Читаем без скачивания 2008_39 (587) - Газета Дуэль

Кроме того, сейчас издается книга, написанная одним товарищем, который в 17 лет вступил в народное ополчение, где благодаря его хорошему поведению и острому уму его сделали членом охраны премьер-министра и Главнокомандующего, он изучил стенографию, затем записывал беседы и собрал свидетельства сотен участников событий, о которых рассказывает. Речь идет о главе истории Революции, которая далеко не завершена.

Как можно предположить, нас, главных революционных руководителей, постоянно информировали о том, что становилось известно о вражеских планах. Мы задумали нанести сильный удар по американской, батистовской и трухильевской контрреволюции.

Когда оружие, посланное морем из Флориды для нанесения начальных ударов, и командиры и заговорщики уже находились под строгим контролем, была устроена симуляция успешного контрреволюционного выступления в горном районе Эскамбрая и в Тринидаде, где имелась взлетно-посадочная полоса. Изолировали муниципию этого маленького и дружественного городка, и усилили революционную политическую работу.

Трухильо был полон энтузиазма. Повстанческая рота, переодетая крестьянами, кричала на самолетной полосе: «Да здравствует Трухильо! Долой Фиделя!», — о чем информировали командование в Доминиканской Республике. Доминиканцы сбросили на парашютах большое количество оружия. Все шло хорошо.

13 августа прибыл самолет со специальным эмиссаром Трухильо — Луисом дель Посо Хименесом, сыном бывшего батистовского алькальда столицы и видной фигуры режима. Он указал на карте позиции, которые должны были подвергнуть бомбардировке доминиканские военно-воздушные силы, и спросил, какое количество легионеров нужно для первого этапа.

С ним приехал другой важный посланник — Роберто Мартин Перес Родригес, который, как уже упоминалось, уехал со своим отцом вместе с Батистой, когда тот бежал в Доминиканскую Республику первого января. Его сопровождало несколько командиров-наемников, которые собирались остаться здесь. Самолет должен был вернуться. Его пилотировал тот же кубинский экипаж, который увозил Батисту при его бегстве.

Я находился вблизи от самолетной полосы вместе с Камило Сьенфуэгосом и другими повстанческими командирами. Начальник кубинского военного персонала, разгружавший присланное оружие и средства связи, понял так, что должен арестовать экипаж самолета. В ходе ареста второй пилот понимает, что происходит, стреляет в них, и начинается перестрелка. Посланники Трухильо и остальные командиры наемников были арестованы. Имели место потери.

В тот же вечер я посетил раненых той и другой стороны. Осуществление плана нельзя было продолжать. До тех пор все сообщение между Трухильо и контрреволюционерами в Эскамбрае велось на коротких волнах. Официальная радиостанция Трухильо передавала победоносные сводки, подобные тем, что передавали по «Радио Сван» и из Майами в дни Плая-Хирон. Мы никогда не использовали государственное радио Кубы для распространения лживых официальных сообщений. Можно было бы продолжать игру даже после захвата самолета и ареста Луиса дель Посо Хименеса и Роберто Мартина Переса Родригеса, симулируя механические неполадки самолета, который должен был вернуться, но только дорогой ценой — обманывая и сбивая с толку народ, уже обеспокоенный известиями из Эскамбрая о предположительных победах контрреволюционеров, публично передаваемыми из Сьюдад-Трухильо.

В то 13 августа 1959 года мне исполнялось 33 года, я был полон жизни, в расцвете физических и умственных сил.

Речь шла о важной революционной победе, но также это предвещало времена, которые должны были наступить, и означало печальный подарок, сделанный мне Рафаэлем Леонидасом Трухильо в день моего рождения. Через двадцать месяцев мы будем бороться на Плая-Хирон, столкнемся с насилием и кровью в Эскамбрае, на морском берегу, в городах и на полях всей страны. То была контрреволюция, руководимая Соединенными Штатами.

В той стране Роберто Мартина Переса Родригеса и Луиса дель Посо Хименеса расстреляли бы как наемников на службе вражеской державы. Военные трибуналы приговорили их к тюремному заключению и не тронули ни волоса с их головы. Какой была окончательная судьба Мартина Переса? Он законно эмигрировал в Соединенные Штаты. Сегодня это лидер кубино-американской террористической мафии, которая поддерживает кандидата-республиканца Маккейна.

…Историческая правда напоминает нам, что отец Джона Маккейна командовал высадкой амфибийных сил, вторжением и оккупацией Доминиканской Республики в 1965 году, чтобы противостоять националистическим силам, руководимым Франсиско Кааманьо — другим великим героем этой страны, с которым я был хорошо знаком и который всегда верил в Кубу.

