ударом молнии на землю упала Виктория, широко скалясь.
— Сюрприз…
— Так это ты? У тебя же нет способностей!
— Прости, Кристина, но у меня на самом деле есть скрытый дар. Я могу кого угодно заставить видеть, что угодно, что я хочу. А еще могу общаться на любом расстоянии и жить в чужих разумах, — злобно хихикала рыжая тварь, а я стояла и не могла сдвинуться с места, когда она подытожила.
— Итак, ДЕЛО СДЕЛАНО!
— Какое дело?
Я занервничала и позвала дрожащими от страха и холода связками.
— Олег?… где ты?
Сестра указала головой, куда надо смотреть. Обернувшись, я издала истошный крик. Викторию отбросило прочь. Я видела Олега, лежащего замертво… с вырванным сердцем, без глаз… я убила его.
— Ну что же теперь, теперь нет другого выхода, как быть со мной. Я люблю тебя ничуть не меньше…
Сзади подошел Антон и попытался обнять меня.
— Никогда…
Гнев… ярость… отчаяние… скорбь… ГНЕВ! Меня трясло, мое тело пылало огнем, Антон сжег себе ладони о мои плечи. Крайняя степень отчаяния захлестывала меня вновь и вновь, из меня вырвался рев, переходящий в вой.
— РРРРРРРРРААААААААААААААААААААА!!!!!!!
Ливень усилился, смывая все на своем пути… гром гремел, словно взрывал небо… молния ослепляла и выжигала небеса… пошел град, а вдали начал образовываться огромный смерч. Меня рвало на части, кожа с рук начала срываться, кровь сочилась из моих пальцев, вен, ногтей. Боль душила меня, убивала… я убивала себя… вой увеличивался… крик… вой… кровь… боль… слезы хлынули из моих глаз… Сквозь бурю Антон пробирался ко мне, я срывала с него кожу и плоть, он шел сквозь боль. Он дошел и поцеловал меня в губы… вобрав всю боль в себя…
Я падаю в его руки без сознания еле живая, мое сердце еле бьется. Вой урагана перерастает в вой сирены. Голоса. "Мы ее теряем… Разряд". Темнота.
Глава 7. Расправа и коронация
Дальше в моем видении явился Олег. От него летели мелкие искры, будто он разлетался на маленькие огоньки, распадался на атомы и растворялся в небесах… он заговорил со мной.
— Любовь моя, ты не виновата… я люблю тебя… возьми мою силу… она будет в тебе, а я всегда буду с тобой…
Я проснулась от разрушительной боли в глазах. Они горели, как будто в них что-то вживляли. Я побежала к зеркалу и отпрянула в ужасе. Вместо моих ярко-зеленых у меня были небесно-голубые глаза Олега.
Я разрыдалась… нет, я взревела, я взвыла от боли. Прошлое душило меня вместе со слезами, жестоко наступая прямо мне на горло… За что? Зачем она это сделала? Значит они это спланировали. С Антоном все ясно, но ОНА… Тварь… ей конец! Я посмотрела на Люцика и приказала.
— Стань вороном и лети к ней! — мой зверь покорно исполнил приказ, а я обратилась к отражению, смотря себе прямо в глаза. — Ты правда отдал мне свою силу, любовь моя? Ну что ж, я ей воспользуюсь сполна. Хватит с меня воспоминаний. Пора платить по старым счетам.
Я направилась в комнату Виктории, где она мирно спала, не догадываясь о том, что ее ждет.
— Люцифер, взять ее.
Люцик накинулся на лицо Виктории, выклевывая ей глаза, и она неистово закричала от боли и страха.
— ААААА! Кто здесь! Отпусти! Помогитеее!!!
— Время платить, мразь! — отрезала я, не оставляя ни единого шанса.
— Нет, Кристина, подожди, дай же мне объяснить!
— Умри!
Мои глаза вспыхнули. Взмах руки, и ее кожа была сорвана, остались оголенные мышцы и сухожилия.
— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!
Она истошно орала, она была еще жива. Один за одним я отрывала ее пальцы. Ломала кости. Рвала голые ткани и злобно скрипела над ее умирающим телом.
— Чувствуешь, дрянь, почувствуй мою боль, гадина?!
— Кристина… Вика, что здесь…? — в комнату вошла Вероника. Увидев и осознав всю картину, она вскрикнула, подбежала ко мне, упала на колени и стала целовать мои руки.
— Ваше Величество, умоляю, чтобы она не сделала, пощадите ее, поверните все вспять или убейте.
Отведя одну руку от Виктории, я направила ее в сторону Ники. Аккуратно выставив ее силой мысли за дверь, я закрылась на ключ. Виктория еле дышала, ее пульс замедлялся… я прошептала.
— Огонь…
С этими словами ее тело вспыхнуло, и она сгорела заживо. Разбилось оконное стекло, и ее прах рассеялся в ночи по ветру.
— Дело сделано!
Холодный ночной воздух ворвался в комнату, он развивал мои волосы, и я впервые почувствовала облегчение… Я отдала ей всю свою боль… но скорбь и чувство безмерной вины осталось во мне навсегда.
— Прощай, любовь моя, прости меня… и я себя прощаю.
Прошел ровно месяц с той ночи. Мы гуляли с Вероникой каждый день, она мне рассказывала о нашем мире, об истории мироздания. Я чувствовала ее боль и скорбь по сестре, но она понимала меня и не осуждала. Я знакомилась заново со своими подданными, стражами, высокопоставленными чиновниками. Память постепенно возвращалась ко мне.
Но чаще всего я вспоминала, как мы проводили время с Олегом, как мечтали о совместном будущем и детях… Было странно, что моих воспоминаниях не возникало Антона, больше ни в одном. Как будто я видела его три раза в жизни. Но я знала и чувствовала, что это не так… Я не оставляла мысли найти его и отомстить. Но пока поиски были тщетны.
Я плакала почти каждый день, обычно перед сном, когда оставалась одна. Эта всепоглощающая тоска и печаль меня убивала. Алекс делал все, что было в его силах. Люцик помогал избавляться от мигреней из-за моих истерик и ночных кошмаров.
— Кристина, пожалей себя… ничего уже не вернуть, — вторил мне доктор каждый день.
Несмотря ни на что, я должна была получить положенную мне власть. И вот наступил день коронации. Надев корону моей матери, Королевы Ирины, я почувствовала небывалую силу внутри себя… По моим венам растекалось непостижимое превосходство… Глаза мои загорелись огнем… огнем жажды неминуемого отмщения за весь наш род, за мою любовь. Мы устроили бал в честь данного события и пригласили самых влиятельных господ со всех миров. В шикарном тронном зале гости кружились в торжественном танце. Эльфы, маги, демоны, телепаты, чародеи… Они поздравляли меня, целовали руки, отвешивали поклоны. Люцифер вальяжно расхаживал вокруг меня и будто благородно приветствовал гостей.
— Я в восхищении, ваше Величество, — сыпалось со всех сторон.
— Добрый вечер, ваше Величество, — передо мной стоял высокий, привлекательный мужчина с длинными седыми волосами и красными, налитыми кровью глазами. Я ощущала его мощь, она была ровня моей. Это вселяло настороженность и восхищение одновременно.
