Читаем без скачивания Слава. Наследник - Евгений Щепетнов

У него появилась одна мысль. Слава поделился ею с Лерой. Та долго молчала, потом покачала головой и сказала, что это самоубийственно. Но, если он считает, что может получиться, – пусть пробует. Но только пусть знает, что оставить ее одну на чужой планете, без защиты и опоры – это скотство, свинство и подлость. И что она покончит с собой, бросившись с Шаргиона. А еще – Шаргион сойдет с ума и, может быть, умрет, если со Славой что-то случится. Стоит того это идиотическое решение?

– Ну почему идиотическое? – попытался защищаться Слава. – Посмотри, как элегантно получается: уничтожить платформы и – все! Или перенастроить их!

– Слав, будь разумным, не спеши! Представь: ты летишь на платформы, одетый в бронескафандр – что должен подумать сверхмозг планеты? ЗАЧЕМ к его, как ты говоришь, «рукам» летит металлизированный объект? Чтобы почистить броню от нападений метеоритов, так, что ли? Вряд ли. Скорее всего это боевая космическая торпеда. Значит, что надо? Уничтожить эту ракету! Из бластера не получается? Тогда есть гравитационный луч! Ты пойми: он Шаргиона посадил! Уж, наверное, у него достанет сил, чтобы поймать и хряснуть о планету такой мелкий объект, как безумный капитан Шаргиона!

– Ладно. Уела, – признал Слава, – не полечу я на платформы. Не оставлю вас тут, таких несчастных.

– Лера права, Слава. Ты это знаешь. Постарайся принимать более взвешенные решения, – мягко попросил Шаргион голосом Коса. – Мы от тебя зависим. Так что…

– И ты туда же! – рассердился Слава. – Да не полечу я на платформы, не полечу! Пошел спать. Обсуждайте без меня, какой я придурок! А я – отдыхать. Утром отправлюсь на разведку.

Он поднялся и быстрыми шагами пошел в каюту, где жил с Лерой.

Это было большое помещение, фантазией Славы и Леры превращенное в цветущий сад. Система обеспечения корабля, которая по желанию своих хозяев могла принимать любой вид, расцветку и вкус – стоило только мысленно представить искомый объект, – создала некую помесь будуара и пышного сада. Здоровенная прямоугольная кровать, застеленная белоснежными простынями, стояла посреди каюты, окруженная цветами и травами. Тут были все цветы, которые могли вспомнить путешественники. Они по-настоящему пахли, покачивали головками под легким ветерком и выглядели как самые что ни на есть натуральные. В углу журчал ручеек, переливался через камни, образуя небольшой водопад.

Одним из развлечений парочки было конструирование все новых и новых деталей их маленького мирка. Над головой темнело звездное небо, напоминавшее темный бархатный ковер, усыпанный серебряными гвоздиками, а в дальнем углу висела Луна, служившая чем-то вроде светильника.

Но сейчас Славе было не до красот, и вдыхать запах ночной фиалки, который ему нравился с детства, он не стал. С разбегу плюхнувшись на постель, закрыл глаза и постарался настроиться на завтрашнюю «прогулку».

В голову лезли сторонние мысли, и он никак не мог сосредоточиться. Вспоминалась Земля, почему-то школа, где он работал учителем литературы, затем корабль работорговцев, увезший его на Алусию, где из него сделали то, чем он являлся сейчас. Он вспоминал своих друзей, оставшихся на Алусии, Рой керкаров, приютивший их с Лерой, когда они спасались от преследования, и в его душе потеплело – все-таки хорошо, когда у тебя есть друзья. Он верил, что вернется назад, к ним. А как может быть иначе? Ведь по-другому будет несправедливо. Он столько пережил, столько вытерпел… Должны же испытания когда-то закончиться? Или – только со смертью?

Рядом легла Лера – он почувствовал, как она прижалась к нему упругим, желанным телом. Он повернулся к жене, обнял ее, она поцеловала его в губы… раз, другой, третий… а закончилось все так, как обычно. Через час. Их ласки были бурными, они как будто прощались – кто знает, когда увидятся в следующий раз. А потом как-то сразу уснули и спали без сновидений, расслабленные и спокойные.

Глава 2

– Будь осторожен! Может, надо было затемно вылететь? – Лера озабоченно смотрела в глаза мужа и держала его за руки, как будто боялась, что он исчезнет навсегда.

Слава сжал ее в объятиях так, что она слегка пискнула, и отошел в сторону – пора отрастить крылья.

Лера с любопытством смотрела за тем, как трансформируется его тело. Еще не привыкла. Впрочем, как и сам Слава. Не так давно они приобрели свойства метаморфов, чтобы воспринимать процесс выращивания крыльев как что-то обыденное и не стоящее внимания.

Процесс трансформирования занял несколько минут, довольно неприятных, хотя Слава и отключил у себя болевые ощущения. Сейчас его можно было резать на части, и он бы ничего не почувствовал. Однако организм все равно реагировал на перемены лихорадкой, поднятием температуры, так что у Славы темнело в глазах.

Наконец все закончилось, и он облегченно повел в воздухе огромными кожистыми крыльями. Все преобразование проходило в пределах массы тела человека, в пределах того материала, который он предоставил мозгу для превращения. Нельзя было изменять только мозг, все остальное довольно легко перекраивалось так, как было нужно хозяину.

– Демон! Ты самый настоящий демон! – восхищенно сказала Лера и погладила его по кожистому крылу, невзначай переходя на голое бедро. – Ты такой брутальный… такой самец! Уххх!

– Лер, отстань! – Слава хохотнул и смущенно убрал ее шаловливую руку, подкравшуюся к самому сокровенному. – Не до того сейчас. Вот прилечу…

– А может, попозже полетишь? – лукаво, с надеждой осведомилась Лера и снова попыталась совершить акт агрессии.

– Отстань! Я же не железный! – отбился Слава.

Встал на краю портала и взглянул с высоты на расстилающуюся внизу равнину. Отсюда было видно, где заканчивается плато Космодрома и начинается степь, покрытая желто-зеленой растительностью, а дальше, на горизонте, лес, навевающий воспоминания о планете амазонок.

– Все, милая, мне пора. – Он помахал рукой, прощаясь с женой, и, вздохнув, ухнул вниз, набирая скорость.

Пролетев метров пятьдесят, он распахнул крылья и вытянул длинный хвост, напоминавший драконий и имевший на конце что-то вроде громадного опахала. Крылья хлопнули, как развернувшийся парашют, остановили падение, но Славу тут же закрутило вокруг оси.

Летать – не такое уж простое действо, как можно подумать, особенно для бескрылого человека. Нет, вернее, так – для человека, бывшего бескрылым бо́льшую часть своей жизни.

Слава с трудом прекратил вращение, усиленно работая крыльями и хвостом, и перешел на планирование, оттягиваясь в сторону границ Космодрома.

Накануне они с Лерой обсуждали способы передвижения. То, что передвигаться надо именно по воздуху – в этом сомнений не было. Не пешкодралом же топать! В воздухе, по их общему мнению, существовала только одна опасность – попасть под удар мегабластеров платформ. Обитатели поверхности планеты ничего летунам сделать не могли. Ну, если, конечно, не спускаться на расстояние выстрела – пятьсот метров и ниже. За пятьсот метров мелкие лазеры могли лишь обжечь, не более того. Существовала опасность получить пулю из какого-нибудь мощного пистолета или ружья, но кому это надо – палить по летающим высоко в небе птицам? А с поверхности планеты Слава и должен был выглядеть большой птицей. По крайней мере, надеялся, что так оно и будет. Для видеодатчиков на платформах он тоже предстанет летающим существом, а не ракетой и не флаером – крылья они разглядят без проблем. Если же полететь, используя гравитационный луч, есть реальная опасность, что его примут за какой-то механизм. Само собой: ведь в природе ничто бескрылое не летает. Ну да, скорее всего он успел бы уклониться от смертоносного луча, но зачем метаться по миру, ускользая от удара? Для умного человека как-то несолидно.