Раненый умирал. Дея поняла это, даже не глядя. Так же, как поняла, что у нее слишком мало сил, чтобы поставить его на ноги. Ведь сегодня она уже выложилась на полную.
Но бросить его здесь и уйти она не могла.
Решила, что попробует хотя бы выдернуть болт и зарастить самую опасную рану. А потом вытащит из воды и оставит на берегу. Если незнакомцу суждено выжить — он выживет.
Болт сидел очень глубоко, а еще он был мокрый и скользкий от воды и от крови. Дее пришлось встать на колени, чтобы суметь его ухватить. Раненый застонал, когда она потянула болт на себя.
— Все хорошо, — зашептала она, потихоньку расшатывая болт, — сейчас станет легче.
Резкий рывок — и свинцовый снаряд с противным чавкающим звуком покинул свое гнездо. Из дыры в ребрах хлынула кровь.
Дея откинула болт и тут же зажала рану руками. Зашептала, забормотала слова молитвы, обращаясь к Праматери, прося дать ей силы. И почувствовала, как та отзывается из недр земли, отвечает тихим, глубоким вздохом.
Раненый дернулся, с его губ, потрескавшихся от морской соли, слетели непонятные звуки.
— Тише, — Дея попыталась успокоить его, — уже все закончилось.
Но он будто силился что-то сказать.
Она нагнулась, чтобы расслышать, и в этот момент услышала шум.
Вскочила на ноги, вслушиваясь в голоса.
Дознаватели.
Она узнала бы их даже во сне.
Везде, где бы они ни появлялись, в воздухе разливался стойкий, удушливый запах крови.
Они были пропитаны кровью насквозь.
Уже понимая, но все еще надеясь на чудо, она бросила взгляд на того, кого только что спасла.
Незнакомец лежал, раскрыв веки.
Серые, словно выцветшие, глаза смотрели в упор. На нее.
Это были глаза дознавателя.
Глава 5
— Вижу, вы прекрасно все помните, как и я, — от его пронзительного взгляда невозможно было укрыться. — Что ж, это облегчает мое задание.
— Задание? — Дея вскинула голову.
— Да. А вы думали, что я воспылал к вам внезапной любовью? — Йеванн скривился. — Нет, но я служу своему императору, а он приказал мне жениться на вас и сделать ребенка.
На этот раз она не покраснела, а покрылась смертельной бледностью. Он же удовлетворенно хмыкнул, наблюдая за ее реакцией.
— А если… если я откажу? — произнесла, запинаясь.
— У меня есть сотня способов заставить женщину хотеть меня, когда мне это нужно.
Судя по тону, он не шутил.
Дея знала, у темных магов много секретов. Они мастера соблазнения. А у этого еще и капля демонической крови. Совсем крошечная. Вряд ли Йеванн сможет принять боевую форму. Но этой капли вполне достаточно, чтобы сделать его угрозу реальностью.
— Да не тряситесь вы так, — процедил он, явно наслаждаясь ее бледным видом. — Я уже сказал, что не собираюсь вас насиловать. Не настолько низко я пал, чтобы мстить таким образом.
В его благородстве она сомневалась, но после этих слов облегченно выдохнула.
— О чем вы хотели поговорить со мной?
Йеванн поменял тему беседы. Это произошло столь внезапно, что Дея не сразу сообразила, что он говорит.
Больше того, его тон стал сухим, деловым. Из него ушли вальяжные нотки. Дознаватель выпрямился в кресле и без тени усмешки взглянул на нее.
Дея сжала кулачки. Так, что ногти вошли в ладони. Эта боль отрезвила и встряхнула ее. Заставила вспомнить все слова, что она собиралась высказать этому наглецу.
— О нашем совместном будущем, — произнесла Дея, следя, чтобы голос не дрогнул.
— И? — левая бровь дознавателя изогнулась красивым домиком.
— Я согласна играть роль вашей жены.
— Играть? — бровь поднялась еще выше.
— Да. Согласна поехать с вами, куда вы скажете, быть хозяйкой в вашем доме, почитать вас, как мужа, заботиться о ваших… насущных нуждах, — она немного запнулась, но быстро взяла себя в руки.
— Насущных нуждах? — теперь он смотрел на нее с интересом. — Любопытно… И что же вы подразумеваете под этими словами?
