Читаем без скачивания Алиби второго сорта - Светлана Алешина

Тут же она мысленно начала анализировать. Удивляться особо было нечему – в убойном отделе, в коем служил Карташов, уже должны были знать о случившемся. А позвонил Олег и спросил Ларису о том, в курсе ли она дела, просто потому, что у него хорошее настроение и потому, что весь отдел пьет невесть откуда взявшееся виски. А Котову он вычислил потому, что слишком уже много было в городе дел об убийстве, в которые Лариса так или иначе влезала – по просьбе ли знакомых, по желанию заказчика, либо просто по случайности.

– Кто там? – хмуро спросил Степаныч, почесывая голову и мрачно косясь в сторону комнаты, где продолжались «бабские базары». – Надеюсь, это не из ресторана. А то мы с вами оба там отсутствуем…

Администратор шумно выдохнул.

– Нет, нет, Степаныч, успокойся, я думаю, что сегодня разберутся без нас, – сказала Лариса.

– Ну-ну… – так же мрачно произнес Городов, и было непонятно, соглашается он с Ларисой или же таким образом предупреждает начальницу о том, что если так относиться к работе, то можно на неприятности нарваться.

Однако решала в конечном итоге Лариса, да и ехать сейчас кому-либо из них в ресторан вряд ли имело смысл – рабочий день был почти на исходе, а вечером ресторан функционировал в принципе на «автопилоте». Главными в это время были начальник охраны и шеф-повар – эти лица вполне держали «Чайку» на крыле. Поэтому Котова пропустила слова администратора мимо ушей и лишь бросила:

– Я сейчас в милицию, все там узнаю, потом тебе позвоню.

– Давайте. – Голос Городова вполне соответствовал его мрачному настроению. Фортуна снова поворачивалась к нему спиной.

А отдел гулял. Оказывается, виски появилось здесь потому, что менты накрыли какой-то притон, откуда и изъяли целую коробку спиртного. Хозяин решил таким образом откупиться от стражей порядка. Был он, собственно говоря, уже не у дел, порой выдавал милиции нужную информацию, поэтому Карташов дал команду дар принять, хозяина притона отпустить, а реквизированное добро пустить по прямому назначению. Насчет Дня учителя Олег Валерьянович не соврал – ему предложили перейти на работу в школу милиции и даже положили неплохую зарплату. Карташов раздумывал, но отказываться от работы в ГУВД пока не хотел – уйдешь, а потом на то же место не вернешься. Вот и решил пока совмещать. Первая лекция состоялась у него вчера и вроде бы прошла без сучка без задоринки. Почин Карташова-преподавателя и стал поводом для того, чтобы трофейный ящик с традиционным шотландским напитком был вскрыт сегодня, в начале октября, а не в середине ноября, когда во всех милицейских управлениях и отделах страны спиртное льется рекой по причине профессионального праздника.

– Я желаю вам, товарищ подполковник, чтобы ваши студенты ходили по струночке, как ходим мы, – браво говорил раскрасневшийся бравый служака Гунин.

– А куда денутся, – добродушно отвечал Олег Валерьянович, вальяжно откинувшись на стуле, расстегнув рубашку и ослабив галстук.

Именно в таком виде и застала его Лариса, стук которой в дверь никто из-за звукового фона, который создал Гунин, не услышал. А порядком набравшийся Карташов, который, согласно табели о рангах, восседал в торце стола, лениво махнул рукой Ларисе, чтобы она проходила.

Гунин обернулся. Лейтенант, не отличавшийся особой сообразительностью, но зато всегда рвавшийся в бой, несколько раз сталкивался с Ларисой в некоторых делах. Его даже прикрепляли к ней в качестве напарника, когда направление ее частного расследования совпадало с действиями милиции.

– Лариса Викторовна, – чуть смутился лейтенант и церемонно склонил голову, копируя киношных офицеров царской армии, приветствовавших дам. – Проходите.

– Садись сюда, Лара, – бросил Карташов, указывая на место рядом с собой, по правую руку. – Долгов, давай подвинься, уступи даме место.

– Всегда пожалуйста, – поднялся со своего стула оперативник, передвигаясь вместе с рюмкой на свободное место.

Ларисе тут же налили виски и предложили в виде закуски вареную колбасу.

– Извини, у нас не так, как в «Чайке», – заметив ее скептический взгляд, старался оправдаться Карташов.

– Да ладно, – махнула она рукой.

В этот момент Гунин, откашлявшись, продолжил свой тост. С его слов Лариса и узнала о том, что Карташов теперь, можно сказать, преподаватель высшей школы. Она присоединилась к пожеланию лейтенанта, и после того, как подполковник, кряхтя, опустошил очередную рюмку виски, спросила:

– Олег, а с чего ты все-таки взял, что я должна быть в курсе этого дела?

