– Долго же тебе пришлось ждать, – прошептала Кендра, разглядывая зал.
Неудивительно, что их голоса подхватывало гулкое эхо: потолок был футов в пятьдесят высотой. Обшитый роскошным дубом, он создавал неповторимый ансамбль с широкой резной лестницей, ведущей на балкон. Грубоватую красоту каменного пола и стен оттеняло богатство кремовых и бордовых ковров. Над огромным камином висел средневековый гобелен. Сам камин был достаточно велик, чтобы зажарить в нем быка; возможно, для этого он и использовался в прошлом. Джоэл прикоснулся к ней, оторвав ее от восхищенного созерцания.
– В моей жизни мало по-настоящему ценных вещей, но на то, чтобы их приобрести, я не жалею ни времени, ни сил. – Они поднимались по лестнице. – Хотя терпеливым человеком меня не назовешь… К счастью, сейчас терпение и не требуется, – усмехнулся он. – Мы отлично понимаем друг друга, Кендра. По-моему, это сильно упрощает наше общение.
«Понимаем друг друга»… Может, он и понимал ее, но сам пока оставался для нее загадкой. Эта неизвестность только усиливала волнение и радостное возбуждение, которое она испытывала, позволяя вести себя по освещенной стилизованными под старину электрическими факелами лестнице. «Настоящая средневековая башня», – мелькнуло у нее в голове.
Все это было похоже на прекрасный сон. Она шла по стене древней крепости вместе с Джоэлом; он вел ее через гулкие коридоры к таинственной комнате на вершине мира. Будут ли в замке чародея дымящиеся котлы и хрустальные шары? В тот момент ей казалось, что возможно все, и ее переполняло предчувствие будущих чудес.
Но реальность превзошла все ее ожидания. Они поднялись на самый верх, и Джоэл распахнул перед ней дверь. Ни хрустальных шаров, ни котлов с волшебными эликсирами она не увидела, но комната со сводчатыми стенами была волшебной сама по себе. Вся она была залита светом, и Кендра сначала подумала, что освещение искусственное. Но потом поняла, что это лунное сияние, проникая сквозь цветные стекла витражей, рисует на полу и стенах причудливые узоры, в которых переплетались свет и тень. Витражи начинались в нескольких футах от пола и уходили вверх футов на тридцать. Кендре показалось, что она находится в оранжерее – или в гигантском сказочном ларце.
Всю обстановку составляли широкая кровать и старинный кованый сундук.
– Боже, это великолепно! – воскликнула она. – Никогда не видела ничего подобного. – Она повернулась к Джоэлу, который наблюдал за ней, стоя у двери. – Я понимаю, почему этот замок для тебя так важен. – Чувствуя, что совершенно теряет голову, Кендра поспешно продолжила:
– Спасибо за то, что ты показал мне это чудо. Но ведь ты скрываешь его ото всех… Почему же ты привел сюда меня?
– Сам не знаю. – Он закрыл дверь. – Говорят, что я подвержен случайным порывам. Возможно, это один из них. – Он пожал плечами. – Наверное, потому, что, впервые увидев тебя, я испытал то же чувство, что и при первом взгляде на этот замок. Радужная принцесса для моего радужного жилища. Я просто хотел увидеть вас вместе.
Он протянул руку к перламутровому выключателю на стене:
– Не шевелись, любимая, и исполни мою прихоть. Я включу свет.
При ярком искусственном освещении Кендра увидела, что витражи выполнены из стекла розового, салатного, лазурно-голубого, темно-синего и фиолетового цветов. Радужный свет лился в комнату как сияющие лучи нездешнего солнца. Они превращали серые камни пола и простую белую шерсть покрывала на огромной кровати в море цветов, и Кендре стало понятно, почему комната была обставлена аскетично: любые украшения в радужном свете совершенно излишни.
– Ах! – восхищенно выдохнул Джоэл, взглянув на нее. Она купалась в луче чистого золотого света, превращавшего ее кожу в темно-желтый янтарь, а каштановые волосы в яркое пламя. – Да, именно поэтому я привел тебя сюда. Я хотел увидеть этот мираж. Ты восхитительное видение, Кендра Майкле. Боюсь, что ты нереальна. – Джоэл подошел так близко, что Кендра почувствовала тепло его тела. В луче яркого света он напоминал золоченую статую Люцифера. – Но я привык к иллюзиям. А теперь одна иллюзия готова выполнять все мои прихоти… – Он наклонил голову и слегка коснулся губами ее обнаженного плеча, заставляя ее глубоко вдохнуть.
Кендра пыталась унять сердцебиение, ощущая его язык, движущийся вдоль шеи, а потом легкое прикосновение его зубов к мочке уха. Она снова услышала его аромат, так же как в спальне дома в Лорел-Каньоне. Она была оглушена потоком чувств. Что может быть прекраснее, чем волнующие прикосновения Джоэла здесь, в тончайшем радужном тумане? Она не представляла себе, что ласки могут быть такими эротичными. Раньше ей казалось, что она слишком холодна, что ее воспитали как мальчишку. Чувствительность спала в ней до этого момента, может быть, потому, что в ее жизни еще никогда не встречались чародеи. Джоэл Дэймон разбудил в ней женщину.
Она запрокинула голову, позволяя его губам исследовать нежную шею.
– Ты отзываешься на каждое мое движение. О чем еще может мечтать мужчина? – Его губы касались чувствительной кожи под подбородком. – Ведь ты желаешь этого, не так ли, радужная принцесса?
– Да, – выдохнула она.
Он засмеялся, и в его смехе слышались нотки триумфа, который ее покоробил. Сегодня вечером она вела себя совсем не так, как обычно, но какое это имело значение? Важно было лишь поймать этот прекрасный момент, прежде чем он ускользнет прочь и она снова погрузится в напряженную суету повседневной жизни. Она помнила, с какой горечью Джоэл говорил о себе. Теперь Кендра чувствовала какое-то смутное возмущение, и даже его ласки не могли заглушить это тревожное чувство. Что-то было не так. Что-то еще должно было быть сказано.
– Джоэл, я думаю, мы…
– Не думай. – Джоэл ласково перебирал ее локоны, и его голос внезапно стал суровым. – Радужные принцессы не думают. Они должны только чувствовать… – Он прижался губами к ее губам, его язык вторгся в ее рот. Джоэл судорожно вцепился в ее волосы. – Прикоснись ко мне. Прикоснись ко мне, Кендра. Я хочу ощутить твои руки… У нее снова перехватило дыхание, ей казалось, что она растворяется в его руках.
– Я тоже этого хочу, – тихо произнесла Кендра. Она положила ладони на его грудь; ее пальцы раздвинули лацканы смокинга. Его сердце учащенно билось; нетерпеливо расстегнув пуговицы его рубашки, она скользнула внутрь. Кендра закрыла глаза, наслаждаясь его теплом, восхитительной твердостью его мускулов. Ее ладони вздрагивали, когда кровь приливала к их чувствительной поверхности. Она прикасалась к жестким темным волоскам, к крошечным соскам, которые мгновенно твердели. Кендра провела по его груди кончиками пальцев и вдруг услышала его смех. Она открыла глаза.
