этот бас.
– Я об охраннике на двери.
– Там никого не было. Может, вы плохо платите охраннику, вот он и сбежал.
Седой поднялся, прошел мимо и подошел к косяку. Пока он водил по тому рукой, я ушла в спальню и перевернула коробку с вещами на кровать. Вряд ли я смогу этого дылду (пусть и худого) вытурить из своей комнаты. А вот меня не вытурит никто. Во-первых, это место комфорта. Если я окунусь в свое ближайшее зэковское будущее – я сойду с ума. Во-вторых, тут охранник. Даже если он воображаемый – это все равно больше, чем ничего. В-третьих, мне понравился этот мужчина. Цепкий взгляд, скупые фразы и жесткие черты лица напоминали помесь моего отца и брата. Я почувствовала себя защищенной. Вряд ли эти ощущения обоснованы, но погружаться в понимание своего одиночества совершенно не хотелось.
И тут меня взяли за плечи и потащили из комнаты. Я не сопротивлялась, хватка была крепкой, и новой боли не хотелось. Меня вывели за сломанную дверь. Когда седой меня отпустил, я тут же заскочила обратно. Мужчина задумался.
– Лучше подыщи себе другое место. Не магически, так физически вход в комнату перекрою.
И он поднял дверь. Легко. Я осмотрелась вокруг, трость осталась лежать на диване у окна. Зачем этот аксессуар вообще тогда ему? Дверь была установлена, и меня снова за плечи потянули к выходу. Достаточно аккуратно, я легко вырвалась. Мужчина закатил глаза.
– Эта комната моя. Полностью. Ты ошиблась дверью. Выбирай себе новое жилье и можешь забрать свои вещи.
Как благородно, «можешь забрать свои вещи». Я увидела, как выглянули из прилегающих комнат. Посмотрела на каменное лицо владельца голоса Тилля, потом налево – там торчали лица безносого и молодого мальчишки (они тут и несовершеннолетних загребают?), а справа два старика с бородой. Хм, а меня же буквально недавно посчитали, получается, любовницей этого седого.
– За что, любимый? Неужели я тебе успела так надоесть? – прокричала громко. На весь коридор.
– Да.
Вот никакого актерского таланта, так и стоит с постной рожей. Значит, получай.
– Но как же иначе? Мне же ты нужен, я понимаю, что седины, и тебе уже сложно. Но я не могла не попытаться, чтобы твое орудие все еще служило этому народу.
Меня затащили обратно, я только и успела крикнуть, подводя концерт к быстрому эпилогу:
– Так и знала, ссоры тебя заводят.
Установленная дверь захлопнулась.
– Тебе это не поможет.
Да уж, эффект от моего концерта достаточно слабый. Но я хотя бы по эту сторону двери. Только надо что-то срочно придумать.
– Если я помогу достать твою почтовую шкатулку, ты разрешишь? – Это единственная идея, которая мелькнула. Слабая, не оформившаяся. Не было ни решительности ее осуществлять, ни понимания до конца, что вообще предлагаю. Безумие. Но у меня не так уж много вариантов, верно?
– Мне не нужна помощь.
– Принесу сюда, сама. Прямо через час. – Мужчина скептически меня осмотрел. – Такую искрящуюся, с синими камнями, да?
А вот теперь в его глазах интерес, значит, угадала.
– Твой артефакт тебе не поможет. Он не активирован, – седой кивнул на браслет на моей руке. – Но ты как-то прошла мою магическую защиту, значит, действительно можешь справиться. У тебя тридцать минут.
Глава 4. Жулик, воруй
Я выбежала из комнаты и рванула по коридору. Почему-то поверила, что седой сдержит свое слово, и мне позволят остаться.
Заскочила в открытое хозяйственное помещение на немалом энтузиазме. На столе все так же лежали документы и шкатулка. Раздался шорох, и я залезла под стол. Прошедшие мимо желтые штаны подсказали мне, что краснолицый освободился от своих дел и пришел в свою вотчину «забытых вещей». Я тряслась от страха и мечтала о плаще-невидимке. Но наконец-то хозяйственник вышел и закрыл дверь. На ключ. Не поняла! Чего ж раньше-то не закрывал? Может, как и седой, прознал о возможности «физического преодоления» его магической защиты на двери?
Я взяла в руки красивую шкатулку, искрящуюся всеми оттенками голубого и желтого. Подергала ручку двери. Не открывается. Тут оказалась вовсе не одна, а множество комнат. В одной из них было окно. Открытое. Что за полагательство на магическую защиту у них такое? Будто бы обычных воров не бывает. Выглянула из окна, третий этаж. Так можно и шею сломать. Но ждать, когда хозяин помещения вернется, не хотелось. Тогда оправдается звание воровки, которое мне выдал тот любитель девичьих локтей. Да и срок в один год мне наверняка продлят. Слова ректора я помнила прекрасно. Значит, окно. Я поискала, куда засунуть шкатулку, нашла только какой-то старый кусок ткани. В него и завернула сокровище седого. И привязала к талии, чтобы не мешалось в руках, пока буду отсюда выбираться. Под окном увидела небольшой карниз. На него и ступили мои босые ноги.
Да, Снежка, такого приключения, опасного для жизни, у тебя еще не было. Неужели комфортная кровать стоит того? Хотя о чем речь? Конечно стоит. Ступала на носочках по узкой дорожке кирпичей, облитых уже знакомыми мне блестками. Держалась за раму. Далее была ровная стенка, и как пройти не упав, не представляю. Можно попробовать дотянуться до приоткрытой створки соседнего окна. Удалось! Да я просто мастер ловкости! Заглянула внутрь – там было какое-то помещение с партами. За одной из них сидела женщина, поэтому я постаралась тихонько, пока меня не заметили, прокрасться к следующему. И тоже открытому! Какое везение. Дотянуться до открытой створки не так уж сложно. Внутри было опять помещение с партами. И на меня ошарашенно смотрел новый знакомый. Тот, кто назвал воровкой. От моих активных телодвижений из тряпки на талии выглянул уголок шкатулки и рассыпал вокруг красивые блики. Туда и посмотрел знакомый качок. Он отвернулся и с кем-то заговорил. Боже, там еще кто-то есть! Пока меня не заметили другие лица сего заведения, полезла к следующему проему. Это окно оказалось от того же помещения, и я увидела спину хозяйственника, которого уводил из кабинета качок, оглядываясь на мою замершую в оконном проеме тушку. Чую, этот обвинитель вернется поговорить. А то еще и украденное заберет. Я побрела к следующему окну и услышала снизу удивленное:
– Снежная?
Не ожидала, что меня кто-то увидит, да еще и узнает. Мое имя ж только Дурак, Железный и ректор знают. Это я уже обдумывала, молча падая вниз с третьего этажа. Мне конец. Как минимум сломаю себе позвоночник. Но мое падение замедлилось, и я чувствительно приложилась о руки… седого. Вот это романтика, спас принцессу от падения
