Я вообще с ним ничего обсуждать не собиралась.
– Фрау Ханна, ещё раз простите, что я пропустила обед, но может быть можно подать мне чай немного раньше?
Я жалобно посмотрела на экономку, и та сжалилась.
– Дорогая, вы единственная, для кого повар готовит обед. Хозяин-то практически не ест. Так что повар, конечно, немного расстроился, когда вы не появились и Паулина вас не нашла. Но, думаю, он только обрадуется, если вы поедите сейчас. Я распоряжусь, а Паулина позовёт вас, когда всё будет готово. Если вам так нравится сад, то я прикажу накрыть не в столовой, а на веранде.
– Это было бы чудесно! Благодарю вас!
Обед на веранде стал прекрасным продолжением дня. Повар готовил великолепно, к тому же вкус блюд оказался приправлен моим голодом, так что вначале я даже не могла оценить красоту открывающегося между колонн и решеток балюстрады вида. Единственное, что немного портило удовольствие – это то, что за столом я была одна. Мне не хватало болтовни сестёр, ласковых взглядов мамы. С другой стороны, лучше есть одной, чем в компании с отцом или Шварцем.
После обеда идти в парк уже не рискнула. Опоздание к ужину мне могли не простить так легко. Но и возвращаться в свои покои совершенно не хотелось. Я попросила у экономки корзинку для рукоделия и вернулась на веранду, чтобы вышивать при свете дня. Дома я не слишком любила заниматься шитьём, но сейчас привычные действия меня успокаивали. Выбрать в корзинке лоскуток, подходящий для платочка, подрубить его, придумать узор и подобрать нитки для вышивки. Набросать цветным мелом простой узор и аккуратными стежками начать расцвечивать ткань.
За час до ужина за мной зашла Паулина, чтобы проводить в комнату и помочь переодеться в вечернее платье. Стало грустно, что такой приятный спокойный день подошёл к концу, но утешала мысль, что завтра я могу его повторить.
Вечер и ночь прошли также как предыдущие. Шварц ушёл на рассвете и только после этого я смогла спокойно заснуть. Когда проснулась утром я снова чувствовала себя слабой, разбитой, но решила не поддаваться. Не стала валяться в кровати до прихода служанки, а встала сама и вызвала её звонком после того, как умылась. Я предвкушала новую прогулку в парке. Собиралась сразу взять с собой корзину для пикника, чтобы не заходить в дом до самого вечера. Хотела сказать об этом Ханне и поэтому решила завтракать не у себя, а в столовой. Именно там я застала экономку в прошлый раз.
И в это утро нашла её там. Фрау Ханна завтракала за круглым столом у окна.
– Рада, фройлян Лотта, что вы вышли, – приветствовала она меня. – Наш хозяин сам не завтракает, но иногда в это время даёт мне указания, если что-то не сказал с вечера. Одной за столом не очень весело. Так что буду рада, если вы будете составлять мне компанию утром.
Я ответила подходящими вежливыми фразами, а потом, намазывая масло на хлеб, спросила:
– Не мог бы повар приготовить для меня корзинку с припасами? Хочу сегодня весь день провести в парке.
– Конечно, он всегда соберёт её для вас, достаточно сказать ему о вашем желании. Но уверены, что стоит гулять в такую погоду?
– Погоду? – Только после её слов я осознала, что за окном серо вовсе не потому, что рано. – А что с ней? Просто пасмурно.
– Сейчас пасмурно, а через час, полтора начнётся дождь. И будет идти до самого вечера. Так хозяин сказал, а он не ошибается.
– О! – разочарование было острым. Не хотелось отказываться от так хорошо продуманного плана, но приходилось принимать реальность. – Я, наверно, всё же выйду погуляю пока дождь не начался. Но тогда, конечно, корзинка не понадобится.
Фрау Ханна одобрительно кивнула. Я задумалась чем заняться, если дождь всё же начнётся.
– Если с парком не выйдет можно мне посмотреть дом?
Судя по всему, мне предстояло провести здесь не один день, а значит стоит привыкать и осваиваться.
Фрау Ханна пожала плечами:
– Почему нет. Не ходите только в восточное крыло. Там у хозяина лаборатория. Он не позволяет туда заходить без разрешения. Ещё думаю вам будет неинтересно на половине слуг. В остальном ходите где хотите. Может быть мне стоит провести для вас экскурсию?