Она ответила ему твердым взглядом:
— Все, что входит в обязанности супруги, кроме телесного контакта.
— О, как! — Ледяная усмешка. Бесстрастный кивок. — Продолжайте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я понимаю, выбора у меня нет. Бежать некуда, помощи искать тоже негде.
— В логике вам не откажешь.
— Но по некоторым причинам я не могу стать вашей супругой душой и телом.
Он прищурился. Его взгляд стал острым, как бритва.
— А вы уверены, что я претендую на вашу душу?
Она на секунду прикрыла глаза, пытаясь справиться с гневом. Когда вновь посмотрела на Йеванна, то заметила странный отблеск, мелькнувший в его равнодушных глазах.
Призналась:
— Я ни в чем не уверена. Поэтому хочу заранее обговорить условия нашего брака.
Он окинул ее задумчивым взглядом.
— Пожалуй, я догадываюсь, что это за причины. Но они ничего не меняют. Я должен предоставить сына или дочь императору не позднее, чем через год после обряда венчания.
— Даже так…
Этого Дея не ожидала. Впрочем, недаром же ходят слухи, что Венарий сошел с ума. Кому еще, как не сумасшедшему, придет в голову уничтожить всех взрослых магов империи и создать новый Ковен из карателей и дознавателей?
— Не переживайте, — ее мысли прервал голос Йеванна. Нотки презрения в его тоне заставили ее стиснуть зубы. — Поверьте, мне эта мысль так же малоприятна, как и вам. Или, думаете, я горю желанием прижать к кровати ваше тщедушное тельце?
Он хочет ее оскорбить?
Дея выпрямила спину и расправила плечи.
— Отнюдь. Должна признаться, у меня тоже нет никакого желания стать подстилкой для темного, да еще полукровки. К тому же, вы не в моем вкусе.
Она постаралась вложить в эти слова все презрение и ненависть, что испытывала к дознавателям.
И стрела попала в цель. На миг глаза Йеванна распахнулись. За равнодушным металлом мелькнул багрянец огня.
Дее показалось, что она увидела в их глубине что-то человеческое. Что-то живое. Но оно тут же исчезло.
Маг коротко усмехнулся:
— Браво. Аплодирую стоя. Но это не решает нашей проблемы. А потому я вынесу встречное предложение.
Он отвел взгляд и забарабанил пальцами по столу.
— Я дам вам время. Привыкнуть ко мне, узнать ближе. Поверьте, я не такой зверь, как вы уже нарисовали себе. И мне не нравится чувствовать себя племенным жеребцом…
— Почему же вы согласились? — перебила она.
Он замолк, продолжая смотреть в сторону. Потом процедил, не разжимая зубов:
— Потому что наш император умеет делать предложения, от которых невозможно отказаться.
Убрав руку со стола, темный продолжил:
— Сейчас я уйду. Нужно решить кое-какие дела. Но не рассчитывайте, что я исчезну, как страшный сон, и не надейтесь снова сбежать.
Что за дела он ей не сказал, но Дея и сама догадалась, что это связано с ее долгами. Что еще ему делать в незнакомом городишке?
Она кивнула, подтверждая, что поняла.
Он поднялся и, глядя на нее сверху вниз, негромко добавил:
— Надеюсь, вы умная женщина, и не доставите мне лишних хлопот.
* * *
Йеванн вернулся в сумерках. Прежде чем войти, окинул дом быстрым взглядом. Окна на втором этаже мягко светились, а вот на первом было темно.
Похоже, его тут не ждали.
Он вошел, не обращая внимания на прилипший к сапогам снег. Скинул плащ, стряхнул его прямо в прихожей.
Снегопад продолжался весь день и затих только к вечеру. Это могло помешать его планам. Кто знает, как быстро чистят дороги в этой глуши?
Из приоткрытой дверцы столовой просочилась служанка. Он нахмурился, вспоминая ее имя.
— Ваша милость, — девушка сделала книксен. — Позвольте вашу одежду. К ужину все готово, я накрою, как только вы скажете.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Где моя жена? — о да, в глубине души он целых два года мечтал сказать это вслух.
— Миледи сказала, что поужинает наверху. С сыном.
Челюсти Йеванна сжались. Сквозь стиснутые зубы прорвалось глухое рычание.
