- А зачем? - спросила Диан. Перри откашлялся.
- Гм, гм, для многих вещей.
- Да? А для каких? - не отставала от него Диан.
- Извини, но ты не поймешь, - сказал Перри.
- А как эта штука спустится вниз?
- Видишь большой канат? Он одним концом прикреплен к дну корзины, а другой конец проходит через барабан вон того ворота, который мы построили недавно. Как только человек захочет спуститься, мы крутим ворот - и шар на земле.
- Ну хорошо, только объясни мне, кому надо подниматься вверх. Воздуха у нас и тут достаточно.
- Ты меня удивляешь, Диан. Ты только подумай о том, сколько можно увидеть с такой высоты. Оттуда видно и Люрель-Аз, а в бинокль можно разглядеть и Амоз.
- А если Дэвид вдруг вернется, я смогу его разглядеть? - с внезапным интересом спросила Диан.
- Ты сможешь увидеть его корабли и его воинов, - ответил Перри.
- Ты меня уговорил, я поднимусь на твоем шаре, - сказала Диан, - найди и принеси свой би...бе..., как его там, ну тот, в который я смогу увидеть Дэвида. Я уже много раз спала, а от него все нет никаких известий - я волнуюсь.
- Я думаю, что нам лучше будет сначала испытать этот шар, тут он замялся. - Понимаешь ли, были случаи, когда мои изобретения с первого раза работали не совсем так, как надо было.
- Да, что-то припоминаю, - скрывая улыбку, сказала Диан.
- Сделаем вот как. Я положу в корзину мешок с землей, весящий вдвое больше тебя. После этого мы поднимем и опустим шар. Если все пройдет успешно, то я с чистой совестью посажу тебя в корзину.
- Я согласна, - сказала Диан, - и, пожалуйста, поторопись.
- Ты уверена, что не испугаешься высоты? - осторожно спросил Перри.
- Ты когда-нибудь видел, чтобы уроженка Сари чего-то боялась? - со смехом спросила Диан.
* * *
Годон решил вернуться на ту скалу, что возвышалась над селением Кали, и где он был заключен в одной из пещер. У него был план освобождения Дэвида, но все зависело от того, поместит ли Фаш Императора в ту же пещеру, что и остальных пленников.
О-аа он приказал спрятаться в ближайшем кустарнике и сказал:
- Ради своих братьев, сестер и теток - ни слова!
- Кто ты такой, чтобы приказывать мне молчать? - с возмущением спросила О-аа.
- Это не имеет значения, - сказал Годон, - и не грози опять своим братом это действует мне на нервы. Запомни одну простую вещь: если ты откроешь рот, то тебя услышат стражники и схватят. А если ты все-таки откроешь рот до моего возвращения, и тебя при этом никто не схватит, то я сам перережу тебе горло, когда вернусь. Усвоила?
- Ты дождешься, что мой брат...
- Заткнись! - прошипел Годон и со всей возможной осторожностью направился к вершине скалы.
Когда он почти достиг ее, то лег на живот и, извиваясь всем телом, пополз к обрыву. Подобно какому-нибудь индейцу внешнего мира, он сжимал в руках несколько веток кустарника, захваченных им для маскировки. Когда он оказался в непосредственной близости от обрыва, то выставил эти ветки перед собой и дюйм за дюймом начал двигаться вперед. Наконец, он смог разглядеть деревню. В этом положении он замер и стал ждать с бесконечным терпением первобытного человека.
Он думал о Дэвиде Иннесе, за которого с радостью отдал бы жизнь. Неожиданно перед его глазами встало лицо О-аа, и он улыбнулся. Девушка была отважна, а ему нравились смелые женщины. Кроме того, она была удивительно красива, и ее разговоры об этом ни в коей мере не умаляли ее природного обаяния. О-аа была, правда, слишком разговорчива, но болтливая красавица лучше молчаливой мегеры.
Годон думал о том, что О-аа очень привлекательна и с сожалением вспомнил, как она слишком явно дала ему понять, что он не нравится ей. Впрочем, ему были известны случаи, когда мужчины брали женщин в жены против их воли. Годон задумался. Конечно, это можно было бы сделать, но Дэвиду не нравился старый обычай, когда джентльмен, оглушив леди дубинкой, попросту тащит ее к себе в пещеру. Иннес издал закон, по которому мужчина мог взять себе женщину только с ее согласия.
Все эти мысли мелькали в его голове, сменяя одна другую, нисколько не отвлекая от наблюдения. Годон увидел, что воины Фаша со своими пленниками приближаются к селению. Впереди, высоко подняв голову, шел Дэвид, и не было заметно, что он подавлен или боится. Гордость за Императора переполнила сердце Годона.
У подножья скалы произошла небольшая задержка. Годон затаил дыхание - все теперь зависело от того, куда поведут пленников. Их разделили на две группы (всех было бы невозможно разместить в пещерах). Одну группу направили к лестнице, ведущей к верхнему ярусу пещер. В ней оказался и Дэвид. Годон облегченно вздохнул. Стражники обращались с Иннесом особенно жестоко: подталкивали копьями, награждали тычками и оскорблениями, но он, не обращая на это внимания, медленно карабкался наверх. Руки ему пришлось развязать, но воины зорко следили за тем, чтобы Дэвид находился на достаточном расстоянии от Фаша.
Годон радостно улыбался. Да, конечно, его план не относился к категории легко осуществимых: в нем было много "если". И все же Годон не терял надежды. Ночь могла бы здорово помочь ему, но Годон не знал, что такое ночь, и рассчитывал только на себя.
Он дождался, пока Дэвид скрылся в пещере, после чего осторожно покинул свой наблюдательный пункт и направился к О-аа. Он нашел ее спящей! Годон опустился рядом с ней на колени. О-аа была прекрасна; он засмотрелся на ее почти обнаженное тело, его взгляд заскользил по безукоризненным линиям ее фигуры. На мгновение Годон позабыл о Дэвиде Иннесе, о своем долге и об опасностях. Внезапно все его тело будто обожгло огнем и, схватив О-аа в объятия, он крепко поцеловал ее. О-аа проснулась и, высвободив руку, хлестнула Годона по лицу, а затем выхватила кинжал из ножен. Годон отпрянул, но на этот раз О-аа была быстрее него, и на его груди появилась кровавая отметина.
Годон неожиданно усмехнулся.
- Неплохо, неплохо, - сказал он, - я думаю, что мы с тобой поладим, когда ты станешь моей женой.
- Да я скорее выйду замуж за джалока, - в запальчивости крикнула О-аа.
- Ты будешь моей женой и будешь ею по своей воле, - повторил Годон, - а сейчас пойдем, поможешь мне.
V
- Ну как, ты все поняла? - спросил Годон несколькими минутами позже, когда объяснил О-аа свой план.
- У тебя кровь идет, - сказала О-аа.
- Пустяки, царапина.
- Давай я соберу листьев и остановлю ее.
- После, -сказал Годон с нетерпением. -Так ты все поняла?
- Ты сначала скажи, почему меня поцеловал? - кокетливо спросила О-аа. Потому что я такая красивая?
- Я поцеловал тебя, потому что ты О-аа. О-аа вздохнула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