В её голосе явно чувствовалось, что она надеется на мой отказ. Неудивительно, ведь при таком маленьком количестве слуг, в таком большом доме у неё полно дел, и терять время на меня ей не очень хочется. Конечно, ведь кто я? Девица с непонятным статусом и сомнительным положением.
– О, не стоит! У вас столько дел. Если что-то меня заинтересует, я вас завтра сама спрошу.
Экономка довольно кивнула:
– Конечно, спрашивайте. Я всё вам расскажу.
После завтрака я, накинув лёгкий плащ, всё же вышла в парк. Но долго гулять не удалось. В воздухе висела мелкая морось. Она быстро намочила мне лицо, пропитала плащ, и когда поднялся ветерок, то я быстро замёрзла. Пришлось вернуться. Вышивать мне не хотелось, и я решила почитать. Но для этого предстояло вначале найти библиотеку. Не может быть, чтобы её здесь не было. Конечно, я могла попросить Паулину отвести меня туда, но это не интересно! Лучше самой отыскать её.
Глава 6. Пасмурный день
Своё изучение дома я начала с первого этажа, прямо от столовой, где мы завтракали. Вначале заглянули на кухню, где фрау Ханна познакомила меня с поваром и его помощницей. Я с радостью поблагодарила немолодого мужчину за торт, который так порадовал моих сестёр.
– О, не стоит! Он был сделан на скорую руку. Фройлян, вы в следующий раз предупредите заранее. Я такой десерт сделаю, что ваши сёстры пальчики оближут.
Там, на кухне, я рассталась с фрау Ханной. Экономка осталась обсудить с поваром что-то про покупку заканчивающихся приправ, а меня ждала вторая, парадная столовая, где я ещё не бывала Идя по этой большой, сейчас сумрачной из-за пасмурной погоды, комнате, я испытывала странные чувства. Наверно, также смотрела после столетнего сна на свой дворец пробудившаяся принцесса. Красота и роскошь зала не могли скрыть заброшенности. Было тяжело и грустно видеть длинный стол, за котором уже долгие годы никто не сидел.
Легко представлялось, как когда-то за белой скатертью сидели нарядный мужчины и женщины. По янтарному паркету скользили безмолвные слуги. Гул голосов и звяканье столовых приборов наполняли зал. И царившая сейчас тишина казалась просто оглушительной.
Такое же грустное впечатление оставалось и от большой гостиной, в которую попадаешь после малой. Малая гостиная, примыкавшая к парадному холлу, выглядела более живой. Чувствовалось, что ею иногда пользовались. Здесь я не заметила пыли, несколько стульев выглядели новыми, отличаясь по стилю от остальной мебели, а главное в воздухе не ощущалось затхлости, как в парадной столовой или большой гостиной, куда я перешла потом.
Заняться мне было нечем, потому шла я неторопливо, внимательно рассматривая картины на стенах, лепнину на потолке, вазы и скульптуры, украшавшие дом. В обнаруженном бальном зале я не задержалась. Он напомнил мне тот, что когда-то был в нашем поместье, проигранном отцом. Я его так любила! Мечтала, что когда-нибудь закружусь в танце на его паркете, как мама. Но не сбылось. Мне вообще не пришлось бывать на балах. Я так и не была представлена свету. А теперь никогда и не попаду на настоящий бал.
Чтобы не думать о своём нынешнем сомнительном положении, я почти пробежала бальный зал, не глядя ни на высокие окна, ни на зеркала в великолепных рамах, украшавших стены. Тихий хрустальный перезвон сопровождал мою пробежку, и я остановилась на выходе, чтобы понять источник этого печального нежного звука. Это дрожали и звенели льдисто сверкающие подвески люстр.
За бальным залом следовала анфилада из нескольких не слишком больших гостиных, мебель в которых была накрыта чехлами, словно в оставленном хозяевами доме. Теперь я казалась себе не проснувшейся после столетнего сна принцессой, а случайно попавшей в её дворец гостьей. Где-то в далёкой башне принцесса ещё спит, а всё вокруг ждёт её пробужденья. Ждёт так давно, что надежда потеряна.
