Язык межнационального общения в прибалтийских диаспорах, что характерно, русский. Литовцы, латыши и русскоязычные на новой родине проявляют друг к другу солидарность и взаимовыручку: качества, которые были вовсе несвойственны им на покинутом балтийском берегу, где десятилетиями продолжаются вялотекущие межэтнические дрязги. Возможно, потому, что в Великобритании и Ирландии нет правящих политиков – националистов, от результатов правления которых и бежали все эти люди. В отдельных случаях русский язык может стать важным карьерным подспорьем для устройства прибалта на хорошую работу в Лондоне, который за последнее десятилетие облюбовали богатые россияне (или не очень хорошую в плане перспектив, но все-таки более высокооплачиваемую: официанткой, обслуживающей русскоязычных посетителей, например).
Но все-таки главное подспорье – это английский язык (а если речь не о Великобритании, то еще и государственный язык страны пребывания).
Для своих детей мигранты стараются сделать местные языки родными. Притом, что государственные программы по интеграции поляков, прибалтов или болгар в британское, ирландское или норвежское общество не распространены, ассимиляция восточных европейцев происходит естественным путем: эмигранты сами стремятся отказаться от первоначальной идентичности и раствориться в местных обществах, став их органической частью. И добиваются в этом значительных результатов.
5. Истории эмигрантов: как «англотаджики» начинают все с нуля
В 2012 году британская The Guardian рассказала о банде, поставлявшей британским фермерам литовских рабов[10]. В Литве члены банды вербовали мужчин и женщин для прибыльной работы в Англии. Им обещали по 350 фунтов стерлингов в месяц за несложную сельскохозяйственную работу. После переезда в Англию литовцы оказывались в зависимости от своих нанимателей, которые находили для них подряды на крупных фермах. Литовцы работали по 17 часов в стуки, зачастую по ночам. Их постоянно перевозили с места на место, жили они в бараках и спали на матрасах с клопами и тараканами. Иногда им платили мало, а иногда не платили вообще ничего. «Охранники» избивали рабочих и требовали от них деньги. Переломы ребер и синяки были нормой, утверждают пожилые жители Литвы, которые смогли сбежать от своих «хозяев».
«Мы были одной из многих компаний, которая использовала литовских рабочих. Сейчас мы прекратили контакты с организацией, которая их нанимала. Мы не собираемся ничего комментировать до завершения расследования», – прокомментировали разразившийся скандал представители компании – поставщика сельскохозяйственной продукции Noble Food, использовавшей гастарбайтеров из Прибалтики. Рабский труд литовцев использовался на фермах, которые производят продукцию для супермаркетов Tesco и ресторанов McDonalds – их представители от комментариев также отказались. Скандальная английская карикатура того времени: голые человечки расфасованы по нескольку штук впритык друг к другу, подпись – «10 литовцев по цене одного».
Этот случай, разумеется, из ряда вон выходящий, однако и он иллюстрирует беспощадное отношение к прибалтийским мигрантам на рынках тяжелого физического труда «старой Европы».
В 2013 году эффект разорвавшейся бомбы произвела публикация воспоминаний вернувшегося в Латвию эмигранта Алексея Лукьяненко, с честностью и прямотой итальянского неореализма описавшего обычный трудовой путь латвийского гастарбайтера в Великобритании[11]. Пережив банкротство своего бизнеса во время кризиса 2008 года, Лукьяненко поехал работать в Шотландию на рыбоконсервном заводе.
«Холодильник. Ставка без контракта 6,05 фунтов в час, до налога. С контрактом 6,55. Это самая тяжелая работа на заводе. Погрузка и отправка готовой продукции. Туда идут наши, которым некуда деваться».
«Если ты заболел или травмировался – это твои проблемы. Литовец как-то сорвал спину, и врач сказал ему, что две недели надо лежать дома. Когда он сказал это на работе, его уволили, чтобы не оплачивать больничный, а после того, как поправился, взяли обратно. Из-за прерванного стажа он потерял все годовые бонусы.
…Светкиной дочке надо было делать операцию на глазах. У неё было врожденное косоглазие. На острове такие операции не делали, поэтому надо было лететь на материк. Государство оплатило всё. Самолет туда и обратно, такси до больницы и саму операцию. Ребёнок лежал в палате с регулируемой кроватью, огромным телевизором, компьютером, интернетом, игрушками, книжками, фруктами и йогуртами. Дочку кормили просто до отвала, а мама жила в специальной гостинице для родителей при больнице и там тоже всё было бесплатно.
