Утверждение Екатерины Дьяконовой... что 12 марта она видела в квартире Чеберяковой четырех лиц, находится в противоречии с показаниями Красовского и Выгранова, которым она говорила, что видела только трех лиц – Сингаевского, Рудзинского и Латышева, так и с показанием самой Дьяконовой, данным ею на дознании подполковнику Иванову, которому она, называя тех же трех лиц, о Лисунове не упоминала. Кроме того, по собранным на следствии сведениям, оказалось, что с {26} 28 февраля по 17 марта [1911 г.] Лисунов содержался под стражей...
Показание К. Дьяконовой
Ксения Дьяконова опровергла сделанную на нее Екатериной Дьяконовой ссылку, показав, что последняя никогда ей об убийстве Ющинского ничего не рассказывала и у них не было разговора о том, кто мог его убить. Равным образом и Елена Чернякова, вопреки утверждению Екатерины Дьяконовой, заявила, что никогда не было такого случая , чтобы она с Екатериной Дьяконовой ходила по приглашению Чеберяковой ночевать к последней и затем они ушли бы оттуда под влиянием страха... Она прекратила знакомство с Чеберяковой еще в 1910 году, так как между ними произошла ссора, и Чеберякова даже побила ее...
По удостоверению производившего розыски подполковника Иванова, он в течение около полугода, до подачи Бразулем-Брушковским упомянутого заявления, пользовался услугами Екатерины Дьяконовой для собирания сведений по данному делу, но никаких серьезных указаний от нее не получил, тогда как при допросе по заявлению Бразуля-Брушковского она дала "одно другого сенсационнее сведения"... Давая первоначально туманные и сбивчивые ответы на задаваемые ей вопросы, впоследствии она давала уже на те же вопросы ясные и определенные ответы, затрудняясь в то же время ответить таким же образом на новые вопросы... У подполковника Иванова сложилось впечатление, что ясность ответов появилась у нее извне, как результат того, что ее кто-то подучивал давать такие ответы...
{27} ...Обыск у В. Чеберяковой
В том же ноябре [1911 г.] околоточный надзиратель Кириченко, осмотрев квартиру, в которой жила в марте [1911 г.] Чеберякова, заметил на обоях пятна и помарки, похожие на кровяные. В целях проверки этого обстоятельства, а также сделанных Малицкой указаний относительно нахождения в выгребной яме пропитанных кровью тряпок, судебный следователь произвел... осмотр содержимого ямы и отделил для исследования... семь кусков обоев с подозрительными помарками. Окровавленных тряпок в яме обнаружено не было, и на обоях, по исследовании их, крови не оказалось. Точно так же, на ковре Чеберяковой, о котором упоминал в своем заявлении Бразуль-Брушковский, по тщательном химико-микроскопическом исследовании следов крови найдено не было...
Показания В. Чеберяк[овой]
...Чеберякова показала, что Бразуль-Брушковский, познакомившись с нею через посредство Выгранова, стал часто посещать ее, причем просил сообщить ему все, что она узнает об убийстве Ющинского... что она и исполняла... При разговорах, которые они вели, Бразуль-Брушковский и Выгранов изредка забрасывали вопрос, не согласилась ли бы она "взять на себя" убийство Ющинского, говоря, что она могла бы на этом "заработать". Она отвечала отказом. Однажды, после такого ответа с ее стороны, Бразуль сказал: "Ну, тогда будем продолжать, как уже начали, ахнем на Мифле" [22].
В то время у Бразуля был черновик заявления на имя прокурора с указанием на Мифле и других лиц как на убийц Ющинского. Ознакомив ее и Петрова с содержанием заявления, Бразуль предложил им подтвердить впоследствии это заявление, причем сказал, что она может "разукрашивать" свое показание, как ей угодно. Она и Петров согласились на это предложение, но Петров сказал, что ему придется потерять рабочий день. Бразуль ответил, что он заплатит и за тридцать дней и дал ему 50 рублей, а ей 25 рублей, после чего они отправились с Бразулем в камеру прокурора [23].
При допросе затем ее по этому {28} заявлению подполковником Ивановым она показала отчасти правду, но "многое прибавила", подтверждая изложенные в заявлении обстоятельства, часть которых являлась измышлением Бразуля и Выгранова. Кроме данных ей Бразулем 25 рублей, она получила впоследствии еще 30 рублей: от него лично 10 рублей и через Выгранова 20 рублей. Деньги даны ей были потому, что она нуждалась тогда в средствах.
