Читаем без скачивания Гуляла смерть в фате венчальной (сборник) - Николай Леонов

Несколько даже закашлявшись, Петр указал Стасу на свободное кресло и, чуть помедлив, столь же безапелляционно отчеканил:

— Дорогой мой, а тут вопрос о выборе и не стоит. Нам дали команду сверху, дали безбожно жесткие сроки, поскольку каждый лишний день расследования означает миллиардные убытки для государственной казны, и мы в них обязаны уложиться.

Почесав нос, уже несколько дипломатичнее Крячко проворчал:

— Миллиа-а-ардные, говоришь? Ну, если хотя бы один процент от неупущенной выгоды нам подкинули в качестве премии, то можно было бы и согласиться…

В ответ на это Орлов и Гуров сдержанно рассмеялись — губа, как говорится, не дура. Один процент от миллиарда составляет десять миллионов. Это кто бы такой щедрый в России выплачивал подобные премиальные?

— Ладно! Раскрываете дело — даю… два выходных! — объявил Петр, изобразив широкий жест.

Почесав затылок, очень уж бледно смотрелись два выходных на фоне астрономических сумм запрошенной премии, Стас хлопнул ладонью по коленке:

— Пять! — сурово огласил он.

— Три! — прищурившись, парировал Орлов.

— Гм… Четыре! — чуть смягчил условия Крячко.

— Хорошо, четыре выходных и командировка во Владик… — Петр хлопнул ладонью по столу. — Нет-нет, уважаемый, не во Владикавказ, а во Владивосток. Там нужно разобраться с одной мафиозной группировкой, которая подозревается в крупных махинациях и связях с Якудзой. Заодно расследуешь прошлогоднее, так и не раскрытое убийство одного из менеджеров местного порта. Сейчас я как раз прикидываю кандидатуру, кого бы туда направить в подкрепление местным коллегам.

— Ладно уж, три так три… — неохотно согласился Станислав.

Покрутив головой, Лев, смеясь, напомнил:

— Прямо кадр из «Кавказской пленницы»: двадцат баранов, финский халадыльник и пачотная грамота!..

— Ну, тогда, мужики, давайте — с места в галоп. Уже сегодня нужны какие-то результаты. Ну, хотя бы более-менее внятная версия, — Орлов прощально махнул рукой, давая понять, что разговор закончен.

…Вернувшись в свой кабинет, приятели первым делом обсудили все обстоятельства и перипетии происшедшего. Оба сразу же признали бесспорным факт того, что убийство было тщательно спланировано и выполнено профессионалом. Но вот по поводу выбора жертвы мнения оперов разделились. Гуров был уверен, что убийце было все равно, кого убивать, лишь бы это было демонстративно и сразу же получило громкую огласку.

Стас не сомневался в демонстративном характере убийства, но убийство именно родственника магната считал не случайным. В этом он видел стремление не только нанести имиджевый ущерб, но и причинить личную боль. А это могло означать лишь то, что в этом преступлении есть и личные мотивы. Кроме того, Крячко в большей степени склонялся к варианту проникновения убийцы на территорию «поместья» через стену. По его мнению, слишком маловероятно, чтобы представитель бомонда воспользовался бандитской заточкой. Еще больше сомнений у него вызывало умение кого-либо из гостей профессионально пользоваться подобным орудием убийства.

Прикинув планы на текущий день, опера решили побывать на месте преступления и еще раз детально поговорить с четой Золотиловых, а также с их родственниками и домочадцами. Кроме того, Гуров решил подключить к поиску убийцы и своих информаторов. В первую очередь все того же Константина Бородкина по прозвищу Амбар.

Набрав его номер и услышав хорошо знакомое: «Але! Это — чавой-то, ктой-то там?!», Лев вкратце изложил информатору суть задания. Амбару надлежало в предельно короткие сроки выяснить, не заводил ли кто-то из его знакомых хотя бы разговоров о Золотилове. Даже если речь и не шла о намерении что-то «слямзить» или кого-то «пришить». Пообещав «сделать все в справности», Амбар посетовал на «вконец зажравшегося участкового», который последнее время что-то уж слишком часто стал наведываться к нему в гости. Из-за этого часть контингента клиентуры Амбара (причем наиболее осведомленной!) в его притон заглядывать перестала. Уточнив фамилию участкового, Гуров пообещал «разрулить» этот щекотливый вопрос. Тут же перезвонив Орлову, он сообщил тому о необходимости достаточно завуалированными методами несколько охладить служебное рвение участкового Щипунова.

Когда они со Стасом уже направились к выходу, запиликал телефон на столе Льва. Звонил старший опергруппы, который сообщил о результатах обследования наружного периметра стены с использованием служебно-розыскной собаки, проведенного буквально полчаса назад.