…По сравнению с другими регионами, у нас здесь очень мало прибалтов. В основном поляки, ну и немножко других. А в Бостоне он увидел целое литовское поселение. Первое, что его удивило, это количество крепких лысых ребят в спортивных костюмах, с золотыми цепями на шеях, разъезжающих по району на БМВ. По его словам, его не оставляло ощущение, что он вернулся домой в Литву, где идешь по улице, и у тебя в любой момент могут отобрать деньги и мобильный телефон.
…На острове были бесплатные курсы английского языка. Государственная программа в колледже. Но это только в Шотландии. В Англии эти же курсы стоят 770 фунтов.
…Бывшая девчонка литовца, которая работала в гостинице, рассказала, что начальница англичанка жаловалась, что из-за прибалтов и поляков её сын после окончания школы не может найти работу уже 7 лет. Наши люди, ответила ей литовка, приезжают и находят работу в течение недели».
…Сестра моей подруги, у которой мы жили, как-то раз, во время очередной ругани со своим парнем, сказала: "Знала бы, чем всё кончится, никогда бы не села в твою новую БМВ в Риге. 'Подвез' меня гад до рыбного завода на острове". По-моему они до сих пор выплачивают кредит за эту машину. Хотя её давно забрал банк».
Картину эмигрантской жизни прекрасно дополняют комментарии к тексту Алексея Лукьяненко, размещенные на сайте freecity.lv:
Vit 08.04.2014 Прочитал, написано хорошо и правдиво, НО так живёт только 50 % приезжающих людей. Я тут уже 5 лет (живу в Эдинбурге) и плохо было, наверно, год или два, а дальше просто надо выбиваться в люди, и всё будет хорошо. Проблема в том, что без знания языка здесь действительно делать нечего. Учите английский, и будет Вам счастье!
Макс 01.02.2014 Тоже начинал с подобного! Только я как приехал 8 лет назад в Бостон, так тут и живу! Лет 5 по фабрикам, затем на полях капусту резали! А потом надоело и полез в инет объявления искать по профессии (сварщик)! Нашёл работу, уже второй год работаю! Еду на работу как на праздник!;) уже семья ребёнок, сваливать не собираюсь! И вам удачи!
Mick 01.12.2013 Я не буду отрицать написанного автором, так как многое описанное им – правда. Но увы – очень однобоко. Автор сталкивался по жизни в основном с низами общества и занимался не особо квалифицированной работой. Из-за этого практически сплошной негатив. Сам я приехал в Англию в 2006-м, начал с таких же условий, как автор, был безработным и т. п. Но немного везения и желание дали возможность что-то достигнуть. В этой стране эмигранту, если он не квалифицированный специалист – ловить в принципе нечего, это главное, что должны понять потенциальные «искатели счастья».
Sunya 21.08.2013 Верю всему, что здесь написано. Я когда приехала, тоже никому нужна не была. Мне пришлось работать без оформления нелегально и за маленькие деньги, притом, что я в совершенстве владею английским и у меня было их образование. После этого я смогла устроиться в другое место, где платили чуть побольше и уже спустя 5 лет я устроилась на канал Дискавери, где у меня была достойная легальная интересная работа с достойной оплатой.
Так что не все в жизни прибалтийских эмигрантов – сплошной фильм ужасов:
В их среде действует «железная» установка на то, что после первых тяжелых лет унижений, невыносимых жилищных условий и адского труда, социализация, хорошая работа и материальный достаток придут как результат.
Пишет профессор Балтийской международной академии (Рига), главный редактор и издатель делового журнала The Baltic course Ольга Павук: «В ожидании посадки в Рижском аэропорту разговорилась с попутчиком, который коротко рассказал свою историю. Три года назад 25-летний парень уехал из Риги в Англию на заработки по совету друзей, уже работавших на фабрике по расфасовке куриного мяса. До этого он работал в Риге у отца жены на малом предприятии по металлообработке. В кризис тесть разорился и вынужден был уехать в Россию к своим партнерам, но уже в качестве наемного работника. В Англию парень уехал один, но через три месяца туда же перебралась жена с маленькой дочкой. Поначалу они вместе работали на этой куриной фабрике, работа там оказалось для обоих шоком, особенно для жены. Молодые люди просто не знали, что такое – производство со строгим распорядком, а мясоперерабатывающее – тем более. Но через два года парень стал бригадиром, а жена родила второго младенца… И несмотря на очень скромный достаток, семья возвращаться в Латвию не собирается[12]».
