всё моё новое оружие. Сразу несколько мечей, копьё, посох… все это новые трофеи. Вряд-ли ходить с таким количеством ножен на спине это нормально, но делать было нечего. Затем я подошёл к остальным скелетам, «впрягаясь» в телегу. Остальные скелеты из «подкрепления» направились прямо на наши места, начав «добычу руды». А вот мы двинулись вперед…
Захватив одну из цепей, я ощутил привычный импульс «Сети», который направлял и синхронизировал наши движения. Мы стали машиной, предназначенной для выполнения одной задачи — тянуть. Телега, с грохотом и скрипом, наконец пришла в движение. Ржавые рельсы, извиваясь, уходили вглубь пещеры, теряясь в бесконечном лабиринте тоннелей. Мои костяные пальцы крепко сжимали цепь, и я чувствовал, как сила, дарованная мне навыком «Шахтёр (F)», позволяла мне тянуть телегу с несвойственной такой махине лёгкостью.
Скучно… Просто идти вдоль рельс в тот момент, когда в каждой попадающейся развилке, вспоминая карту бандитов, спрятано так много интересных штуковин. И тут, словно услышав моё возмущение, впереди, прямо на ржавых рельсах, возникло маленькое, сморщенное существо бледно-зелёного цвета.
[Гоблин 2ур]
Сразу же пояснила мне Сеть. Или Система? А, пофигу, главное что тот делал. Этот «индвид» дёргал острыми ушами, широко раскрыв рот и хлопая своими чёрными крохотными глазками, он словно бы с жадностью пялился на нас. Выглядело это как минимум подозрительно. Он был как мерзкий зелёный чертёнок.
Его взгляд скользил по каждому скелету, оценивая, словно он взвешивал наши возможности. Но дольше всего его взгляд задержался на мне. Я ощутил его, пронзительный и цепкий, на своих сумках и кучей свисающем оружии. Затем, неожиданно, на лице гоблина появилась широкая, ехидная ухмылка. Он низко, гортанно рассмеялся, потирая свои скрюченные ладошки в каком-то извращённом предвкушении.
— Гха! Кра-рук кара, рук-ка и ки-ки-ки! (Ха! Сегодня глупые скелеты смогли что-то собрать? Муха-ха!) — Звук его смеха мерзкий, скрипучий, но это неважно, а вот тот факт, что я каким-то образом смог понять смысл его возгласов серьёзно удивил. — Куру-кара рук-ка, кра-рака ки-ки-ки! (А особенно их много от той черепушки с сумками. Вот доложу о них вожаку и меня обязательно все похвалят!) — с этими, объективно, недобрыми словами он резко развернулся и посеменил в глубь тени бокового тоннеля.
«Ничего хорошего это не сулит», — подумалось мне.
Но гоблин нам не помешал, и мы продолжили путь как ни в чём не бывало. Монотонный стук колёс по рельсам вновь стал единственным звуком, заполняющим тишину пещеры. Скорее всего я единственный скелет, которого не отпускало беспокойство после встречи с ним.
И я почти угадал. Неожиданность не заставила себя ждать. Через некоторое время, когда мы двигались по широкому тоннелю, потолок над нами начал дрожать. сперва посыпались Мелкие камушки и не успели мы и сообразить как с высоты точно на рельсы рухнула огромная синяя масса. Она распласталась на путях, перекрывая нам проход. Оно было словно гигантское желе.
[ «Актунский грибной слайм» 8ур. Высокая Опасность! Требует уничтожения!]
Сеть тут же обозначила новое препятствие. Остальные скелеты подчинились новой команде незамедлительно. Только отдавшийся эхом в стенах пещеры тяжёлый гул цепей напоминал, что мы должны были просто доставить телегу к Хозяину. Вновь водрузив над собой то оружие что имели, костяные собратья остервенело напали на существо…
Однако этот «опасный» слайм в ответ почему-то не делал абсолютно ничего. Он так и лежал на рельсах, ровно как приземлился, переливаясь всеми оттенками синего, от бледного лазурного до глубокого индиго, и казался мне… таким расслабленным, даже удовлетворённым! Его полупрозрачное тело пульсировало, словно гигантская медуза, но движения были вялыми, ленивыми. Кажется, я даже видел внутри его туши целую корзинку тех самых «Актунских» грибов, медленно расщепляемых, словно в кислоте. Он выглядел так, будто только что проснулся после долгого, приятного сна.
«Вот уж чего действительно „Актунский грибной слайм“, да он же обдолбан!» — пронеслось в моих мыслях, и я невольно усмехнулся, хотя мои костлявые челюсти не могли в полной мере передать этого чувства. Странное поведение и чрезмерное спокойствие явно выдавали его. Я вспомнил о грибах, которые нашёл у бандитов, и сопоставил факты. Возможно, этот слайм съел слишком много «Актунских Грибных Наростов», и теперь пребывал в состоянии эйфории.
Но делать было нечего. Эта желеобразная махина мешала нам пройти, и «Сеть» уже отдала команду: «Уничтожить Актунского грибного слайма!». Мне тоже следовало присоединится, иначе, бесполезно сопротивляясь, я просто потрачу лишние кристаллы энергии. Тем не менее, стоило дождаться удачного момента…
Другие скелеты, не раздумывая, давно бросились на слайма с кирками и мечами. Их движения были такими же механическими, лишёнными какой-либо стратегии, будто запрограммированные. Я же, в отличие от них, не торопился, а наблюдал, выжидая. И мои подозрения оправдались.
Их оружие просто не наносило урона полужидкому телу слайма. Кирки и мечи проходили сквозь него, словно сквозь воду, не оставляя и следа. Скелеты продолжали хаотично наносить удары, но их усилия были тщетны, лишь бесполезные всплески энергии. Более того, я заметил, что они совершенно не обращали внимания на небольшую, твердую сферу, которая медленно, почти лениво, перемещалась внутри тела слайма. Эта сфера, размером с кулак, была единственной твёрдой частью его тела, и она сияла бледным, зеленоватым светом, словно маленький, пульсирующий изумруд.
А что, если я её разобью? Логично, на взгляд слайм состоит только из синей жижи и твёрдого шарика. Атаки на первое ничего не приносят, а по второму попасть никто даже не попытался. Но он ведь не может быть бессмертным! Это было единственное логичное объяснение. С этой идеей я присоединился к атаке на слайма.
Я шагнул вперёд, обходя беспорядочно бьющихся скелетов. Моя кирка опустилась, целясь прямо в мерцающую сферу. Но в последний момент она вдруг сместилась, увернувшись от удара, словно живое существо. Я повторил атаку, но результат был тот же. Сфера постоянно двигалась внутри тела слайма, ускользая от каждого моего удара.
Сколько бы я не пытался… Агх, чёрт! Ещё бы совсем чуть-чуть… У меня даже непроизвольно застучали челюсти. Раздражение — это было что-то совершенно новое.
Атаки не приносили эффекта. Тогда нужно было разрезать тело слайма на кучу отдельных частей, но киркой здесь ничего не добиться. Я достал тот большой двуручный меч, и теперь с ним рубил, крошил, отсекал, постепенно уменьшая и уменьшая пространство для перемещения сферы. А Слайм не сопротивлялся, его тело просто распадалось на всё более мелкие куски, как будто я резал огромное желе. Когда пространство для маневра сферы стало совсем крошечным, она металась словно пойманная под стакан