Показания Петрова
По показанию Петрова, Бразуль-Брушковский и Выгранов говорили ему, что Ющинский убит не Бейлисом и что нужно принимать меры к освобождению его [Бейлиса], доказав, что Ющинского убили другие лица. По их словам, у них имелись проверенные сведения, что убийство совершено Мифле, Назаренком, Приходьком, Нежинским и еще каким-то неизвестным. Однажды Бразуль-Брушковский прочел ему и Чеберяковой заявление на имя прокурора, и как он, так и Выгранов, предложили ему и Чеберяковой удостоверить изложенные в заявлении факты, причем говорили ему, что при допросе нужно будет высказываться только в форме предположений. На замечание его, что вызовы для допросов лишают его заработка, Бразуль сказал, что он, Петров и Чеберякова будут награждены. Бразуль говорил, что уполномочен дать вознаграждение, но кем – не сказал. Они согласились и при допросе подтвердили заявление Бразуля-Брушковского. Вознаграждение он [Петров] получил в сумме 60 рублей... Кроме этих денег и полученных ранее от Выгранова 15 рублей... он неоднократно получал от Выгранова мелкими суммами по 3-5 рублей, также от имени Бразуля.
Объяснения Бразуля-Брушковского
...Он давал несколько раз Чеберяковой деньги, по ее просьбе, мелкими суммами от 2 до 5 рублей, зная, что она сильно нуждается. Деньги эти Чеберякова получала от него лично, через Выгранова же он никогда денег не давал. Что касается Петрова, то никакой материальной помощи ему не оказывал. Однако, вопреки такому утверждению, Выгранов показал, что он давал деньги мелкими суммами как Чеберяковой, так и Петрову, и делал это по поручению Бразуля.
Поездка в Харьков
...В декабре 1911 года Бразуль-Брушковский и Выгранов совершили с Чеберяковой поездку из Киева в Харьков для свидания ее с каким-то "важным господином"... Этим господином оказался живущий в Киеве присяжный поверенный Марголин, с января месяца 1912 года выступивший по делу Бейлиса в качестве его защитника...
По показанию Чеберяковой 5 декабря Бразуль предупредил ее, что на другой день предстоит поездка, куда – не сказал, для свидания с "важным господином", которого он назвал, насколько она помнит, членом Государственной Думы [кем Марголин никогда не был. – И.Г.]. Бразуль объяснил ей, что этому господину она может рассказать об увольнении ее мужа от должности и о других неприятностях, перенесенных ею в связи с делом Ющинского. [В августе 1911 г., когда В. Чеберякова была арестована, неожиданно заболели все трое ее детей, двое из которых скоропостижно скончались. – Ред.] Она согласилась и на другой день к ней пришли Выгранов и Перехрист [служащий редакции газеты "Киевская Мысль". – Ред.]... Только по пути к вокзалу Выгранов ей сказал, что они поедут в Харьков... В Харькове... они пришли... в богато обставленную гостиницу, и здесь в одном из номеров они застали какого-то господина, которому Бразуль представил ее. Этот господин... обратился к ней с просьбой оказать помощь по этому делу... предложил ей «взять на себя» убийство Ющинского, обещая ей за это «большие деньги». В это время из-за портьеры, скрывавшей двери в другую комнату, вышло три каких-то человека и один из них сказал, обращаясь к ней: «Ну что ж, Чеберякова, берите, тысяч сорок получите». Она отказалась. Тогда первый убеждал ее не бояться, говоря, {29} что ей дадут документ, с которым ее «днем с огнем не найдут», а в «случае чего», ее будут защищать самые лучшие защитники, и просил подумать. Они возвратились в свою гостиницу и здесь Бразуль продолжал убеждать ее согласиться... но она отказалась и на другой день уехала с Бразулем и Выграновым обратно в Киев. Расходов по поездке она никаких не несла, так как за нее платил Бразуль, который ей говорил, что поездка совершена за счет того господина... [который] имеет в своем распоряжении большие деньги от «общества» – какого – не объяснил, а сказал только «это наш круг», и добавил что он не имеет таких средств, чтобы разъезжать, возить других и производить розыски, а когда ему нужны деньги по делу, то их дает ему тот господин.
