И еще болела шея.
Скалли просто физически почувствовала, как адреналин заполняет ее кровь. Он шлялся где-то больше суток, она тут думала невесть что, а он…
Она набрала в грудь побольше воздуха.
— Я… Меня ударили по голове, по-моему. И потом я был в лесу. Долго шел.
Малдер сокрушенно взглянул на свой костюм.
— Я должен был прийти к тебе. Потому что, только ты сможешь мне помочь.
Скалли выдохнула воздух обратно. В ней заговорил врач.
— Ударили по голове? — Она потянула Малдера за рукав к креслу. — Сядь сюда, я тебя осмотрю.
Действительно на затылке она обнаружила гематому. Крови не было. Она нежно взяла Малдера за подбородок и подняла ему голову вверх. Зрачки были расширены до предела. Ей сразу пришла в голову мысль о каком-то препарате.
— А это что? — она увидела следы крови на рубашке. Скалли уверенными движениями развязала галстук (все же у нее был брат, на котором можно было попрактиковаться в таком важном деле).
Лицо Малдера скривилось. Он немного отвел голову.
— Больно?
Ну, вот, наконец.
Дэйна Скалли почувствовала, как онемели ее руки.
— Что там? — спросил Малдер, отстраняя ее рукой.
— Это очень похоже на укус.
"Причем не любовный" — подумала она про себя.
Малдер встал и направился в ванную комнату. Почему-то ему не хотелось смотреть в зеркало. Он ополоснул руки. Потом все же, пересилив себя, поднял голову. Глаза слепил свет, отражавшийся в кафеле. Словно сквозь туман он рассмотрел, что на шее, имеют место быть две небольшие ранки. Кожа вокруг немного припухла и было больно.
— Постарайся припомнить, что произошло?! — Скалли открыла дверь.
В руках у нее была склянка с йодом и лейкопластырь. Видимо она сбегала к машине.
В голове Малдера было абсолютно пусто. Он позволил ей обработать следы неизвестно чего на шее.
— Как ты себя чувствуешь? — продолжала суетиться она возле него.
— Не знаю даже. Холодно тут. — Он зевнул. — Я пойду, наверное, посплю немного.
* * *
Скалли проследила, чтобы ее напарник устроился в своем соседнем номере как полагается. От еды и питья он отказался, но согласился принять душ и улечься в кровать. Теперь она сидела у его кровати держа в руках его руку. Убедившись, что он уснул, Скалли вернулась к себе.
* * *
Длинные лунные тени переплелись в причудливую сеть на земле. Танцуя, она подошла к нему. Полные негритянские губы улыбались странной, жадной улыбкой.
— Я хочу, что бы тебе было хорошо — шепнула она ему на ухо.
Он не мог шевельнуться, что-то мешало. Трудно было даже дышать полной грудью. Он помнил, что несколько часов назад пытался вырваться из опутавшей его паутины. Но сеть затянулась еще сильнее. Сначала было мучительно больно, затем тело онемело. Старый толстяк (где-то он его видел) склонился к нему. Притворятся больше не было смысла и Малдер открыл глаза.
— Извини, — услышал он. — Так будет лучше для всех.
Красные глаза вспыхнули в темноте. Малдер попытался откатиться в сторону, когда увидел в руке старика шприц.
— Не надо! Пожалуйста!
Сеть, словно живая впилась в тело. Он даже не почувствовал укола тонкой иглы.
* * *
А теперь ему были отвратительны прикосновения ее холодных губ. Словно что-то склизкое скользило по шее…
Страх, вернее ужас раздирал ему сердце.
* * *
Зара была благодарна Джеронимо за подарок. Он сказал, что покидает их, но хочет, что бы о нем не забывали.
Она не знала, что теплая кровь, которую она только что пила, содержит сильнейший яд. Сильнейший для вампиров.
Зара подняла голову. На пороге хижины стояли остальные члены Команды.
* * *
Джеронимо предупреждал эту 200 летнюю девчонку, что не позволит с собой шутить. Теперь все устроится наилучшим образом. После Зары наверняка остальные тоже приложатся к телу. А этот агент ФБР, если конечно сможет, — продолжал размышлять Джеронимо, — придет к своей рыжеволосой напарнице. Не зря же она так беспокоилась о нем.
И раз уже покидать эти места, неплохо было бы разобраться со старым врагом — отцом Мэтью.
Да и просто порезвиться напоследок.
А обращенные исчезнут со временем. Может быть, и покусают еще кого-нибудь. 5–6 новых смертей в этом городе ничего для истории значить не будут.
Затем вспышка сойдет на нет. 3–4 месяца такой призрачной жизни для обращенных не так уж и плохо…
* * *
Боль застигла ее почти на пороге дома. Сначала это была вполне терпимая резь в желудке, но уже через несколько секунд обжигающая волна захлестнула все тело, заставив ее согнуться пополам.
Скорчившись, Зара с трудом доковыляла до двери и, вцепившись в косяк, остановилась передохнуть. Боль на мгновение поутихла, но тут же накатила с новой силой, так что она с трудом подавила стон. Голова кружилась, в ушах звенело, глаза почти ничего не видели. Зара испугалась.
Что же это, в самом деле?! Очень похоже на отравление. Неужели, яд? Проклятье, ведь старик единственный из всех не тронул того темноволосого красавчика. Старый ублюдок отравил их!
В шкафу в ее спальне лежит то, что ей нужно — универсальное противоядие, доставшееся ей еще от прабабки средство, очищающее кровь и выводящее из организма любые токсины, но спальня на втором этаже, туда еще нужно добраться. Только бы не опоздать!
К счастью, она выпила не так уж много, потому что уже успела насытиться кровью девчонки. Зара ввалилась в прихожую, оставив за собой незапертую дверь. Действие яда уже давало о себе знать нарушенной координацией. Цепляясь за стену, с трудом переставляя непослушные ноги, Зара двинулась в спальню. Расстояние в 3 метра до лестницы и 11 ступеней наверх она преодолевала минут пять.
Добравшись, наконец, до шкафа, она достала кожаный мешочек со снадобьями, и вытряхнула его содержимое на пол. Не в силах больше держаться на ногах, Зара рухнула на колени, и трясущимися руками перебирала рассыпанные по полу флаконы.
В этот момент ее настиг новый приступ боли, и она несколько минут с воем корчилась на полу, разрывая когтями ковролин. Почти теряя сознание, она нащупала нужный флакон, сорвала пробку и одним глотком выпила содержимое. Сразу стало легче.
Боль отступила, осталась только ватная слабость и шум в ушах. Ей было холодно, одежда промокла от пота, но не было сил даже пошевелиться, не говоря о том, чтобы доползти до кровати. Ничего, она выживет, остальное неважно.
То что другие члены команды наверняка уже мертвы, мало беспокоило Зару: подохли, ну и черт с ними, в этой собачьей жизни каждый сам за себя. А вот старому мерзавцу она отомстит. Ох, и пожалеет же он о своей подлости. С этой приятной мыслью, она заснула прямо на полу своей спальни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
