Читаем без скачивания Убить или быть убитым - Джон Кризи

Доулиш вышел к входной двери и задвинул оба засова. Затем вернулся в большую квадратную комнату, заперся в ней, подвинул стул к столу и просмотрел все бумаги и письма.

Большинство из них представляли собой заказы на игрушки. Доулиша это озадачило: дело, которым он занимался, вряд ли имело отношение к рэкету, связанному с игрушками. В скоросшивателе были заказы на большое количество мелких игрушек. В одной колонке были проставлены цены, а в другой указывались налоги на закупку нескольких новинок, что делало эти документы вполне подлинными.

Затем он просмотрел все бумаги на столе. Времени на внимательное чтение у него не было; он искал только одно — упоминание имен Джереми и лорда Колдера. Поиски оказались безрезультатными; не встретил он и имени Хелен Грейвз или Мика Райана.

Он нашел небольшую конторскую книгу, на обложке которой была приклеена этикетка с надписью: «Уполномоченные коммивояжеры». Он открыл ее и нашел список, содержащий семнадцать имен, против каждого имени было написано слово «зона», причем около трех значилось: «Лондон, Центральная». Многочисленные записи, по-видимому, обозначали комиссионные, выплаченные за последние восемнадцать месяцев.

Первые записи были сделаны восемнадцать месяцев назад и находились против двенадцати фамилий из семнадцати; остальные были сделаны в разное время, а последний в списке коммивояжер получал деньги только начиная с первых чисел марта этого года.

Фамилия этого коммивояжера была Бенсон.

Доулиш записал адрес Бенсона и адреса еще трех лондонских коммивояжеров и двух из Хоум Кантри. Вдруг он услышал тихий шорох. Он беззвучно закрыл книгу, положил ее обратно в ящик стола и задвинул его. Резкий звук нарушил спокойную тишину квадратной комнаты.

Он зажег сигарету и сказал:

— Ну и как? Отмычка помогла открыть дверь? Где тут у вас хранится пиво?

Он повернулся и увидел Стина, — а может быть, это был Мартсон? — стоящего в дверном проеме с длинной шваброй в руке. За ним маячил Мартсон — или Стин? — с блестящим столовым ножом.

— Собираетесь привести в порядок квартиру? — Доулиш посмотрел по сторонам. — Она такая чистая, что я хотел попросить у вас адрес вашей уборщицы.

Человек, который открывал ему входную дверь, был коренастый и мощный, с жестким, тяжелым лицом. Другой — повыше и худой, с высоким лбом, седыми висками и большой лысой головой. Коренастый держал в руке нож.

— Бросьте ваш инвентарь, заходите и садитесь, — пригласил их Доулиш. — Нам необходимо поговорить. Мы могли бы стать хорошими друзьями, если вы будете вести себя прилично. Положите…

И тут коренастый метнул нож.

Доулиш увернулся. Нож коснулся его щеки, он почувствовал не боль, скорее что-то вроде укуса насекомого. Нож отскочил от дальней стены и с шумом ударился о хромированную сталь подлокотника кресла. Когда нож упал, высокий с силой швырнул швабру.

— Отвратительно, — побранил их Доулиш.

Он оттолкнул швабру, отряхнул руки. Мартсон — или Стин? — навалился на него всем телом. Доулиш отбросил его назад.

— И безрассудно! — сказал он. — Вы действительно хотите, чтобы вас побили? Вы забыли, что я взял у вас взаймы револьвер? Кто из вас Стин? И если я буду вынужден применить силу…

— Я, — бросил коренастый. Он не выказывал ни малейшего страха, а вот Мартсон явно трусил.

— Вот сейчас я могу отличить Мартсона от Стина, — заметил Доулиш. — Теперь нам не хватает только Моби, и тогда у нас получится прекрасный маленький семейный прием. Моби убил Райана?

— Я никогда не знал никого по имени Райан, — ответил Стин. — Если ты думаешь, что можешь свалить на нас что-нибудь, то ошибаешься. Мы позовем полицию. Мы покажем тебе…

— Не дурите; — прервал его Доулиш. — Идите сюда и садитесь.

Он указал на стулья рядом с собой, и, немного поколебавшись, они подчинились.

— Моби убил Райана? — повторил Доулиш.

— Мы не знаем, о ком ты говоришь, — сказал Стин.

Доулиш смотрел то на одного, то на другого. Когда Мартсон говорил с ним, он казался главным. Но в этой ситуации лидером был явно Стин.

— Зачем вам понадобились ключи лорда Колдера?

— Я убью эту девчонку! — прохрипел Стин.

Доулиш нагнулся к нему, схватил за воротник пальто и, подняв со стула, стал с силой трясти его.

Зубы Стина стучали, волосы разметались, как черная метла. Он начал задыхаться, глаза вылезали из орбит, рот как-то странно открывался и закрывался. Мартсон сидел прямо, ухватившись за стул.

Доулиш снова швырнул Стина на стул.

