субъект любовных переживаний, а не на их первопричину.
Допинг дороже будущности
Влюбленный дурак/дура и недостойная избранница/избранник – это, соответственно, конденсатор и проводник энергии, которую рождает в организме потребность в эмоциональном всплеске, или, если хотите, встряске.
Весь вопрос в том, каковы ресурсы «конденсатора», а не в том, какова проводимость «проводника».
«Будущность, веру, деньги и честь» растранжирить легко, когда они представляют ничтожную ценность по сравнению с эмоциональным допингом. А для кого допинг стоит дороже будущности? Правильно, для наркомана. То есть для «эмоциомана». Нет принципиальных различий между пристрастиями, вышедшими из–под контроля сознания. Личность, готовая на все ради удовлетворения потребности в очередной дозе счастья (неважно, откуда добытой – из лекарственных препаратов, из брожения по интернету или из объятий «любимого существа»), возвращается на стезю биологических ориентиров. То есть превращается в тот самый индивид, далекий от индивидуальности, как октябрята от декабристов.
Зачем и почему молодые люди совершают над собой такое? Отчасти потому, что в их сознании постоянно присутствуют несколько роковых постулатов:
а) их возможности для самоутверждения, для самореализации и для повышения самооценки ограничены;
б) тем не менее у них чрезвычайно развито чувство собственной исключительности, присущее каждому человеку, но с возрастом слабеющее;
в) их амбиции прямо пропорциональны воображению и обратно пропорциональны знанию жизни;
г) их стремление к получению желаемого нельзя ограничить ни разумными доводами, ни моральными нормами, поскольку оно в большей мере биологическое, нежели социальное.
Итак, вчерашний ребенок уже вырос, но еще не научился хотеть «социально». Его «тактика желания» должна основательно измениться, чтобы стать поведением зрелого человека. Значит, и воздействие лучше всего оказывать не на «предмет страсти», а на сознание воздыхателя.
Для начала попробуйте разобраться в жизни и представлениях собственного ребенка.
И не думайте, что это просто – вы ведь его с пеленок знаете. Именно поэтому вы можете действовать «согласно устаревшим циркулярам». Ведь дети меняются невероятно быстро. Отсюда извечные родительские ностальгические вздохи: «Подумать только, позавчера еще в колыбельке качались, вчера — конфеты выпрашивали, а сегодня – откуда что взялось!» Нормальный ритм, просто вы не догоняете! Завтра ваш малютка сам принесет сопящий конвертик в голубых или розовых ленточках и попросит вас помочь в воспитании. И вы, скорее всего, по отношению к внукам будете более терпимы, осторожны и внимательны, чем к детям. Польская мудрость (из колонки афоризмов в газете «Пшекруй») гласит: «Когда мы, наконец, можем позволить себе иметь детей, у нас уже внуки». Никогда не замечали, что внукам и дедушкам–бабушкам свойственно кооперироваться в противостоянии «среднему поколению» — родителям? Сэм Левенсон, американский юморист, утверждает: «Это потому, что у них общие враги». Действительно, «враги» имеют привычку запрещать все приносящее удовольствие – шумное, вкусное, интересное, полное секса, насилия, холестерина и углеводов! Тебе, дескать, рано еще! Или поздно. Уже.
Конечно, шкала мер воздействия от разговора по душам до категорического запрета к вашим услугам. Но поймите, запретительная тактика не должна напоминать мстительное злорадство или желание отвязаться. Если вы, приглядевшись, поймете, что тот или иной «каприз» играет большую роль в жизни вашего ребенка, лучше быть деликатным. Иначе вы будете восприняты как вивисектор, кромсающий по живому и приговаривающий из–под забрызганной кровью марлевой повязки: «Не ори, это для твоего же блага!» Да к тому же запретный плод сладок. Вспомните о куртуазной любви, которой якобы нет и быть не может в законном супружестве – именно оттого, что свидания тайком и страх потери не оживляют увядающее чувство. Известно: «хорошие мальчики/девочки из приличных семей» отнюдь не стремятся найти себе сексуального партнера среди таких же «хороших деток». Им подавай противоположную систему поведения: экстремальную, шокирующую, спонтанную, привольно–отвязную. Так в молодом сознании проявляет себя детское любопытство. Оно уже не направлено на пироманские опыты с газовой плитой или на космические технологии, создаваемые соседом по парте, отъявленным хулиганом. Увы, теперь объектами любопытства становятся человеческие взаимоотношения – а это, согласитесь, поопаснее закопченной газовой плиты и запущенного в стратосферу скелета из кабинета биологии…
Готовьтесь: ваш ребенок будет совершать ошибки, впадать в крайности, поддаваться панике, следовать моде – то есть взрослеть.
И если он промахнется, не стоит возлагать всю вину только на него, балбеса, — или, наоборот, на «дурную компанию», втянувшую такого хорошего мальчика/девочку в такую… сомнительную затею. Скорее всего, «участие в содеянной глупости» принимали все: и хорошее чадо, и его компания, и его молодость, золотое время. Утешьтесь мыслью, что молодость дается один раз, потом для глупости придется искать другое оправдание.
И последнее: вы уверены в правоте собственных притязаний? В объективности своих суждений? В адекватности своей реакции? Вы ведь тоже человек и, вероятно, ничто человеческое вам не чуждо?
Глава 2
Мой ребенок – чей–то сексуальный объект
В романах много пишут о хлопотах с сексом и совсем чуть–чуть – о хлопотах с детьми. В жизни соотношение обратное.
Дэвид Лодж
Метод Бермяты не для родителей
Ребенок в качестве сексуального объекта — отнюдь не скабрезная шутка и не цитата из судебного отчета, а серьезная проблема для родительского восприятия. Рано или поздно подросшие дети «выходят из укрытия» и признаются родителям, что их интимная жизнь… существует. В подростковом возрасте как–то не принято посвящать родителей в эту «деталь». Да и сексуальные контакты носят спонтанный, нерегулярный характер. «Взрослая» личная жизнь, ее ритм и пристрастия сформируются гораздо позже, а пока все отношения носят характер «проб и ошибок». Здесь–то и коренятся основные разногласия между старшим и младшим поколениями относительно секса. Наблюдая за последствиями небезопасных проб и волнуясь по поводу того, что может приключиться с любимым детищем после «роковой ошибки», родители подсознательно (или сознательно) проводят параллели с собственным сексуальным поведением. Причем не с подростковым, не с молодежным, а со взрослым. Из такого подхода «вытекают» сразу несколько потенциальных конфликтогенов – возможных причин конфликта – между родителями и детьми.
В первую очередь, это завышенные требования, предъявляемые к участникам сексуальных отношений и к характеру самих отношений.
Каждый временный партнер, возникающий на горизонте, воспринимается с убеждением «он к нам пришел навеки поселиться».
И критикуется, соответственно, по полной программе. Ведь к будущему зятю/невестке претензий возникает куда больше, нежели к «случайной связи». А детям иной раз неловко или недосуг объяснять, что нынешние отношения по сути своей недолговечны и эгоистичны. Вдобавок родителям, как мы уже говорили, вообще свойственно представлять себе всякие ужасы. Причем в качестве «ужаса» может выступать малейшее отклонение от абстрактной «нормы»: пристрастие к ярким внешне, но внутренне примитивным особам; склонность влюбляться в актеров/актрис, в моделей; отсутствие интереса к добрым, воспитанным, душевным парням/девушкам; явное предпочтение отрицательных «персонажей» положительным и т.п. И становится понятно, что родители ищут кого–то для долгой и счастливой семейной жизни, а их подросший ребенок – кого–то, чтобы занять свободный вечер.
