а он на меня. Это не глаза, а кусочки льда, но от их взора мне жарко и тяжело дышать. А еще ноги не держат, и я вот-вот сползу по стеночке на пол, поэтому я отталкиваюсь руками от опоры и грациозно, на насколько это возможно после выпитой текилы, шагаю к диванчику, который соблазняет меня мягкой обивкой и удобной спинкой.
Сажусь рядом с Евгением и со стоном откидываюсь назад. О, да. Отдохну пять минуточек, дождусь, когда перед глазами прояснится, и пойду на поиски Мари среди зайчиков, белочек, ковбоев и ангелочков.
— Ну, привет, — хрипло и бархатно говорит Евгений, вглядываясь в глаза.
Вот бы он со мной так на работе здоровался. Томно, с теплыми и тягучими нотками восхищения. Он действительно не узнает меня и видит перед собой очаровательную куклу, которая в ответ улыбается, закусив нижнюю губу, и пробегает пальцами по его щеке, чтобы убедиться, насколько он реален.
Я не могу сопротивляться желанию коснуться Евгения, ведь Алечка утонула под шотами текилы, а ее разнузданное альтер-эго не боится голубоглазого красавчика, который с легкой улыбкой спрашивает:
— Как мою гостью зовут?
А я помню про “имен не называем”. Прикладываю палец к губам Евгения и медленно качаю головой. Никакого имени тебе, Большой Босс. Мало того, я не скажу тебе ни слова, ведь утром ты меня предупредил, что у тебя хороший слух, когда уловил в моих интонациях осуждение.
— Так ты послушная девочка и правил не нарушаешь? — перехватывает руку у своего лица, мягко сжав запястье. — Люблю таких.
Большим пальцем поглаживает основание ладони, всматриваясь в глаза, а затем целует предплечье. От его ласки пкожа покрывается мурашками, и он поднимается к локтевому сгибу. Касается горячим языком нежной кожи, пробегает губами по плечу и под мой стон припадет в ласке к ключице.
Ладонь Евгения поглаживает колено, неторопливо скользит по внутренней стороне бедра, вызывая во мне волну за волной жара и слабости. Задыхаюсь от его терпкого парфюма с нотками зеленого табака, пряного запаха виски и тонкого мускусного амбре пота.
— Как твое имя, моя милая гостья? — горячий шепот обжигает ухо, а уверенные мужские пальцы с нажимом пробегают по влажной ластовице кружевных трусиков.
Я одурманена алкоголем, прерывистым дыханием и дразнящими ласками. Тело и разум лихорадит от настойчивых поцелуев, что покрывают ключицу, плечо и шею ожогами, и я просто не в силах представиться.
— Да? — короткий вопрос проникает в ушную раковину теплой нитью и плавит барабанную перепонку.
Я лишь киваю, и Евгений голодно впивается в мои приоткрытые губы, скользнув ладонью по животу к талии. Тонкое платье задрано до пупка, мои руки обвивают крепкую мужскую шею, а наши языки переплетены в страстном и жадном поцелуе. Меня кружит в густом и медленном потоке стонов, сладкой дрожи и тягучего желания к тому, кто в пьяной истоме не подозревает, что покусывает губы своей скромной и невзрачной секретарши. А я и не против побыть в объятиях Евгения загадочной распутницей, которая пропускает его короткие волосы сквозь пальцы.
Отпрянув, Евгений тянется к стальному ведерку на столе и выхватывает из него кубик льда. Вздрагиваю, когда он касается моих губ. Меня накрывает легкий озноб, но через мгновение он обращается в волнующий трепет.
— Ты все еще не готова назвать мне свое имя?
Запрокидываю голову. Кубик льда скользит по шее к яремной ямочке, а затем по ключице. Холодные капли воды бегут по коже под тонкую ткань платья и скатываются по ложбинке к солнечному сплетению. С губ срывается стон, и Евгений холодными влажными пальцами пробегает по правому плечу и скидывает лямочку, оголяя грудь.
Евгений смыкает губы на соске, и из меня рвется новый стон. Посасывает, покусывает, поигрывает и дразнит вертким языком, вызывая мягкие судороги. Неспешные ласки обращаются в сладкую пытку, и я готова кричать от застилающего глаза темными пятнами желания.
— Имя?
Выдыхает в губы и всматривается в глаза расширенными зрачками, пробегая пальцами вокруг пупка, а затем подушечкой указательного проскальзывает в него. С хриплым мычанием опускаю веки, ныряя в бурлящий омут медовой неги, из которой меня жестоко и вероломно выдергивает громкая трель.
Евгений бросает раздраженный взор на смартфон возле бутылки виски. Буквы на экране и фотография расплываются, и я тяжело сглатываю, пытаясь сфокусировать взгляд. Тщетно.
Тянется к телефону, и через секунду сбрасывает звонок. Вернувшись в мои объятия, глухо рычит в губы, потому что томную близость опять нарушает истеричный звонок.
— Да сука наглая, — пьяно рявкает Евгений и хватает смартфон со стола.
Тыкает в красную кнопку отмены звонка, пролистывает контакты, медленно и сосредоточенно моргая. Предполагаю, что он намерен “суку наглую” заблокировать, чтобы она не мешала ему выпытывать из меня имя. Выдохнув, встаю. Отступаю под затуманенным и алчным взором льдистых глаз, оправляю платье и выскакиваю в коридор, на минуту протрезвленная вспышкой жгучего смущения.
— Мы с тобой не закончили.
Оглядываюсь. Евгений смотрит на меня исподлобья, привалившись к стене. На прощание улыбаюсь и бегу на ватных ногах, пошатываясь из стороны в сторону. Ныряю за поворот, сталкиваюсь с испуганной Мари и шепчу ей в лицо:
— Бежим!
— Вернись, милая. Нам никто теперь не помешает, — долетает насмешливый и хриплый голос Евгения.
— Да ты налакалась! — охает Мари и тащит меня прочь. — Оставила на несколько минут!
Звонко смеюсь, подстегнутая азартом коварного побега из лап голодного хищника.
— Это мой босс, — шепчу на ухо Мари. — Только, тсс!
Она оглядывается, ойкает и торопливо увлекает меня за собой. Проталкиваемся через мужчин, женщин и спускаемся по лестнице.
— Верни мою добычу!
— Да щас! Разбежалась! — взвизгивает Мари. — Ей домой пора!
— А, может, останемся? — глупо и пьяно хихикаю я.
— Хватит с тебя на сегодня.
— Согласна, — отзываюсь я, когда замечаю, что танцы на танцполе перешли в горизонтальную плоскость. — Мать моя женщина!
Сквозь музыку долетают стоны и крики. Голые люди переплетены на полу в чудовище со множеством рук и ног, и имя ему — Оргия.
— Какая странная вечеринка.
— С дороги, — Мари отталкивает голого пузатого мужичка и мы выскакиваем в холл.
— Уже уходите? — вежливо уточняет зеленоволосая дама, и хочу немедленно потрогать ее хохолок.
— Ага, — Мари лучезарно улыбается и выволакивает меня под ночное небо. — Мальчики, доброй ночи!
Охранники кивают, и Мари тащит меня вверх по улице, чтобы затем нырнуть в темный переулок.
