«…Март 1917 года. Сталин возвращается в Петроград из долгой страшной ссылки, – пишет об этом времени Рыбас. – Вместе с ним в поезде его товарищи, которые через десять дней станут во главе самой радикальной революционной партии. Во время частых остановок они страстно выступают на митингах, и на их фоне он совсем незаметен. К тому же у него негромкий голос и сильный грузинский акцент. Нет, этот среднего роста, широкогрудый человек не похож на революционного вождя. Кажется, ему уже навсегда определено – быть рядом с яркими и талантливыми лидерами на вторых ролях… Одинокий, вдовый, бездомный, без профессии, 38 лет от роду – таков наш герой накануне великих потрясений».
Через четыре дня пути поезд оказался в столице, где бывших политзаключенных встретили восторженные толпы граждан новой, демократической России. Затем Сталин отправился к своим старым знакомым Аллилуевым, обитавшим в то время на окраине Петрограда. Его радостно встретили, засыпав вопросами, члены семьи, среди которых была и Надежда Аллилуева.
Петроградская штаб-квартира большевиков находилась по адресу Большая Дворянская улица, дом 2–4, в особняке бывшей императорской любимицы (и любовницы Николая II и великого князя Андрея Владимировича) балерины Матильды Кшесинской. Через несколько дней Кшесинская решилась вернуть свою незаконно захваченную большевиками собственность, для чего отправила официальное заявление на имя прокурора Петроградской судебной палаты, в котором требовала: «1) Принять меры к освобождению моего дома от посторонних лиц и дать мне возможность спокойно вернуться в него. 2) Начать расследование по делу о разграблении моего имущества в том же доме». Позже по поручению Кшесинской ее адвокат, присяжный поверенный Владимир Хесин, возбудил в суде гражданский иск о выселении из особняка всех большевистских организаций, причем в качестве одного из ответчиков по этому делу был назван «кандидат прав В. И. Ульянов (лит. псевдоним – Ленин)».
Но в начале марта в Петроград еще не вернулся ни Ленин, ни другие вожди большевиков – многие из них оставались за границей и испытывали трудности с возвращением на родину через территорию стран, с которыми Россия находилась в состоянии войны.
В состав ЦК партии, в то время находившегося в Петрограде, входили Вячеслав Молотов (Скрябин), Александр Шляпников и Петр Залуцкий. После того как Сталин добрался до Петрограда, как следует из сохранившихся архивных документов, состоялось заседание, на котором обсуждался вопрос о его включении в состав русского бюро ЦК. В результате была принята резолюция, в которой говорилось, что «относительно Сталина было доложено, что он состоял агентом ЦК в 1912 году и поэтому являлся бы желательным в составе Бюро ЦК, но ввиду его некоторых личных черт, присущих ему, Бюро ЦК высказалось в том смысле, чтобы пригласить его с совещательным голосом». Но Сталин уже в 1912 году был членом ЦК партии большевиков, поэтому наверняка болезненно самолюбивый Коба воспринял это решение как понижение его законного, заработанного революционными деяниями и ссылкой, статуса.
Работа в «Правде»
Но тут произошло событие, изменившее расстановку партийных сил, – 4 (17) марта 1917 года официально (ведь вторым пунктом программы Временного правительства была провозглашена свобода слова, печати, собраний и стачек) возобновился выпуск большевистской газеты «Правда», редактором которой стал В. М. Молотов. Тираж уже второго номера этого издания составлял сто тысяч экземпляров. Газета, де-факто не признававшая Временное правительство выразителем народных масс, считала необходимым провести избрание настоящего революционного правительства – естественно, с большевиками.
13 (26) марта В. М. Молотов, сославшись на свою молодость и недостаточный опыт, вышел из состава редколлегии «Правды». Вместо него членом редколлегии «Правды» и членом ЦК партии по решению бюро стал И. В. Сталин. Помимо этого он был избран и членом президиума бюро, то есть стал одним из высших партийных руководителей большевиков. Через день в той же самой «Правде» было напечатано извещение, в котором говорилось о назначении И. В. Сталина, М. К. Муранова и Л. Б. Каменева представителями ЦК в Исполнительном комитете Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов. Ленин, находившийся в то время в Швейцарии, не мог оперативно вмешиваться в проводимую Сталиным политику большевистской организации Петрограда (а де-факто – всей России).