— Вы никого не убьете. Если что-нибудь случится с Хелен Грейвз, вы будете иметь дело со мной. Если ее кто-нибудь тронет, если она исчезнет, если вы будете преследовать ее, я расскажу полиции все, что знаю. Если же вы хотите, чтобы полиция не вмешивалась в это дело, оставьте Хелен в покое. Мартсон, кажется, ты являешься мозгом всей этой компании. Я не буду ставить полицию в известность ровно столько, сколько потребуется, чтобы все выяснить, или до тех пор, пока вы не тронете девушку.

Тут за дверями послышался новый голос, женский.

Женщина, которая медленно вошла в комнату, была высокой и красивой, пистолет в ее руке выглядел как игрушка.

— Очень любезно с вашей стороны, что вы не послали за полицией сразу же, — сказала она. — Все мы высоко ценим это.

Она улыбнулась ему, а Стин вскочил со стула и бросился на Доулиша.

Глава 8

Красота

Доулиш мог бы отшвырнуть Стина, ко не стал утруждать себя. Стин запустил руку в его карман, вытащил ключи и быстро отскочил в сторону. Увидев обескураженное лицо Доулиша, он снова бросился на него и нанес удар кулаком.

Доулиш успел отвернуться и получил скользящий удар по виску. Он не смотрел на Стина, и его невозмутимость предотвратила следующий удар.

Доулиш смотрел на женщину и улыбался, сердце его бешено колотилось.

— О, привет! — сказал он. — Рад тебя видеть!

— Вы знакомы?.. — начал Мартсон.

— Мы старые друзья, — ответил Доулиш.

Стин удивился:

— Кейт, ты знаешь Доулиша?

— Пожалуй, я была бы не против… — сказала Кейт. Она кокетливо засмеялась, открыла сумочку, опустила в нес пистолет и грациозно прошлась по комнате. Она была сама красота — редкое и удивительное создание: высокая, величественная, но не чопорная, и в то же время полная трепетной жизни. Губы ее были чувственными и яркими, синелиловые глаза затенялись большими полями шляпы. На ней был облегающий черный костюм с белыми манжетами и отворотами. Высокий воротник белой блузки плотно прилегал к шее.

— Ты его знаешь?! — пронзительно закричал Мартсон.

— Нет, — ответила Кейт.

— А ты прекрасная лгунья, — улыбнулся Доулиш. — Я сожалею, если сделал что-то не так. — Он присел на стол, упираясь ногами в пол. — Тогда давай делать вид, что мы незнакомы!

— Хотите верьте, хотите нет, — сказала Кейт. Она совсем не была смущена, скорее ее все это забавляло. — Что происходит, мистер… Доулиш, кажется?

— И подумать только, что когда-то ты называла меня Патом, — заметил Доулиш с укоризной. — Но если мы должны перейти на официальный тон — тогда Доулиш. Я пришел с деловым визитом, чтобы забрать ключи, которые Стин взял ненадолго у моего друга.

Взгляд Кейт упал на ключи. Явное нетерпение вспыхнуло в ее глазах, нетерпение и удовлетворение.

— А теперь Стин собирается забрать их у вас, — сказала она. — Значит, вы напрасно приходили, не так ли? Не тот ли это человек, о которым ты говорил, Уильям, которому швейцар клуба дал такую блестящую рекомендацию?

— Да, — ответил Стин.

— И человек, которого хотел видеть Райан, — добавила Кейт.

Доулиш прошептал:

— Ошибочка, Кейт. Они не знают никого по имени Райан. Спроси их сама.

— Возможно, они просто обманывают, — проговорила Кейт. Она подошла к Доулишу, взяла ключи, подбросила их, поймала и мило улыбнулась: — Спасибо. — Она пользовалась духами, запах которых, тонкий и опьяняющий, был ему незнаком. И вблизи она казалась такой же прекрасной. — Что у вас с рукой?

— Это работа Моби, вчера вечером. Думаю, что это был Моби.

— Моби вчера был здесь весь вечер, — огрызнулся Стин. — Хватит терять время, Кейг. Нам надо решать, что делать.

— На это не потребуется много времени, — холодно сказал Мартсон. — Слезай со стола, Доулиш.

Когда Доулиш не подчинился, он толкнул его; это было все равно что толкнуть слона. Перевернув пистолет, Стин с силой ударил прикладом по больной руке Доулиша. Доулиш отдернул левую руку, размахнулся правой и нанес Стину удар кулаком в челюсть. Стин упал навзничь.

Он лежал на полу, опираясь на локоть, в другой руке держал пистолет, нацеленный на Доулиша. Глаза его сверкали ненавистью, выдавая в нем убийцу и преступника. Он приподнялся, все еще целясь в Доулиша, готовый выстрелить.

Доулиш мог бы отпрыгнуть назад или в сторону, чтобы уклониться от выстрела. Но эти ненавидящие, сверкающие глаза говорили ему, что, куда бы он ни отпрыгнул, Стин все равно достанет его. Стин ненавидел сто, он хотел видеть его мертвым, и он будет стрелять.