В современной организации труда руководители не используют здоровьесберегающие технологии, да и в целом имеют весьма абстрактное представление о них и их возможностях. Например, методикой и практикой включения в режим рабочего производственной гимнастики теоретически владеют менее 6 % руководителей, а регулярно используют ее в целях снижения утомления 2,8 % и т. п. Данная тенденция находит подтверждение и в параллельно проведенных исследованиях российских специалистов: более половины из числа опрошенных менеджеров высшего и среднего звена (52,3 %) вообще не задумываются о здоровье на рабочем месте и никак не борются с факторами риска профессиональной среды, негативно влияющими на него. Однако при этом практически 100 % отмечают, что для профессиональной деятельности здоровье имеет большое значение.
Деятельность по сохранению здоровья неактивна и в досуговое время. Следует подчеркнуть, что у большинства руководителей забота о здоровье на основе здорового образа жизни имеет декларативный характер. При построении иерархии ценностей большинство руководителей ставят здоровье на первую рейтинговую позицию, при этом здоровому образу жизни[13] отводится лишь 15-я позиция в системе приоритетов. Выдвигаемые причины пренебрежения принципами здорового образа жизни, так же как и в отношении медицинской активности, связаны с внешними условиями (дефицит времени из-за большого объема работы, наличие других более важных дел и т. п.) и не акцентируют внутренние детерминанты (отсутствие силы воли, знаний и привычки к здоровому образу жизни, лень). Лишь в 12 % случаев руководители объективно указали, что скорее отсутствие внутренних побудительных мотивов к здоровому образу жизни является основным тормозящим фактором, чем внешние препятствия.
Представляется, что низкая мотивация к здоровому образу жизни и валеологическая некомпетентность – наиболее объективные факторы в декларативности здоровьесбережения. Они определяют в целом низкий уровень валеологической культуры, которая должна формироваться начиная с бытийного уровня сознания. Это базовый уровень, который усваивается в детстве и соблюдается бессознательно и, согласно научным данным, на 92–98 % определяет поведение человека. Если валеологическая культура не сформирована на бытовом уровне, то и в повседневной жизни она остается в большей степени декларативной. К сожалению, приходится констатировать, что роль семьи в формировании культуры здорового поведения в нашем обществе реализована не в полной мере.
Проиллюстрируем сказанное результатами проведенного исследования. В качестве источников знания о здоровом образе жизни, сохранении здоровья и развитии своего психофизического потенциала руководители указали в первую очередь не родителей или других родственников, а учреждения образования (школу, вуз, базу переподготовки), затем спортивные секции. С точки зрения «выживаемости» этих знаний предпочтение закономерно было отдано тем, что были получены в процессе непосредственного «живого» общения и «живого» примера на этапах образования или физического совершенствования.
Определенный уровень валеологической культуры может быть сформирован в той или иной степени на уровне рефлексивного сознания. Он присваивается в течение жизни путем обучения и интеллектуально-познавательной деятельности. Проблема и заключается в том, что индивид, как и общество в целом, имея определенный уровень рефлексивного сознания в отношении здоровьесбережения, декларирует и приветствует ценность здоровья на уровне рефлексии, но при этом на бытовом уровне сохраняет традиционно пассивное отношение к здоровьесберегающей деятельности. Это находит подтверждение как во взрослой, так и в молодежной среде. Отсутствие усвоенного примера данной активности родителей в быту приводит к трансляции такого поведения впоследствии в собственной семье. Соответственно на современном этапе важнейшим вопросом оздоровления населения является поиск путей привлечения и активизации семьи как рычага в формировании потребности детей, подростков и молодежи к сохранению и развитию здоровья на всем протяжении жизненного пути. Данным вопросом должны очень серьезно заниматься учебные учреждения, общественные и государственные структуры.
Противоречивый характер отношения к здоровью прекрасно иллюстрируют результаты исследования, проведенного российскими специалистами. При сравнении отношения к здоровьесбережению и наличию вредных привычек у китайских и российских студентов выявлено, что российские студенты имеют более высокие показатели распространенности вредных привычек, чем китайские. При этом первые оценивают свое здоровье как более благополучное. Интересно, что представители российской молодежи чаще, чем китайцы, применяют некоторые модели здорового поведения на основе автономной мотивации. При этом одновременно они чаще используют модели здоровьеразрушающего поведения.