Деятельность Сталина в течение этих нескольких дней подробно отражена в «Правде», одним из руководителей которой он тогда являлся. Так, на страницах газеты размещались материалы, написанные Сталиным, в которых тот говорил о необходимости ограниченного сотрудничества с Временным правительством, поскольку демократическая революция еще не завершена и Петроградский Совет, ведущий революционную деятельность, должен контролировать «нереволюционное» правительство, вынуждая его закреплять законодательно проводимые в стране революционные преобразования. По словам Сталина, «основная задача буржуазной революции сводится к тому, чтобы захватить власть и привести ее в соответствие с наличной буржуазной экономикой, тогда как основная задача пролетарской революции сводится к тому, чтобы, захватив власть, построить новую, социалистическую экономику». Лев Троцкий называл позицию Сталина в марте 1917 года (в тот момент достаточно реалистичную) «соглашательской». И только позже, после возвращения Ленина, Сталин изменил свою позицию по отношению к Временному правительству, присоединившись к мнению лидера партии, выступавшего за безусловное превращение «буржуазно-демократической» Февральской революции в пролетарскую социалистическую революцию, во главе которой должны стать большевики.
Возвращение Ленина из эмиграции
3 (16) апреля 1917 года в столицу прибыл В. И. Ленин. Он вернулся из эмиграции на Финляндский вокзал Петрограда, где ему и сопровождающим была устроена торжественная встреча. Через воюющую с Россией Германию Ленин и другие революционеры, сопровождавшие его, ехали в закрытом опломбированном вагоне, но все равно многие российские газеты и политические деятели обвиняли большевиков в сговоре с кайзером и использовании денег германского генштаба. Поэтому вернувшиеся раньше из ссылки большевики (Сталин, Каменев и другие) решили организовать Ленину не просто встречу, а большой митинг. Для этого использовали броневик, с которого и выступил вождь партии большевиков перед собравшимися.
Спустя девять лет в честь этого события был установлен памятник, а еще через четыре десятилетия на вокзале установили и тот самый паровоз H2—293, который вез состав с В. И. Лениным.
Но это было после, а за день до возвращения лидера большевиков Сталин поставил на голосование в ЦК партии предложение о начале переговоров с меньшевиками по выработке общей позиции по отношению к войне. Предложение после долгой дискуссии было принято, но переговоры из-за возвращения в Россию Ленина уже не состоялись…
Ленин осудил такую позицию. В его «Апрельских тезисах», которые он озвучил 4 (17) апреля 1917 года на собрании большевиков – участников Всероссийского совещания Советов РСД – в присутствии некоторых меньшевиков (впервые напечатаны 7 (20) апреля 1917 года в газете «Правда», № 26), говорилось: «Никакой поддержки Временному правительству, разъяснение полной лживости всех его обещаний, особенно относительно отказа от аннексий. Разоблачение вместо недопустимого, сеющего иллюзии, „требования“, чтобы это правительство, правительство капиталистов, перестало быть империалистским». Эти десять тезисов были одобрены после острой дискуссии на 7-й Всероссийской апрельской конференции РСДРП(б), проходившей 24–29 апреля (7—12 мая) 1917 года. Первоначально И. В. Сталин выступал против «Апрельских тезисов», так, на заседании бюро ЦК он заявил (что было зафиксировано в протоколе): «Схема, но нет фактов, а поэтому не удовлетворяет. Нет ответов о нациях мелких». Но уже к началу Апрельской конференции Сталин снова стал верным соратником Ленина и поддержал все его предложения.
Сторонник Ленина – революция должна продолжаться
Неудачная политическая деятельность Сталина в марте 1917 года практически не отразилась на его тогдашней карьере – он был переизбран на Апрельской конференции в ЦК, причем по числу поданных за него голосов занял третье место, пропустив вперед лишь Ленина и Зиновьева. Н. Крапченко в книге «Политическая биография Сталина» приводит следующее обоснование Ленина при выдвижении Сталина в состав ЦК, зафиксированное в протоколе конференции:
«Тов. Сталин (нелегально – Коба)
Ленин (за). Тов. Коба мы знаем очень много лет. Видали его в Кракове, где было наше бюро. Важна его деятельность на Кавказе. Хороший работник во всех ответственных работах.
