некоторые силы, представляющие казино, переживают, что убийства – это плохо для бизнеса, и используют свой существенный политический капитал, чтобы заставить местные правоохранительные органы обратиться к экспертам. – На губах Лии заиграла медленная опасная улыбка. – Рискну надеяться, это значит, что эти же владельцы казино позаботятся и о том, чтобы нас обслужили по высшему разряду?
Я буквально увидела, как в голове Лии проносятся образы ночных клубов и VIP-залов.
Бриггс, наверное, подумал о том же, потому что он скривился:
– Лия, это не игра. Мы здесь не для того, чтобы играть.
– И, – строго добавила агент Стерлинг, – вы несовершеннолетние.
– Слишком молода, чтобы повеселиться, но достаточно взрослая, чтобы участвовать в федеральном расследовании серийного убийства. – Лия демонстративно вздохнула. – И вот так всю жизнь.
– Лия. – Дин посмотрел на нее примерно с таким же выражением, что и Бриггс.
– Понимаю, понимаю, не стоит сердить наших замечательных агентов ФБР. – Лия отмахнулась от возражений Дина, но все же решила немного поумерить пыл. – У нас, по крайней мере, будут номера со всем необходимым? – спросила она.
Бриггс и Стерлинг коротко переглянулись.
– Для ФБР выделили люкс в «Розе Пустыни», – сказал Джуд, подходя к нам и отвечая от имени агентов. – А я тем временем снял два номера в скромном отеле рядом с Лас-Вегас-Стрип[3].
Другими словами: Джуд хотел, чтобы между нами и штабом операции ФБР оставалось некоторое расстояние. Учитывая, что за прошедшие шесть месяцев меня брали в заложники не один, а целых два раза, я не собиралась жаловаться на его намерение не привлекать лишнего внимания.
– Слоан, – вдруг произнес Дин, и я тоже посмотрела на нее. – Ты в порядке?
Слоан обнажила зубы в, вероятно, самой широкой и неестественной улыбке, которую я у нее когда-либо видела. Она застыла, как олень в свете фар.
– Я не тренируюсь улыбаться, – быстро пояснила она. – Иногда человеческие лица просто сами это делают.
Это заявление все присутствующие в самолете встретили молчанием.
Слоан поспешно сменила тему:
– Вы знали, что в Нью-Хэмпшире больше хомяков на душу населения, чем в любом другом штате?
Я привыкла, что Слоан делится случайными фактами, но, учитывая, что мы собирались высадиться в Вегасе, я бы ожидала чего-то более тематически подходящего. И тут я поняла – Вегас.
Слоан родилась и выросла в Лас-Вегасе.
Если бы у нас было нормальное детство, мы бы не стали прирожденными. Я мало знала о прошлом Слоан, но кое-что подметила. Слоан не возвращалась домой на Рождество так же, как Лия и Дин, а значит, возвращаться ей было некуда.
– Ты в порядке? – тихо спросила я.
– Ответ положительный, – прощебетала она. – Я в порядке.
– Ты не в порядке, – без обиняков произнесла Лия. Потом протянула руку и заставила Слоан подняться. – Но переложи свои важные решения на меня на ближайшие несколько дней, и все будет хорошо. – Лия сопроводила эти слова ослепительной улыбкой.
– Статистические данные касательно твоей способности принимать решения вызывают беспокойство, – серьезно ответила Слоан. – Но я согласна принять это к сведению.
Бриггс поднес руку к виску. Стерлинг открыла рот – наверное, чтобы объявить, что Лия не будет принимать связанные с Вегасом решения ни за кого, включая себя саму, – но Джуд поймал ее взгляд и покачал головой. Он симпатизировал Слоан, и всем было ясно, что она не рада оказаться дома.
«Дом, это не место, Кэсси. – Воспоминания снова надвигались на меня. – Дом – это люди, которые любят тебя сильнее всего, люди, которые всегда будут тебя любить, всегда, вечно, несмотря ни на что».
Я встала и оттолкнула это воспоминание. Не время думать о маме. Мы прибыли в Вегас по делу. У нас есть работа.
Дверь самолета открылась. Агент Бриггс повернулся к агенту Стерлинг.
– После вас.
Ты
Три – это число. Число сторон треугольника. Простое число. Святое число.
Три.
Трижды три.
Трижды трижды три.
Ты проводишь кончиками пальцев по наконечнику стрелы. Ты хорошо стреляешь. Ты знал, что так и будет. Но убийство старика не принесло тебе радости. Ты предпочитаешь играть в долгую игру, тщательно планировать, выстраивать костяшки домино кругами и рядами, чтобы потом достаточно было толкнуть одну…
Девушка в бассейне.
Пламя, сжигающее кожу второго.
Идеально. Элегантно. Намного лучше, чем проткнуть стрелой этого старика.
Но есть порядок вещей. Есть правила. И поэтому все должно было быть так. Третье января. Стрела. Старик в плохом месте в плохое время.
Ты уже привлек их внимание?
Ты прячешь наконечник стрелы в карман. В другом месте, в другое время этого бы хватило. Трех было бы тебе достаточно.
Три – хорошее число.
Но в этой жизни, в этом мире три – недостаточно. Ты не можешь остановиться. Ты не остановишься.
Если они еще не заметили тебя, скоро они увидят.
Глава 7
Большую часть своего детства я провела в мотелях и квартирах, которые сдавались понедельно. По сравнению с некоторыми местами, где останавливались мы с мамой, отель, который Джуд забронировал для нас, выглядел достаточно мило – хотя и несколько потрепанно.
– Все, о чем я только мечтала. – Лия радостно вздохнула. У нее был талант не только распознавать ложь, но и врать. Она окинула здание таким взглядом, будто нашла свою давно потерянную любовь – и выглядела при этом совершенно искренне.
– Тут не так и плохо, – сообщил Дин.
Словно повернули выключатель, Лия перестала выделываться и отбросила за плечо свои длинные черные волосы.
– Это Лас-Вегас, Дин. «Неплохо» обычно не для меня.
Джуд фыркнул:
– Лия, нам подойдет.
– А что, если я скажу, что в этом нет необходимости? – Вопрос донесся с парковки у нас за спиной. Я тут же узнала голос.
Майкл.
Поворачиваясь к нему, я гадала, какого Майкла увижу. Парня, который завербовал меня в программу? Искреннего, открытого Майкла, который дал мне взглянуть на его старые раны? Бездумного и равнодушного, который последние три месяца делал вид, что его никто и ничто не трогает?
Особенно я.
– Таунсенд, – поприветствовал его Дин. – Отличная машина.
– Ты не слишком молод для кризиса среднего возраста? – спросила Лия.
– Живу на повышенных скоростях, – ответил Майкл. – Приходится делать поправку на инфляцию.
Я посмотрела сначала на новую машину, потом на Майкла. Классический автомобиль – темно-вишневый кабриолет с откидной крышей в стиле, который напоминал мне пятидесятые или шестидесятые. В идеальном состоянии. Майкл с виду тоже был в идеальном состоянии. Никаких кровоподтеков на лице, никаких следов на руке, лежавшей на спинке пассажирского сиденья.
Взгляд Майкла задержался на моем лице – лишь на мгновение.
– Не переживай, Колорадо, – произнес он,