— …Лев Иванович, никаких следов посторонних лиц обнаружено не было, — бодро доложил капитан. — Не обнаружено ни подкопов, ни признаков того, что кто-то перебирался через стену.

Поблагодарив за информацию, Лев положил трубку и, выразительно взглянув на Стаса, чуть развел руками.

— Вот так-то, драгоценнейший, не перелазил наш злодей через ограждение! — объявил он без малейшего намека на злорадство. — Это кто-то из гостей или домочадцев. Впрочем, радости, конечно, в этом — никакой. Теперь надо «перелопачивать» биографии каждого из них, чтобы найти мотивы, выявить криминальное прошлое или связь с криминалом, чтобы… Чтобы, по сути, вывернуться наизнанку. А там гостей только было — около восьми десятков «гавриков». И персонально встретиться с каждым из них — поди попробуй! Это не дядю Федю-дворника вызвать повесткой. Там народ — занятой, рабочее и личное время каждого оценивается тысячами баксов. Кто-то уже сейчас уехал на гастроли, кто-то — в деловую командировку… Где их искать?! Как их ловить?! Японский городовой! Голова заранее начинает пухнуть.

…Сев в служебную «десятку», за рулем которой молодцевато восседал старший сержант из новичков, Лев поздоровался с парнем. Тот, по-крячковски просияв оптимистичной улыбкой, свой ответ по-армейски выпалил: «Здравия желаю!» Водитель, представившийся как Юрий, рассказал, что он полгода назад «дембельнулся» и, имея за плечами мощную водительскую подготовку (еще до армии участвовал в нескольких региональных и общероссийских авторалли!), устроился водителем в автопарк главка угрозыска.

— Юра, как проехать к поселку Дремино у Никишкина озера, знаешь? — спросил Гуров, заранее предполагая, что тот скажет «нет».

Но он несколько ошибся. Наморщив лоб, сержант уточнил:

— Это — на северо-запад? Ехать от МКАД в сторону поселка Гусевка?

Лев сдержанно улыбнулся — в общем и целом парень назвал верное направление.

— Ну, почти угадал, — кивнул он. — Ладно, поехали. Если что будет неясно — в пути подскажу.

Они промчались по столичным улицам, уже успевшим подсохнуть под горячими лучами солнца, проглянувшего меж туч, без особых задержек. Юрий словно особым шоферским чутьем заранее предугадывал «пробочные» места, вовремя корректируя маршрут. Когда они пересекли МКАД, Стас, не удержавшись, вынес свой вердикт по части его водительских талантов:

— Силен! Толк будет.

Оставив позади пригороды и сойдя с федерального шоссе на дорогу районного значения — куда более узкую и заметно менее ухоженную, «десятка» помчалась по загородным просторам, справа и слева от себя оставляя перелески и поселки сельского типа, иные из которых смотрелись очень даже импозантно. Скорее всего, там обосновывались зажиточные жители столицы, возводя весьма небедные загородные дома.

Когда «десятка» миновала лесной массив, изобилующий высоченными корабельными соснами, Гуров негромко подсказал:

— На следующем перекрестке — направо.

Юрий, согласно кивнув, свернул на дорогу, уходящую от трассы вправо, и машина снова покатила по сосновому бору. Вдыхая терпковатый воздух, пропитанный запахами свежей хвои, Крячко мечтательно вздохнул:

— Эх, давненько мы не ездили по грибы!

Удивленно оглянувшись, Лев поинтересовался:

— А ты хочешь сказать, что сейчас уже могут быть грибы?

— Гм… По-моему, уже должны бы появиться… — не очень уверенно предположил Станислав.

— Грибы уже есть… — снова жизнерадостно улыбнувшись, сообщил шофер. — На днях ездил за рядовкой. А там уже и лисички пошли, шампиньонов полно. Их моя бабуля зовет по-курски печерицами.

— А рядовка сейчас встречается какая? — уточнил Станислав, чтобы показать, что и он не какой-нибудь там «тюха-матюха» по части грибной «охоты».

— Ну по меньшей мере видов пять-шесть найти можно, — не отрывая взгляда от дороги, охотно сообщил Юрий. — Скажем, коллибия весенняя уже отходит. А вот майский гриб, опенок луговой, вешенка беловатая, удемансиелла широкопластинчатая — как раз на подъеме.

— Как-как?! — Крячко даже подался вперед, чтобы получше расслышать. — Уде-масиелла, что ль? Ничего себе, название! Обалдеть! Вообще впервые слышу.

Поднятием руки остановив Юрия, который собирался повторить замысловато-головоломное название гриба, Гуров деловито произнес: