Мир жесткого патриархата. Хоть самок там очень берегли и заботились о них. Но не о всех. Особенным уважением и любовью, пользовались выжившие после укуса супруга, и так же родившие больше одного ребенка. Укус был апофеозом, заключительной точкой в брачной церемонии.
Весело! Если исходить из того, что я должна стать именно женой, то у меня нет шансов на жизнь, ВООБЩЕ!
Мрачные мысли прервал ДОРГ, запрашивающий разрешение на вход младшего офицера Мэриота. Автоматически разрешила.
Дверь мягко ушла в стену. Вошел совсем молодой карианец, с почти молочной кожей и пепельно-русыми волосами. После пятисот лет кожа начнет приобретать все более серый оттенок, а волосы будут чернеть. Офицер, пожелав Благословенного космоса, быстро накрыл на стол и удалился.
А я снова углубилась в изучение кобрячьей цивилизации, надеясь найти лазейку, позволившую мне избежать смертельного укуса.
Из заторможенной задумчивости меня вырвал эмоциональный диалог врача с командором.
Ого! А я и не заметила, как они вошли.
— Я напрасно доверил вам заботу о детеныше! — выговаривал злющий доктор, — Она и так еще очень слаба, а вы не удосужились проследить за тем, чтобы ее накормили, лично!
— Она уже не просто детеныш, а еще и моя супруга! Поэтому, умерьте ваше возмущение. Я не подумал, что изучение наагатских обычаев и законов так повлияет на нее, что полностью лишит аппетита!
— Малышш, что тебя так расстроило? — вылизывая меня, и одновременно гладя по волосам, спросил заботливый Рич.
— От яда Наказующего нет противоядия! А брачный обряд обязательно завершается укусом. Я просто умру. Причем, будет очень больно! — пожаловалась я своему единственному другу и опекуну.
Настало молчание. Которое нарушил командор:
— Я, как твой муж, буду настаивать на неполном завершении брачной церемонии. И именно по этой причине. Пока Наказующий, или его представители, не объяснят мне, как завершить обряд, не подвергая твою жизнь опасности, никто тебя кусать не будет. Мир между нашими цивилизациями очень нужен всем. Поэтому наагаты вынуждены будут выполнить единственное категорическое требование.
— Спасибо, командор, — с чувством поблагодарил врач, — Не зря о вас говорят как о заботливом, хоть и строгом вожаке! Не переживай, детеныш. Наш командор не позволит играть твоей жизнью. А теперь идем за стол. Ты должна все съесть. — непреклонно распорядился Рич.
— А вы, разве не будете есть? — поинтересовалась я.
— Нет, илаи. Я поел в столовой с Ричем. Каюсь. Не подумал, что ты можешь так расстроиться, что откажешься от еды. Впредь буду следить, чтобы подобное не повторилось! — командор устало потер ладонями лицо…
Елки! Он, судя по всему очень устал, у него и так забот выше крыши, а тут еще я со своими капризами! Стыдись, Лера!
После того, как врач буквально напичкал меня едой, командор Алар отправил меня спать.
На подгибающихся ногах я ушла из гостиной. Сняла комбез, обувь, и прилегла на краешке огромной кровати, под невесомым, но теплым одеялом..
Вот, не буду я полностью раздеваться!
Во всяком случае, с первого раза!
Сама не заметила, как крепко заснула.
Разбудил меня мягкий голос ДОРГа, желающий «Мирного утра».
Сев на кровати, протерла глаза.
Ай! Я в «костюме Евы»! А где мои маечка и шорты?
Они нашлись в кресле, у кровати. Соседняя с моей, подушка была смята, но Алара нигде не было видно.
Тэкс… Это что же такое получается… Я так разоспалась, что не заметила, как он меня раздел, выспался, ушел!?
Ужас, как неловко!
Потом я вспомнила, что командор обещал сегодня прикупить мне вещи. Значит мы должны быть на орбите какой-нибудь планеты.
Ой! Как же хочется хоть глазком посмотреть на нее! Надо спросить у ДОРГа, где врач и Алар.
Не стала откладывать задуманное в долгий ящик. Быстро приняла душ, заплела косу, оделась и попросила ДОРГа соединить меня с командором. Что тот незамедлительно сделал. На экране появилось сосредоточенное лицо Алара:
— Что-то случилось, илаи?
— Нет, ничего не случилось. Я решилась побеспокоить вас потому, что вы собирались сегодня на какую-то планету за вещами. И хотела просить разрешения слетать туда с вами. Я ведь никогда не видела других планет. Можно? — под конец уже совсем неслышно попросила я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Командор помолчал, что-то обдумывая, и взвешивая все «за» и «против». Потом вынес решение:
— Хорошо. Ты летишь со мной. Рич тоже летит с нами, на всякий случай. А сейчас он принесет тебе завтрак. Поешь. И через два часа вылетаем.
Экран потух. Но я успела заметить осторожно-любопытные взгляды высших офицеров. Наше общение, похоже, для них в диковинку. Надеюсь, я не позорю своим поведением командора!?
У двери позвонили. Доктор Рич пришел кормить бестолкового детеныша. Разрешила войти.
Врач, поставив поднос на стол, обнюхал меня, потом поинтересовался:
— Как прошла ночь? Тебе не было страшно спать с командором? Если страшно, то я заберу тебя в медблок.
Успокоила заботливого друга:
— Нет. Не страшно. Я заснула раньше, чем он пришел. А когда проснулась, его уже не было.
Рич довольно улыбнулся:
— Молодец, командор! Нам с тобой, детеныш, очень повезло, что достался такой заботливый и ответственный муж. Надеюсь, он и дальше будет так же неназойливо приучать тебя к себе. А сейчас — завтрак! Потом пойдем в транспортный отсек. Будешь познавать новый мир!
Думаю, не надо говорить о том, что с завтраком я расправилась в рекордно короткий срок.
И попискивая при себя от любопытства и возбуждения, отправилась с Ричем в транспортный отсек.
Встречающиеся по пути члены экипажа огибали нас с доктором по широкой дуге. Впрочем, это не мешало им внимательно меня разглядывать. В транспортном отсеке, первое что мне бросилось в глаза, это десяток огромных мужчин, затянутых в черную кожаную (во всяком случае, очень похожую на кожаную) форму, с разными нашивками.
— Знакомься, детеныш. Это десятка твоего мужа. Они не дали тебе умереть там, на Земле. А сейчас они летят с нами, в качестве охраны. Магара, хоть и центральная планета торгового сектора, но на ней разрешено рабство. Я не хочу подвергать твою психику неприятными сценами, которые иногда происходят на ней, даже в районах для элитных туристов.
Я сделала шаг вперед:
— Добрый день. Спасибо за спасение. Я постараюсь не осложнять вам работу на планете. Буду вести себя как скажет командор.
Десятка, напрягшаяся, было при моем приближении, расслабилась, ребята заулыбались:
— Благословенного Космоса, илаи. — от лица всех бойцов, поздоровался со мной Старший. — Жаль, что ваш супруг, наш командир Корхал Фрад, так и не увидел, какую смелую, спокойную и доброжелательную жену ему подарили Звезды!
При воспоминании о муже, почему-то так стало его жалко, что на глаза навернулись слезы.
Врач мгновенно уловил это, и злобно шипя на Старшего, вылизывал меня, успокаивающе шепча, что все хорошо, что Корхал Фрад именно так и хотел бы завершить свою жизнь, что я ему подарила счастье Обретения, которого никогда не смогут обрести, многие сотни тысяч, ныне здравствующих карлианцев, что и у меня все хорошее еще будет, он в этом уверен.
— Что происходит?
Прервал доктора спокойный голос ир, Нолана.
В отсеке наступила гробовая тишина.
«Сейчас им всем влетит просто за то, что я тут сопли по небу размазываю,» — пришла мне в голову трезвая мысль.
Поэтому, шагнув к холодно-взбешенному командору, вцепилась руками в куртку, и утыкаясь лицом существенно ниже груди, пробормотала скороговоркой:
— Они тут не при чем! Это все я! Не знаю почему, но вдруг мне так горько стало, что Фрад погиб!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Тяжелые руки осторожно прижали меня к телу Алара:
— Тише, тише… Успокойся… Твой илаи был героем. И он заслужил, чтобы о нем вспоминали с любовью. Но плакать не надо. Ты, как его Обретенная, стала для него больше чем счастьем.
Я подняла к командору мокрое лицо:
— Правда?