Посвящаю эти «Размышления» с историческим налетом нашим дорогим журналистам, поскольку они совпали с VIII съездом Союза журналистов Кубы (УПЕК). С ними я себя чувствую как в кругу семьи.

…Я перечитал некоторые статьи, опубликованные в «Алерта», «Боэмия», «Ла Калье», и заново пережил те годы.

Я написал эти статьи ввиду необходимости передать идеи. Я сделал это, движимый исключительно революционным инстинктом. Один принцип я применял всегда: слова должны быть простыми; концепции — понятными для масс. Сегодня у меня больше опыта, но меньше сил, мне труднее делать это. С Революцией уровень нашего народа стал намного выше; задача стала более сложной.

С революционной точки зрения разногласия не имеют значения; имеет значение честность, с какой высказывается мнение. Из противоречий родится правда. Быть может, в другой раз стоило бы сделать усилие, чтобы высказать некоторые замечания по этому вопросу.

…Из элементарного чувства гуманности нас обрадовало сообщение о том, что Ингрид Бетанкур, трое американских граждан и другие пленные были освобождены. Никогда не следовало похищать гражданских лиц и содержать как заключенных военных в условиях сельвы. Это были объективно жестокие факты. Никакие революционные намерения не могли это оправдать. В свое время надо будет глубоко проанализировать субъективные факторы.

На Кубе мы выиграли нашу революционную войну, немедленно и без каких бы то ни было условий выпуская на свободу пленных. Захваченных в каждом бою солдат и офицеров мы передавали Международному Красному Кресту, отобрав у них только оружие. Никакой солдат не складывает оружия, если его ждет смерть или жестокое обращение.

В архивах Международного Красного Креста имеется информация о сотнях пленных, которых мы вернули после последнего вражеского наступления летом 1958 года. В декабре этого года не было даже времени призвать Международный Красный Крест, чтобы передать ему пленных. Обещая больше не участвовать в сражениях, солдаты капитулировавших частей сдавали оружие и оставались мобилизованными без него, в то время как офицеры сохраняли свои воинские звания и табельное короткоствольное оружие в ожидании конца войны.

Мы с озабоченностью наблюдаем, как империализм пытается использовать случившееся в Колумбии, чтобы скрыть и оправдать свои ужасные геноцидные преступления по отношению к другим народам, отвлечь внимание международной общественности от своих интервенционистских планов в Венесуэле и Боливии и присутствия 4-го флота для поддержки политики, претендующей полностью ликвидировать независимость и овладеть природными ресурсами остальных стран, лежащих к югу от Соединенных Штатов.

Вот примеры, которые должны наставлять всех наших журналистов. Правда в наше время плывет по бурным морям, где средства массовой информации находятся в руках тех, кто своими несметными экономическими, технологическими и военными ресурсами угрожает выживанию человечества. Это вызов, стоящий перед кубинскими журналистами!

ФИДЕЛЬ КАСТРО РУС

ПРИЧИНЫ ПРОВАЛА

Олимпиада закончилась для России хуже, чем ожидали. И дело не в том, что Россия заняла третье место в командном зачете. В конце концов перед нами — только хозяева Олимпиады и наши традиционные конкуренты американцы. Проблема в другом — мы проигрываем самим себе.

Медали счет любят — можно перефразировать народную мудрость в нынешнем спортивном контексте. Если мы посмотрим на статистику олимпийских достижений россиян эпохи Владимира Путина, то нам станет очевидно: на спортивных достижениях период путинской «стабильности» и «процветания» не отразились. В 2000 году — в первый год правления бывшего президента — Россия завоевала в Сиднее 88 медалей. Из них 32 — золотые. Уже через четыре года в Афинах количество золотых наград сократилось до 27, хотя общее число призовых мест в целом сохранилось и даже увеличилось на 4. Очевидно, что и на сиднейских, и на афинских Играх Россия реализовывала потенциал, заложенный еще до Путина. Но Олимпиада-2008 должна была показать, какие спортивные достижения можно поставить в заслугу нынешнему руководству России. И что же мы видим? Общее количество медалей сокращается на 20 (sic!) по сравнению с 2004 годом, из них золотых становится на четыре меньше. Это уже не тенденция, это свершившийся факт: Россия потеряла свои былые позиции в спорте. Не в пользу нашей сборной говорит и то, что увеличилось число явных аутсайдеров среди российских олимпийцев. Мы видим не только неудачи в упорной борьбе за призовые места, но и плетущихся в конце турнирной таблицы игроков, которые изначально не могли претендовать ни на что серьезное.