Карташов снисходительно улыбнулся. Видимо, продемонстрировать свое превосходство над частной сыщицей на глазах всего отдела было тем подарком судьбы, от которого он не мог отказаться. Он выдержал паузу и с вальяжной ленцой сказал:

– Я же говорил – сопоставление фактов. Задержанный… э-э-э…

– Солодов, – услужливо подсказал Гунин.

– Да, Солодов, – повторил Карташов, – показал, что является племянником кого?.. Правильно, – опередил он Ларису, – твоего и моего любимого администратора господина…

– Городова Дмитрия Степановича, – закончила за него Котова.

– Совершенно верно, – с чувством глубокого удовлетворения выдохнул Карташов. – Солодов… Городов… Фамилии похожие. Как близнецы-братья.

– Тем не менее он племянник не Городова, а его жены, – возразила Лариса.

– Неважно, – тут же отрезал Карташов. – Он упоминал именно Городова. Говорил, что у него дядя крутой… Ха-ха-ха-ха!

Подполковник заливисто захохотал.

– Вот ты и расскажи, какой твой администратор крутой, – сквозь смех обратился он к Ларисе.

– Он что же, грозил вам, так сказать, именем Степаныча? – изумилась Лариса.

– Ну, что-то где-то, – повертел руками в воздухе Олег. Лариса покачала головой. – А ты знаешь вообще этого кренделя? – поинтересовался подполковник.

– Вообще-то нет… Я не знаю ни убитого, ни задержанного.

– Занятный тип, – сказал Карташов. – Нес какую-то ерунду, был пьян. То сбивался на истерику по поводу того, что умер отец, то грозил какими-то знакомыми, то впадал в оцепенение. В общем… – Олег вздохнул и выразительно покрутил пальцем около виска. – Я как раз проходил к себе в кабинет, чтобы начать все это, понимаешь… – он сделал широкий жест, обведя закуски и выпивку, – а он в коридоре здесь концерт дает.

– А с ним можно поговорить? – поинтересовалась Лариса.

– Лучше завтра, – тут же махнул рукой Карташов. – Сейчас обстановка не та… Он пьяный, мы, так сказать… выпивши… слегка.

– Ну понятно, – согласилась Котова.

Карташов дал распоряжение подчиненным разлить виски по рюмкам, потом посмотрел на Ларису и неожиданно сделал блестящий вывод:

– А занимаешься ты этим делом, кстати, потому, что тебя попросил Степаныч.

– Угадал, – потрафила его самолюбию Лариса.

– Вот за это давай и выпьем. – И Карташов, совсем радостный оттого, что он выглядит в глазах подчиненных суперкрутым, сам наполнил рюмку Ларисы.

– Я вообще-то за рулем, и первую рюмку подняла просто за компанию, надеясь на твое заступничество, если вдруг меня задержат за рулем в нетрезвом виде, – с улыбкой сказала Котова.

– Сегодня у тебя зеленый свет, – сделал широкий жест Карташов. – Я всех этих гаишников…

– Нет, я больше не буду, Олег, – отказалась Лариса. – Одна рюмка – это предел. Если больше – возникнут проблемы с координацией…

– Да ладно тебе! Возьмем шофера, он тебе твою «Ауди» в целости и сохранности… Нужны же в конце концов праздники! – разошелся Карташов.

Лариса позволила себя уговорить. Проглотив виски, она сразу же почувствовала опьянение. Видимо, давно не пила. Действительно, последний раз она себе позволяла спиртное где-то около месяца назад.

– Так все-таки что же там произошло? – после того, как один из оперативников закончил рассказывать очередную историю из ментовской жизни, спросила Лариса у Карташова.

– Гунин! Ты занимался этим делом? – крикнул Олег.

– Так точно! – отрапортовал лейтенант.

– Расскажи обо всем подробно Ларисе Викторовне.

– Есть! – Гунин встал и начал с самым серьезным видом: – Приехали мы в семнадцать двадцать пять.

Из разговора с лейтенантом, состоявшегося в коридоре, куда его попросила выйти Лариса, чтобы им не мешали, выяснилось следующее – милицию вызвали соседи Солодова. Их внимание привлек крик Солодова-младшего, то есть Андрея. Гунин сразу же предупредил Ларису, что соседи относятся к Андрею не очень хорошо. Более того, они сразу же высказали подозрение, что это он убил своего отца. Мол, вернулся в Тарасов из Израиля не в духе, отец был им очень недоволен, и эти два обстоятельства, а также то, что Андрей был большим любителем выпить и поскандалить, вполне могли быть причиной, что под пьяную руку он отца-то и порешил.

Лариса про себя сразу же отметила, что вместе они не пили, выпил он раньше, на квартире Городова. Андрей пришел домой просто для того, чтобы взять бутылку коньяка. «Нужно еще сопоставить время, – подумала про себя Котова. – Семнадцать двадцать пять – это хорошо. Спасибо педанту Гунину. Нужно выяснить, во сколько ушел Андрей от Городова».