Районы бедняков тоже сильно отличались друг от друга. Представители разных рас как правило предпочитали селиться поближе к своим собратьям. Это касалось в основном небогатых ремесленных и торговых кварталов. Там же, где царила большая бедность, переходящая в беспросветную нищету, лачуга спившегося тролля спокойно соседствовала с опустившимся эльфом или гномом, кующим железо в карманах зевак.
Кузену Кархи повезло и он жил во вполне приличном гоблинском квартале, населяемым ростовщиками, крупными торговцами травой, имеющими большие связи в Шаманате, разбогатевшими (вернее самыми вороватыми) бригадирами, руководящими на стройках своими собратьями, и кучей непонятных посредников, берущихся за плату налаживать связи между правильными гоблинами и серьезными фигурами других рас, которые контролировали многообразную теневую жизнь столицы.
Как выяснил по дороге Урр-Бах, кузен Тупая Башка был правым коленом у шамана, известного под именем Зеленый Дым. Эркалон сильно повлиял на переселившихся в него гоблинов, породив явление городских шаманов, которые непонятно откуда взялись и неизвестно у кого обучались. Тот факт, что ни один из них не владел шаманской магией, но имел крепкие связи со всеми мало-мальски темными личностями среди гоблинов, и зачастую контролировал какой-нибудь малозаконный бизнес, наводил на мысль, что эти шаманы мало чем отличаются от воровских королей у людей, больших кирок у гномов и ночных стрелков у эльфов. Орки называли таких «сильный клык», тролли же ограничивались тем, что проламывали дубинками черепа всем, кто пытался командовать в тролльих кварталах. Впрочем, троллей было немного по сравнению с другими пришельцами и взять с них зачастую можно было лишь шерсть со спины, разменяв ее на собственные ребра. Но и тут не обошлось без исключения: тролль по прозвищу Мохнатая Скала сумел подмять под себя с дюжину небольших пивоварень, добровольно возглавил гоблинский союз форточников, уговорил платить за защиту торговцев лошадьми на Малом Конном рынке и каким-то чудом (пятьдесят процентов отката) убедил столичный магистрат ежеквартально выделять деньги на уборку пяти кварталов, где он имел свои интересы. По слухам, хитрый тролль имел связи с начальником одной из городских тюрем, который регулярно выделял ему кандальников из мелкой шушеры, чтобы они раз в месяц ночью убирали горы мусора за сытный ужин и кувшин пива. В общем, Мохнатая Скала был исключением. Остальные его собратья старались жить по возможности честно и пить только неразбавленное пиво.
Но вернемся к кузену Кархи.
— Как понять правое колено? — озадаченно спросил Урр-Бах.
— Это значит большую часть дня он выполняет мелкие поручения Дымка, — ответил гоблин и тут же поправился, — шамана Зеленого Дыма я хотел сказать. Ты знаешь, кто такие шаманы в Эркалоне? Так вот, Зеленый Дым единственный, кто действительно больше шаман, как в Шаманате, а не как остальные.
— Как прочее ворье? — уточнил Урр-Бах.
— Можно и так сказать, — согласился Кархи, — ты только не называй их так с другими гоблинами, а то можешь заиметь неприятности. Шаманы обидчивы.
— Моим кулакам наплевать на их обиды, — равнодушно произнес тролль, — но обсуждать ваше ворье я не буду, если есть хорошее пиво, то найдутся более стоящие темы для разговора.
— Пива полно, клянусь ушами Саркушша, — поспешно сказал Кархи. — Кстати, мы пришли, видишь тот дом с крышей, поросшей травой? Это он.
Тролль внимательно осмотрел простенький одноэтажный дом за высоким деревянным частоколом и хмыкнул.
— Он похоже не богат, раз не может купить нормальный дом.
— У шамана много не заработаешь, да и кузен малость прижимист. Сейчас ты в этом убедишься сам.
— Кархи, гномье отродье, верни мой плащ, грязный ворюга! — завопил гоблин в залитой пивом темно-синей жилетке, едва парочка прошла в распахнутые настежь ворота и вошла в дом.
— Вот видишь, — многозначительно прошептал троллю Кархи и опасливо сделал шаг назад, чтобы оказаться позади Урр-Баха. Осторожность оказалась не лишней, к кузену присоединилось еще три гоблина, одежда одного из них была основательно вымазана соусом.
— Я всего лишь одолжил у вас одежду, и вы сами мне ее дали до вечера, чтобы я не выглядел как сын мусорки при приеме на работу, — крикнул разозленным родичам Кархи. — Тупая Башка, ты разве ничего не помнишь? Ты же сам сказал взять плащ и пообещал проставиться, если я найду сегодня работу.
Тупая Башка остановился возле Урр-Баха и попробовал припомнить утро. Судя по кислому выражению лица, попытка не удалась.
