улыбка, почему-то сползла с её лица, — твои глаза… — протянула она. Потом, словно опомнившись, снова весело защебетала, — ну идём же.
Мы вышли через главный вход во дворец и пошли по прекрасному саду.
— Как устроилась?
— Нормально.
— Да уж представляю, — недовольно сказала она, — тебе нужно стать жрицей, Мирабель, тогда жизнь станет лучше.
— На меня даже служанка смотрит с презрением, — поделилась я своим огорчением.
— Но служанка верит в бога Эрро, дорогая. Сейчас ты просто маг для них, персона нежелательная в государстве. К жрецам, а тем более к жрицам верховного бога другое отношение. Тебе повезло, Мирабель. Не упусти шанс.
Я молча шла рядом с Данайей, мы свернули с главной дорожки сада и вышли к воротам дворца. Пройдя за них, мы пошли по городской улице. Людей было не очень много, в связи с ранним утром, некоторые прохожие почтительно кланялись Данайе.
— Они кланяются вам, несмотря на то, что вы маг… — заметила я.
— Они видят, что я — верховная жрица, то, что я маг — нет. Ты ведь понимаешь, что у магов на лбу не написано об их способностях… Пока что, во всяком случае…
Храм бога Эрро находился неподалёку от дворца императора. Он впечатлял: высокий с большим количеством башен и шпилей, с фонтанами у входа и красивой расписной дверью. Дверь нам распахнули двое стражей, стоявших у входа.
— Закройте пока и не открывайте, пока я не позволю, — сказала им жрица и поманила за собой.
Внутри храм был ещё более невероятным, чем снаружи. Огромная зала с красивейшим алтарём и троном, колоннами, большим количеством окон, через которые проникали солнечные лучи, причудливо пересекаясь.
— Итак, это главная зала. Собственно, единственное место в храме, которое видят все прихожане, — пояснила жрица. Вон там моё место, в приемные дни, я там сижу и выслушиваю людей, есть особый ритуал, как правильно заходить в храм, с ним тебя ознакомят другие жрицы.
Данайа провела меня дальше, следующая зала была праздничная, туда допускались лишь император и знатные люди, там устраивали трапезы в честь бога Эрро и веселились по особым праздникам. Так же в храме было огромное количество ритуальных комнат, молебных, исповедален и даже своя темница, в которой последние семнадцать лет, с момента образования Империи, никто не содержался.
— Теперь правила жрицы, — Данайа присела на скамейку во внутреннем садике храма, — ты когда-нибудь встречалась с парнем?
— В каком смысле? — спросила я, наверняка покраснев, на самом деле понимая, о чём говорит жрица.
— В том самом, о котором ты подумала.
— Нет, — я опустила глаза, щеки запылали.
Данайа усмехнулась не зло.
— Жрицам запрещено вступать в отношения с мужчинами. Жрицы обязаны всегда хорошо и опрятно выглядеть, носить специальное одеяние, в соответствии со своим рангом, подчиняться законам Империи и всё такое…
Правил было не мало, Данайа всё говорила и говорила, а я так и не поняла, что конкретно должны делать жрицы.
— Вопросы? — спросила Данайа.
— Да, что нужно делать жрице?
Данайа закатила глаза.
— Как будешь жрицей, мы расскажем, пока что твоя задача — стать жрицей. Не нарушать правила и законы, приходить в храм к шести утра, носить вот эту вот одежду, — она провела рукой в воздухе, охватывая мою одежду, — и следить, чтоб в главном зале горели все свечи, когда темно, а так же лилась вода из источника, иногда, когда кто-то сильно усердно молится, можно делать так, чтоб вода сияла.
— Магией? — удивилась я.
— Ну конечно, и свечи зажигать тоже магией.
— И ничего не будет за это?
— Нет, дуреха, ты же служишь Империи.
Я скептически подняла бровь.
— Забегая вперёд, скажу, здесь мы используем магию, чтобы творить "чудеса", создавать в храме атмосферу таинственности и волшебства.
— Прекрасно, — вздохнула я, — и для этого непременно нужен сильный маг? Чтобы водичка красиво сияла?
— Осторожнее, Мирабель, — предупредительно покачала головой Данайа, — не для этого. Но ты даже не жрица ещё.
— Я поняла.
— Пойдем, познакомлю тебя с остальными.
Мы зашли обратно в здание, прошли вверх по винтовой лестнице. В одной из комнат сидели три жрицы.
— Дамы, познакомьтесь, наша новенькая, — сообщила Данайа, указывая на меня.
Жрицы встали и поклонились, разумеется Данайе.
— Её зовут Мирабель, — продолжила Данайа, — это вот наша старшая жрица Энго, я тебе о ней говорила, — она указала на жрицу, которая по возрасту недалеко ушла от Дорна, чем сильно меня удивила. Она была некрасивая и с очень неприятным выражением лица, — это вот у нас Нонна, — Данайа указала на следующую жрицу с пышными черными волосами, полной грудью и пухлыми губами, — а это Шульда, — Шульда выглядела самой юной из них, она весело улыбалась, накручивая на палец прядь рыжих волос. Затем Данайа посмотрела на меня, — добро пожаловать! Энго, принеси обруч.
Энго удалилась, но скоро вернулась, держа в руках плетёную тканевую повязку.
— Встань на колени, Мирабель, — приказала Данайа, — я повиновалась, и она повязала на мою голову тканевый обруч.
— Сейчас он тканевый, как станешь ученицей будет металлический, — пояснила она мне, задержав взгляд на моих глазах и странно хмурясь, — сколько, говоришь, тебе лет?
— Скоро восемнадцать, — Данайа закусила губу и о чем-то задумалась, — ладно, — наконец, вымолвила она, — сейчас Энго и Мирабель остаются, и Энго рассказывает о том, как молиться, как вести себя в храме и так далее… Остальные идут в залу.
Все разошлись, а мы с Энго остались вдвоём.
— Ох, — вздохнула Энго, — опять учить с нуля, — она выглядела не очень довольной.
— Бог Эрро испытывает тебя, возможно? — спокойно сказала я, — повторение — мать учения.
Энго как-то странно на меня посмотрела.
— Ты веришь в него? В бога Эрро?
— Меня воспитывали в школе Фотиса. И молиться учили ему. Я верю в существование Фотиса, в существование Эрро — тоже.
— Как молятся Фотису?
— Сходи в храм и спроси у жрецов, которые там служат. Сейчас ты должна обучить меня молиться богу Эрро, а не я тебя.
— Ты не из покладистых, да?
— Напротив, — заверила я свою новоиспеченную учительницу, — хочу чтобы приказы верховной жрицы исполнялись как следует.
В первый день лета меня посвятили в жрицы бога Эрро. Облачили в белое платье из воздушной ткани, подпоясали серебряным поясом и надели на голову серебряный обруч. Во дворце переселили в другую комнату. Это было больше не крыло прислуги, но и не покои знатных особ, разумеется. Большую часть времени я училась быть жрицей в храме. Сложность состояла в огромном количестве правил, ритуалов и предписаний, которые необходимо было соблюдать. С тех пор, как я стала жрицей, мне разрешили работать на службах, а так же помогать прихожанам совершать ритуалы и