Педагогические наблюдения позволили выявить аналогичные противоречия в среде белорусских студентов. Например, отмечена модель поведения с высокой частотой использования занятий физической культурой и спортом с целью оздоровления в сочетании с практикой табакокурения и употребления алкогольных напитков (молодежь считает, что одно другому не мешает). Или, как указали студенты, ощущаемое субъективное чувство полного благополучия при курении, несмотря на знание о пагубном его воздействии на здоровье. Или отрицательное отношение к курению своих будущих детей и положительное к собственному курению и т. п.
На основании предложенной проф. Г.С. Никифоровым схемы и результатов собственных исследований определен психологический профиль проблем в проявлении здоровьесберегающей активности у руководителей:
● актуализация потребности в здоровье только в связи с его утратой. При ощущении физического благополучия здоровьеохранительные реакции (потребности) подавляются верой в неизменность и постоянство хорошего здоровья; здоровьесберегающая модель поведения не является осознанной и проявляется лишь как вынужденная реакция на плохое самочувствие (позиция выявлена у 44 % руководителей);
● блокирование негативной информации о собственном здоровье «на входе» по механизму психологической защиты отрицания (например, «Этого не может быть!») (отмечено у 18 %);
● стремление к исключению объективной информации о своем здоровье (например, возможность оценить свой уровень здоровья 18 % руководителей посчитали пустой тратой времени; позиция озвучена с формулировкой: «Я и так знаю, что совершенно здоров!»);
● оправдание неадекватного отношения к здоровью на поведенческом уровне по принципу психологической защиты рационализации, например при нарушении принципов здорового образа жизни (позиция отмечена в 14 % случаев);
● пассивное отношение к здоровьесбережению вследствие отсутствия культуры здоровьесбережения (позиция отмечена в 43 % случаев и озвучена с формулировкой: «Если человеку суждено заболеть, то что бы он ни делал, все равно заболеет!»);
● избирательное отношение к объективной информации о текущем состоянии здоровья: если информация не совпадает со сложившимися представлениями, то она автоматически исключается или подвергается критике. Например, объективные показатели здоровья могут оцениваться по-разному. В случае негативной информации «виноватыми», как правило, оказываются внешние причины (позиция отмечена в 42 % случаев и озвучивается с формулировками: «Некорректная методика», «Испорченные приборы», «Накануне была большая нагрузка на работе. Изменится внешняя обстановка, и здоровье вновь станет хорошим»);
● проявление реактивности как реакции на запрет. Теория реактивности заключается в том, что когда индивид чувствует, что свобода поступать по-своему лимитирована с внешней стороны, у него возникает желание противодействовать данным внешним стимулам. Это стремление приводит к совершению запретного поступка (например, закурить именно в запрещенном месте или после лекции о вреде курения) (позицию признают в 12 % случаев);
● отрицательное влияние социального микро– и макро окружения. Социальное одобрение, как известно, является сильнейшим мотивирующим фактором. Нами выявлено, что в организационной среде существует взаимозависимость частоты вредных привычек у руководителя и подчиненных (число курящих работников при некурящем руководителе значительно ниже, чем при руководителе, который сам курит). Влияние социума не всегда имеет позитивный характер. Например, неприятные ощущения от курения или употребления алкоголя подавляются одобрением со стороны компании либо желанием «не оторваться» от коллектива (позиция отмечена в 9 % случаев);
● действие эффекта задержанной обратной связи. Поскольку результат затраченных усилий имеет отдаленный эффект, часть населения считает, что не стоит обременять себя заботой о здоровье до определенного момента. Иногда, не ощутив срочного эффекта от здоровьесберегающей деятельности (например, не похудев после первого же занятия спортом), индивид перестает ею заниматься и может уже никогда более к ней не вернуться (позиция отмечена в 12 % случаев).