— Ты не врешь? — с подозрением поинтересовался он у Кархи.
— Я нашел работу, дубина! И вы остальные, неужели ничего не помните? Вы сами мне дали одежду. Кроме этой свиной хари. Неужели нельзя есть по гоблински? Это мой любимый соус.
Заляпанный мускулистый гоблин зашипел и угрожающе двинулся к Кархи, обходя тролля по широкой дуге.
— Эй, дружок, ты никак собрался обидеть моего напарника по работе? — ласково спросил тролль, уже давно сообразивший, что бесплатного угощения не бывает. — А может, ты еще вылил на пол и всё пиво? — Урр-Бах подпустил угрожающие нотки в свой бас
Свиная Харя, как прозвал про себя гоблина тролль, испуганно отступил назад и отрицательно закачал головой.
— Тогда живи, — Урр-Бах продемонстрировал зеленокожему дурачку великолепный набор зубов и обернулся к кузену Кархи, растерявшемуся от неожиданности.
— Тебя как зовут, дружище? Кархи мне сказал, что ты правая рука шамана. Высоко поднялся, молодец.
Тупая Башка расцвел от похвалы и принял решение.
— Я Рахшак, приятель. Для своих Тупая Башка, я не обижаюсь, ха-ха.
— Вообще-то он всего-навсего правое колено, — громко буркнул Свиная Харя, отодвигаясь еще дальше от тролля.
— Бурзук, а ты просто задница, до шаманской тебе далеко, как до неба, — тут же отозвался Рахшак. — И по-моему, ты у меня уже засиделся, два дня лезешь ко всем и портишь мне праздник.
Свиная Харя подскочил и начал ругаться по-гоблински, окончательно портя отношения с хозяином. Голодный тролль, который уже давно заждался ужина, решил в последний раз поработать вышибалой и, схватив орущего гоблина за шкирку, пинком отправил его через дверь во двор.
— Давно хотел сделать то же самое, все никак не решался, все-таки родственник, троюродный брат двоюродного дяди, — одобрил действия тролля Тупая Башка. — Идем, друг, отметим мой день рождения.
Гоблин повел Урр-Баха в большую комнату с огромным столом на всю комнату.
— Друзья, готовьтесь к ужину, к нам пришел лучший друг Кархи и самый умный тролль, которого я знаю. Это надо отметить, — воззвал Рахшак к гоблинам за столом.
В ответ раздался дружный стон.
— Рахшак, я не уйду отсюда живым, если проведу здесь еще одну ночь, — прокаркал престарелый гоблин в мятой цветастой рубахе.
— Дядя, сегодня мы должны отдать должное нашему уважаемому Зеленому Дыму, — проникновенно ответил Тупая Башка и столкнул на пол уснувшего за столом гоблина. Потом жестом пригласил Урр-Баха сесть на освободившуюся скамью. Тролль осторожно заерзал на низкой скамье. Она заскрипела, но выдержала его вес. Урр-Бах повеселел, оглядел заставленный едой стол и небрежно расстегнул пояс, приготовившись уважить неведомого Дымка.
— Дядя, ты же уважаешь моего хозяина? — между тем продолжил кузен Кархи.
Дядя вздрогнул, и со стоном сел прямо.
— Конечно, племянничек, шило тебе в зад, кто же не уважает нашего лучшего целителя в Эркалоне? Попробуй его не уважь, этого лучшего сына Великих Болот, говорят, сам Руза Процент боится не уважить. Ладно, иди, добивай старика, что там у тебя спрятано для меня, «Особый гоблинский» или «Третий глаз»?
— Кончай ныть, старый пень, — весело хохотнул Рахшак, ставя перед дядей запечатанный кувшин с гномьими рунами. Урр-Бах хоть и читал только на общем, но зрительной памятью обладал отменной.
— «Шепот штольни» — громко объявил тролль. — Отменное пойло двойной перегонки, если настоящее.
— Вот видишь, дядя, для тебя все самое лучшее, — Рахшак водрузил перед троллем точно такой же кувшин. Кархи слева от Урр-Баха начал снимать одежду, по опыту зная, что проснуться он может где угодно, а ведь завтра надо выглядеть прилично.
* * *
Утром тролль обнаружил себя у лестницы, ведущей на крышу. Рядом лежали трое гоблинов, среди которых Урр-Бах опознал и Кархи. Яркие лучи солнца, льющиеся через открытую дверь на чердак подействовали на тролля словно удар молота по колену и заставили взреветь:
— Кархи, мы опоздали на работу!
От рева Урр-Баха спящие гоблины повскакали, и очумело заозирались, ища источник грома. Увидев тролля, двое тут же рухнули на пол, а Кархи, с трудом разлепив глаза, икнул и спросил:
— Какая работа? Мы же теперь богаты как маги! За нашу травку платят золотом!
