– А в чем отличие русских мужчин от американских? И вообще это отличие существуют? Может быть, мужчины и женщины – они везде одинаковы, в любой стране? Понимаешь, о чем я?
– Сразу трудно разобраться, в чем они состоят, эти отличия. Ну, поживешь – все станет на свои места. Я бы ответила так. Возьми Западную Европу и Америку, вспомни название американских и европейских книг и фильмов о романтических отношениях мужчины и женщины. На память сразу приходит французский фильм Клода Лелуша «Мужчина и женщина», до сих пор популярный. А когда задумываюсь о России, сразу вспоминаю роман Бориса Можаева «Мужики и бабы». Вот в этом и есть главное отличие. У них – мужчины и женщины, у нас – мужики и бабы.
* * *
Наша новая знакомая Светлана работает официанткой в придорожной закусочной. Живет в небольшом городе на Среднем Западе. Познакомились мы, когда попали в сетевой парк развлечений «Шесть флагов», таких парков немало по всей Америке.
Здесь масса аттракционов вроде «пещеры ужасов», «американских горок», большой аквапарк с огромным бассейном, искусственным пляжем, океанской волной, – всего не перечесть. Платишь всего двадцать пять долларов, и целый день с утра до заката солнца наслаждаешься жизнью. Рядом несколько недорогих отелей – за день не покатаешься на всех аттракционах, всего не увидишь, так что, можно растянуть удовольствие.
Четвертной за вход – это действительно дешево. Но устроители парка внакладе не остаются, в ход идут хитрости, на которых можно неплохо заработать. Например, с собой запрещено проносить воду и еду. А пол-литра грошового лимонада здесь стоит около четырех долларов. А этого лимонада я за день ведро выпил. И закусочные не из дешевых. Плюс фото на память, сувениры, майки с эмблемой «Шести флагов». В итоге кошелек здорово похудеет.
В конце дня я уже устал отдыхать и, закрывшись от солнца полотенцем, лежал на деревянном топчане. Рита вылезла из бассейна и устроилась рядом. Нашей соседкой оказалась Светлана, мы разговорились. Затем пообедали в местном ресторане и вернулись к бассейну. Света живет здесь около десяти лет, с будущим мужем познакомилась по интернету. Есть ребенок от первого брака, мальчик, сейчас Саше четырнадцать лет. Жизнь на новом месте сложилась не сразу, но теперь все более или менее вошло в колею.
Света худая нервная женщина, у нее порывистые движения, она часто улыбается, но улыбка какая-то чужая искусственная. Света не похожа на счастливого человека.
Однажды, это было три года назад, Света пару раз шлепнула сына на попе за то, что он вошел в дом в грязных сапогах, наследил в кухне и комнатах. Саша расплакался, а затем сказал, совершенно серьезно: «Еще раз меня ударишь, я пожалуюсь куда надо». То происшествие и те слова быстро забылись. Как-то Света снова шлепнула сына.
– Он весь вечер просидел в своей комнате за компьютером и не сделал уроки, – рассказывает Света. – Я была очень сердита. Я работаю целый день, надеюсь на сына, верю, что он занимается уроками, а не дурака валяет. Возвращаюсь, а уроки не готовы. Я его шлепнула… Ну, Саша заперся в подвале, оттуда позвонил… Вскоре в дом пришли инспекторы социальной службы. Стали выяснять, почему я подняла руку на ребенка. Это было ужасно.
– Вы бы объяснили им ситуацию, – Рита сочувственно кивает. – И вправду, иногда трудно сдержаться…
– Понимаете, это же дикость, – Света волнуется, на глазах слезы. – Я шлепнула сына в сердцах. Шлепнула по попе, ладонью. А в итоге чуть не лишилась ребенка.
Детей здесь трогать непринято, какие бы номера не откалывал ребенок, как бы вольно себя не вел, что бы себе не позволял, – устных замечаний ему, как правило, не делают. А ударить ребенка, шлепнуть по попе или дать подзатыльник, – это уже последнее дело. Если такое случится в общественном месте, все может обернуться серьезными неприятностями для родителя. Работники социальной службы запросто заберут ребенка, как говорится, без суда и следствия.
Если же станете слишком горячо возражать, – только хуже сделаете, прибудет полиция, ребенка все равно заберут, а ваши слова и действия документально зафиксируют и огласят на судебных слушаниях. А там ходи и доказывай, что не верблюд. Нанимай адвоката и плати деньги.
В России по закону дети, подвергшиеся семейному насилию, живут с родителями (приемными родителями, опекунами, дальними родственниками и проч.) до тех пор, пока суд не вынесет решения: забирать ребенка из семьи или оставить. Следствие и суд, как показывает практика, в таких делах могут тянуться месяцами, даже годами. Все это время ребенок может подвергаться побоям и издевательствам, – но таков закон, – забрать его нельзя (разве что, если умрет). Здесь первое правило – вытащить ребенка из семьи, где его обижали.
Юридические процедуры, разбирательство и суд, – это уже на десерт.
Здесь считают, – и не без оснований, – что у ребенка, который подвергается домашнему насилию, оскорблениям или рукоприкладству, – меняется характер, он вырастает запуганным, ранимым человеком с множеством комплексов. В процессе взросления могут возникнуть отклонения в психическом и умственном развитии, что-то вроде психологического уродства. Из ребенка, жертвы домашнего насилия, не получится прямой, мужественный и свободный человек, скорее, – нечто противоположное. Это мнение прочно укоренилось в общественном сознании и вряд ли изменится.
Света пережила трудное время. К ней в дом, разумеется, без приглашения, зачастили сотрудники социальной службы. Они беседовали с ребенком, спрашивали, не повторился ли тот «страшный» эпизод, когда мама наподдала ему по заду, как он себя чувствует после пережитого кошмара. Может быть, для русских родителей это лишь забавный эпизод чужой жизни, но Свете было не до смеха. Визиты продолжались месяцами, социальные работники проверяли холодильник, убеждаясь в том, что ребенок не голодает. Снова беседовали с Сашей и родителями, доводя мать до исступления.
Вспоминая об этом, Света не сдерживает слез:
– Я спросила Сашу: «Ты понимаешь, что тебя могли забрать от меня навсегда и отправить в приют, а затем передать в приемную семью?» А Саша отвечает: «Ты понимаешь, что дети – такие же люди, только маленькие. Их нельзя бить». Вот и весь разговор.
На этот раз все обошлось, но кто знает, что будет дальше…
Трудности перевода – 1
Мы взяли курс на запад ранним утром, когда дороги еще не забиты машинами. Я никуда не торопился, мы с Ритой беседовали, обсуждая планы. Именно тем утром мне пришла в голову мысль описать нашу поездку. Почему бы и нет?
Решил так: избавлю будущих читателей от длинных описаний природы, погоды и всего того, что можно было найти во множестве других книг и справочников, написанных о современной Америке. Расскажу о том, что мне кажется важным, о людях, которых доведется встретить и о событиях, которым суждено произойти. Я не стану в каждой главе рассказывать о нашем маршруте, в каком городе или поселке побывали, что увидели. Напишу о том, что легло на душу.
