Глава 3
Два дня назад…
Фарид
— Господин Кудинов, самолёт вашего брат прибыл, — оповещает меня помощник, следящий за табло и оповещениями в аэропорту.
— Отлично, — отзываюсь и убираю ноутбук в специальную сумку. Кидаю на стол несколько купюр, расплачиваясь за кофе и оставляя хорошие чаевые.
Отдаю сумку помощнику и отсылаю его дожидаться меня в машине. Не люблю, когда подчинённые видят мои истинные чувства и эмоции, которые я проявляю исключительно для родных и близких людей. Не хочу, чтобы кто-то видел меня настоящего.
Неторопливой походкой иду к зоне встречи прилетевших, то и дело оглядываясь на своего безопасника, неминуемо следующего за мной. И дело вовсе не в моей безопасности, а в том, что по совместительству он наш с братом дядя. Тот, кто заменил нам с Эльдаром всех. Мать, отца, дедушек, бабушек. И сейчас он, так же, как и я, идёт встречать Эльдара, потому что жутко соскучился по своему старшему племяннику. Но вслух он это никогда не скажет. Не такой он человек.
Брат семь лет пробыл за границей. Приезжал на праздники на насколько дней и всегда его прилёт означал радость, праздник и дни счастья. Но в этот раз всё иначе. Он прилетел на похороны нашей матери, которой не стало вчера. И отчего моя жизнь утратила краски и жизнь. Из неё словно пропало всё, и лишь Эльдар ещё имеет какое-то значение для меня.
— Эльдар, — обнимаю брата, как только он подходит к нам с Никитой. — Брат! — цепляюсь за него, словно от этого мама воскреснет. Выздоровеет. Подойдёт к нам и обнимет. Пообещает, что всё будет хорошо, и мы со всем справимся. Как обычно.
— Фарид, — брат обнимает меня в ответ, излучая ту же боль, что и я.
Мы любили мать, несмотря ни на что. Понимали её слабую женскую натуру и представляли её боль, от которой она свихнулась. Принимали это и верили, что всё нормализуется, только… не стало всё круто. Наоборот, всё стало настолько хреново, что выть хочется.
— Фарид, — друг моего брата, подходит к нам следом за Эльдаром. — Прими мои соболезнования! — парень искренне излучает поддержку.
Эльдар и Арс дружат последние два года. Познакомились в университете на последнем курсе ещё, но тесно общаться начали только спустя время после окончания учёбы. Их свели общие интересы и любовь к мотоспорту.
— Спасибо, — отвечаю Арсению, отпустив Эльдара. — Рад, что прилетел с братом и был с ним рядом. Поддерживал его.
— Я потерял двух родителей сразу, — печально ухмыляется. — Я понимаю, как это больно. Держитесь, парни! Всё наладится! Боль не уйдёт, но утихнет!
— Спасибо! — отзываюсь, пожав предложенную им руку. — Спасибо, Арсений.
— Ладно, парни, я к вам вечером заеду, — произносит парень, подхватив свой чемодан. — Мне надо к брату сейчас. Самолёт и так задержали. Опаздываю!
— Езжай, — отпускает его Эльдар, коротко обняв друга.
Ещё раз попрощавшись с нами, парень идёт к встречающему его мужчине. Отдаёт ему чемодан и спокойно направляется к выходу из аэропорта.
Я мало знаю об этом Арсе. Слышал, что после смерти отца и матери он остался на попечении своего старшего брата. На тот момент парню было двенадцать, и опека разрешила старшему взять опекунство над младшим. У семьи Арсения собственный бизнес, и его брат постоянно расширяется, но в какой области они работают, я никогда раньше не интересовался.
— Мы сейчас куда? — спрашивает Эльдар, поздоровавшись с дядей. — Домой или в похоронное бюро, узнать, как дела идут?
— Домой, — кидаю. — С похоронами всё хорошо. Люди работают. Посылают мне на почту важные вопросы. Я отвечаю. Там всё в порядке.
— Она всё же решилась, да? — Эльдар поникает.
— Да, — кидаю, подтверждая тот факт, что мать так и не справилась со своей депрессией и решила закончить её сама. Самым ужасным и эгоистичным методом.
— В принципе, это было ожидаемо, — хмыкает брат с прежним настроем.
— Не надо! — рычу на него, стиснув зубы от злости. — Не смей мне говорить, что ждал её смерти! — останавливаю и заставляю мне в глаза посмотреть.
— Я не ждал, Фарид, — говорит, глядя на меня своими голубыми глазами. — Но я знал, что это рано или поздно произойдёт. Напомнить тебе, сколько лет она лечилась? Сколько лет провела в психлечебнице? Напомнить, сколько раз мы её спасали?
— Он заплатит за это! — шиплю и отпускаю брата. — За всё, что сделал с нашей мамой! Он заплатит! За каждую её слезинку и ужасно прожитый день!
— Месть — не лучший вариант, Фарид, — мой правильный братец, как всегда считает, что нет в состоянии матери вины этого ублюдка и козла.
— Мне плевать! Я терпел много лет. И он заплатит за всё, что сделал с самой любимой женщиной в моей жизни!
— Как? — раздражённо интересуется Эльдар. — Ты убьёшь его?
— Нет. Смерть — это слишком легко, быстро и безболезненно. Я хочу, чтобы он страдал. Чтобы прочувствовал на себе каждую ступень боли. Я буду уничтожать то, что ему дорого.
— Не надо! — брат пытается меня остановить, не дать совершить насилие. Не дать совершить глупость, воплощение которой я начал уже давно. Я нашёл ту, что мне нужна. Поздно братец о моей совести и жизни обеспокоился.
— Надо! — ухмыляюсь, представляя, как он будет молить меня о пощаде, а я не остановлюсь. Я сделаю ему так больно, как и мне сейчас. Я сделаю ему настолько больно, что он сам покончит с жизнью.
— Фарид!
Никита за спиной мотает головой и недовольно вздыхает, но не вмешивается, потому что уже устал отговаривать меня. Устал учить жизни и говорить, что я ошибку совершаю.
Ну и пусть я потом пожалею об этом. Пусть потом совесть меня сожрёт, но уступать кому-то я не намерен.
Он сделал больно матери и мне. А я сделаю больно ему. Ему и его дочери.
— Я сказал, что сделаю, значит, сделаю! — упрямо заявляю.
— Я тебе запрещаю!
— Ты не можешь мной управлять и что-либо приказывать. То, что ты старше меня на два года, не делает тебя главным. Тебе было плевать на мать! Ты уехал и бросил её, — злюсь на него, высказывая в лицо всю обиду. — Ты никогда её не любил так, как я.
