Я повернулась, уже более внимательно осматривая ребёнка. Сознание привычно расширилось, словно желая заполнить всё окружающее меня пространство. Тонкие, почти эфемерные лучики силы, причудливо извиваясь, оплетали комнату.
Энергетическую оболочку этого мира можно было представить, неощутимой и не видимой до определённого момента субстанцией, охватывающей всё пространство. Любое действие, будь то движение человека, рост побега какого-либо растения, всегда оставляло след. Это можно было сравнить с брошенным в воду камнем, от которого начинают расходиться круги, постепенно исчезая. Некоторые действия почти не оставляли колебаний или являлись столь кратковременными, что были почти не заметным глазу. Растения практически не вызывали никаких возмущений, а заклинания оставляли сильный след в окружающем пространстве, буквально кричащем о вмешательстве, что и представляло своеобразный откат, сопровождающий почти каждое магическое действие. Сглаживание подобных возмущений отнимало иногда почти столько же сил, сколько и заклинание, хотя было необязательным. Подобные сгустки "магического мусора", были похожи на своеобразную радиацию, которая, накапливаясь в больших количествах, была весьма опасна. Если уровень "радиации" становился критическим, то происходил разрыв и, скопившаяся сила переходила из эфемерного состояния в вполне реальное и это являлась причиной многих магических аномалий.
С первых дней молодых магов учили контролировать подобный диссонанс, буквально вбивая в их головы необходимость "подчищать" после себя окружающее пространство. Именно поэтому недоучки были так опасны: их заклинания не столь разрушительные по своей мощи, оставались гниющими ранами в энергетической оболочке.
Оторвав взгляд от красивых всполохов, расходящихся от моей руки, я смогла, наконец, рассмотреть мальчишку. Что самое удивительное - он не вызывал практически никакого диссонанса, а казался неотъемлемой частью этого мира, практически полностью сливаясь с ним. Это не было похоже ни на что из ранее виденного мною. Потрясённая, я перевела взгляд на травника.
– Этот мальчик - эльф, - спокойно ответил Дарий. - Эльфы - возлюбленные дети нашего мира. Он никогда не обернётся против них. Перворожденные почти не вызывают колебаний магии, поэтому их невозможно выследить с помощью поисковых заклинаний.
– Но ты говорил, что эльфы не показываются в человеческих землях, - удивлённо воскликнула я.
– Это так, - мрачно подтвердил травник. - И уж тем более не оставляют своих детей без присмотра посреди захолустной деревеньки.
Я присела около закончившего ужин мальчика. Он бросал на меня косые, подозрительные взгляды, по-прежнему ничего не говоря.
– Меня зовут Руфина, можно Руфь, а это Дарий, - сказала я, представляя нас с травником. - Могу я узнать твоё имя?
– Аль…Алаин, - с запинкой ответил эльфенок.
– Где твои родители, Алаин? - продолжила расспрашивать, стараясь не напугать бедного ребёнка.
– Я не знаю, - начал тот свой сбивчивый рассказ.- Я гулял, а потом ко мне кто-то подкрался и ударил по голове…я потерял сознание, а когда очнулся, меня уже куда-то везли…Мы ехали больше недели, и во время одной из ночных остановок мне удалось развязать верёвку и убежать.
Он всё опускал глаза, будто стыдясь своих слов или ожидая нашей злости. Но, не увидев такой реакции, Аль поднял на нас голубые глаза и тихо продолжил:
– Я бежал всю ночь и, почти весь следующий день прятался в лесу. Они меня не нашли. Потом я вышел около вашей деревни, а дальше вы знаете.
– Ты смог разглядеть своих похитителей? - спросил Дарий, всё это время внимательно прислушивавшийся к нашему заговору.
– Почти нет. Они прятали лица. Я видел только того, кто приносил мне еду, - и добавил почти с ужасом. - Он был человеком.
Мы с Дарием удивлённо переглянулись. Не всё ладно в Эльфийском королевстве, если люди похищают малолетних эльфят из-под носа родителей. О точном местоположении перворожденных, не знал, наверное, никто и логично было предположить, что границы эльфийских земель охранялись самым тщательным образом. Плохо верилось в реальность произошедшего.
"Или это тщательно спланированное кем-то похищение" - подумалось мне.
По хмурому взгляду Дария, я поняла, что подобные мысли пришли в голову не мне одной.
– Иди, умойся, малыш и ложись спать. А мы с Руфью побеседуем.
Эльфёнок послушно поплёлся к умывальнику, дав нам с Дарием возможность поговорить.
– Ты понимаешь, Руфь, чем всё это может обернуться?
– Догадываюсь, - мрачно ответила я, - нового конфликта нельзя допустить. Ты сам говорил, что мы сидим на пороховой бочке - одно неверное движение и взлетим на воздух.
Дарий, не совсем понявший значение слова "пороховая бочка" не стал заострять на этом внимание и продолжив разговор:
– Общий смысл ты уловила. Необходимо, как можно быстрее доставить Алаина в Эльфийский лес. Тем более что находиться у нас не безопасно для него. Я уверен, что похитители будут искать пропажу и скоро выйдут на его след. Если уже не вышли…- добавил травник.
– Я нашла Алаина и теперь отвечаю за него. Мне и решать эту проблему, - под неодобрительным взглядом продолжила. - Дарий…посуди сам, тебе будет тяжело столь длительное путешествие. Я справлюсь.
Старик, тяжело вздохнув, был вынужден согласиться со мной. Ему очень не хотелось отпускать меня, ещё плохо понимающую всю опасность предстоящей авантюры. При всей моей силе и, даже умением владеть холодным оружием, я не имела практически никакого опыта путешествий и самостоятельной жизни. Заметив смятение Дария, положила ладонь ему на плечо и тихо проговорила, позволив увидеть в моих глазах решимость и несгибаемую волю:
– Я сделаю всё, что в моих силах, - а потом больше для себя добавила. - У меня должно получиться.
– Ох, девочка, тяжело тебе придётся, - и, покачав головой, травник отправился обустраивать нашего гостя.
"Да тяжело" - думалось мне. Но я не могу бросить Алаина. Слишком живы были воспоминания собственных скитаний. Слишком хорошо я помнила, охватывавшее меня отчаяние и безысходность, не оставлявшую ни на миг… Помнила, как хотелось кричать от бессилия, как оказалась одна перед всем миром. Аль мог превосходить меня по количеству лет, хотя и выглядел 10-летним мальчишкой.
Оказавшись на улице, я была эмоционально старше его, уже с ранних лет ни на минуту не расслаблявшаяся и привычная к чужому безразличию. Жизнь не раз пинала меня, и новый удар был вполне закономерным, хоть и неожиданным. Но Алаин… Скорее всего он был любимым ребёнком и для него было нетипично оказаться в такой ситуации. Я почти ощущала страх, охватывающий эльфенка.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
