в полной мере испытала наравне с настоящей Ариеллой, реальны. До сих пор отголоски заставляют моё сердце сжиматься от жалости и обиды за по сути незнакомую мне девушку. Ведь кроме внешности нас с дочерью графа ничто не объединяет. Мы совершенно разные.
Ари – тихая, закомплексованная, ранимая и очень одинокая. Была такой. Арина же всегда могла за себя постоять. Я не склочная или дерзкая. Нет, я отношусь к спокойным и уравновешенным людям. Но только до тех пор, пока кто-то не пытается меня обидеть или задеть. Также я могу выйти из спокойного состояния из-за несправедливости. Никогда не могла спокойно смотреть, как кого-то незаслуженно обижают или унижают. Из-за этого в свое время не раз вступала в драки в школьные годы, защищая более слабых детей.
Я считаю себя борцом. Готовым сражаться, отстаивать свои права и убеждения до последнего вздоха. Ари же была слабой. Она не хотела бороться… А может, просто устала бороться… Не видела смысла. Ведь в конечном счете после всего пережитого она сдалась. Если верить словам няни, то Ари покончила с собой.
В моей голове до сих пор не укладывается, как она могла так поступить. Нет ничего ценнее жизни. Ничего! Так почему Ариелла так поступила? Что её на это сподвигло? Ответа у меня нет. Пока нет. Но я настроена узнать. Возможно, в этом мне помогут воспоминания самой Ариеллы, а может, придётся спросить о причине Алму. Она должна знать, почему её подопечная пошла на такой отчаянный шаг.
Почему-то для меня было очень важно понять, почему Ариелла лишила себя жизни.
Потом, я узнаю это потом… А сейчас мне нужно обдумать, что делать дальше. Как вернуться домой.
То, что я попала в другой мир, я приняла легко. Возможно, причина в воспоминаниях Ариеллы. А может, у меня просто такая крепкая психика оказалась. Неясно. Но как бы странно это ни было, приближения истерики я не чувствую.
Да мне страшно от неизвестности. Как абсолютно нормальный человек я опасаюсь нового незнакомого мира. Чужих людей, живущих по другим законам. Но впадать в истерику и захлебываться слезами не планирую. Слезами делу не поможешь. Надо включать голову и думать. Думать, как быть, что делать и как вернуться домой. А воспоминания, полученные от Ари, мне помогут продержаться до возвращения в свой мир. Никто не должен знать, что я не Ариелла Белфрад.
Первым делом мне предстояло структурировать и хорошенько обмозговать чужие воспоминания. Потому что сейчас в моей голове была каша из смешанных воспоминаний Ариеллы и Арины.
Я так глубоко ухожу в себя, что не сразу замечаю, как в комнату входит девушка. Воспоминаний о ней у меня нет, но если судить по заношенному, потёртому, хоть и вполне опрятному платью, то девушка, что сейчас испуганно замерла возле двери, является служанкой.
– Госпожа, простите… Я думала, вы отдыхаете, поэтому не постучалась… – опустив глаза в пол и прижав к груди глиняную кружку, тихо произносит девушка.
– Все в порядке, – все еще хриплым голосом отвечаю служанке. – Зачем ты пришла?
Кажется, мой голос звучит дружелюбно, но девушка отчего-то вздрагивает и сжимается. Её поведение так меня удивляет, что я, не сдержавшись, спрашиваю:
– Ты что, боишься меня?
Девушка бросает на меня быстрый опасливый взгляд. Секунду молчит, а потом отвечает:
– Вас – нет.
– А кого боишься тогда?
Что девушка боится, видно невооруженным взглядом. Её почти трясёт от страха и напряжения.
– Графа… и вашего брата, – еле слышно отвечает служанка.
А я облегченно выдыхаю. Почему-то мысль, что Ари могла жестоко обращаться со слугами, вызывает в душе протест и неприятие.
– Их здесь нет, так что ты можешь расслабиться, – приподнявшись и положив подушку под спину, говорю ей. – Это мне? – указав глазами на кружку в ее руках, спрашиваю я.
Служанка снова вздрагивает и неуверенно кивает.
Надо же, как граф и его сынок запугали прислугу, что та готова в обморок упасть от страха. Недовольно поджимаю губы, представив, что в ближайшем будущем мне придется с ними общаться.
– Что там? – снова обращаюсь я к замершей девушке.
– Ле… лекарство, – с дрожью в голосе отвечает она и снова опускает взгляд.
В этот момент у меня появляется жажда. Так хочется пить, что я даже рада, что девушка пришла.
– Давай свое лекарство. Как раз пить очень хочется, – доброжелательно говорю служанке и протягиваю руку.
Девушка реагирует не сразу. Она, словно борясь с собой, неуверенно приближается ко мне и передает в руки кружку с зеленоватой, приятно пахнущей травами жидкостью.
Сделав глубокий вдох, жмурюсь. Всегда любила травяной чай. Дома частенько пила.
Я только подношу кружку к губам, собираясь сделать щедрый глоток, как служанка бросается ко мне и вырывает из моих рук кружку, при этом расплескав немного лекарства на постель.
– Что… что ты делаешь? – удивленно спрашиваю у неё.
– Нельзя… нельзя пить, – дрожа, как лист на холодном ветру, отвечает она.
Глаза девушки наполняются слезами, а губы начинают дрожать.
А у меня наконец просыпается инстинкт самосохранения, и начинают работать временно отказавшие мозги.
– Что в кружке? – строго, стараясь не выказать своего страха, спрашиваю у нее. – Яд? – задаю еще один вопрос, не дождавшись ответа.
Служанка, беззвучно обливаясь слезами, кивает. Страх липкой пленкой обволакивает мое тело, мешает свободно дышать. Но мне все же удается не потерять контроль и спросить:
– Кто?
Один вопрос, но такой важный. Просто жизненно необходимый. Я должна знать, кто собирался меня отравить. Точнее, Ариеллу, роль которой не по своей воли сейчас играю я.
– Я не могу… он… угрожал мне… Сказал, что если я не напою вас этим зельем, то он… он… – не в силах говорить, девушка начинает открыто рыдать.
Несмотря на то, что она собиралась выполнить чей-то приказ и отравить меня, мне становится её жалко.
– Просто назови мне имя того, кто приказал тебе меня отравить. Я должна знать. Ведь только так я смогу защититься. Я не выдам тебя, обещаю.
– Ваш… ваш брат, – сквозь всхлипы произносит служанка.
