Читаем без скачивания Незаконный эмигрант - Александр Прозоров

Полицейский участок города Мэннинг, округ Дунн, штат Северная Дакота, 17 сентября 1993 года, 05:15

Больше всего повезло рядовым полицейским Джону и Малону, которые благополучно посапывали на улице за рулями полицейских машин, готовые по первой команде сорваться с места и мчаться, куда прикажут. Куда хуже пришлось полицейскому Еве, которая клевала носом за столом у телефона, отчаянно борясь со сном на виду у своего непосредственного начальника. Шериф Дуал Бессель прогуливался вдоль оружейного шкафа и время от времени поднимал голову на большие электронные часы.

Молдер и Скалли сидели на небольшом диванчике у стены и тоже тихонько похрапывали под недовольным взглядом начальника местной полиции. Но агенты Федерального Бюро не были его подчиненными, и Дуал Бессель терпел.

– Ева! Ты точно предупредила телефонную станцию? – уже в который раз переспросил он у дежурной.

– Да!!! – вскинув от неожиданности голову, излишне громко ответила девушка. – Предупредила, шериф. Днем предупредила, и еще вечером напомнила.

– Молодец.

Молдер, проснувшийся от громкого возгласа, встал, потянулся. Тряхнул головой, разгоняя остатки сна, подошел к входной двери и распахнул ее, сделал несколько глубоких вдохов прохладного воздуха. Снаружи остро пахло сосновым лесом, влажной травой. В ночной тиши переливчатый шелест ручья в недалеком ущелье казался столь громким, словно вода струилась у самых ног. В чистом небе висели, бодро подмигивая с недосягаемой высоты, яркие звезды.

– Скажите, шериф, – поинтересовался он, – а у вас тут часто появляются странные летающие объекты? Может быть, с ними бывают связаны какие-нибудь события или неожиданности? Над лесопилкой Вильсонов они в ту недобрую ночь не появлялись?

– Нет, агент Фокс Молдер, – подошел Бессель и остановился рядом. – Над городом и на юг, в стороне лесопилки, они не появляются никогда. Чаще всего над западными ущельями шастают, и в долине Андерсенов. Но те не жалуются. Привыкли.

– Вы когда-нибудь слышали, чтобы эти объекты совершали посадки в вашем округе? Может быть, встречались следы?

– Мо-олдер, – не открывая глаз, подала голос напарница. – Ты можешь сколько угодно гадать о тайных способах подключения к телефонным линиям, но только не надо переворачивать все с ног на голову. Конечно, я пока еще не знаю результатов микробиологического анализа, но уж поверь моему опыту: сперма, кровь и волоски оставлены человеком. Они ничем не отличаются от тысяч других образцов, которые я видела. Да и поведение преступника довольно банально. Обычный неудачник, который хочет добиться силой того, чего не способен получить иначе.

Женщина покачала головой из стороны в сторону, подняла веки и сладко зевнула.

– Мне просто любопытно, Скалли, только и всего.

– Я знаю, Молдер. Но ты бы лучше поинтересовался, у кого в здешнем городе есть компьютеры, на которых можно синтезировать речь и подключаться к сетям.

– Я думаю, у всех, мисс Дана, – ответил шериф. – Мы живем на отшибе, почти все занимаются сельским хозяйством и разведением скота. Нам без компьютеров никак. Министерство сельского хозяйства заявки на компенсации и пособия только через интернет принимает, комитет по лесным угодьям тоже через него разрешения выдает. И Академия в Бисмарке консультации по нему производит. Цены на бирже, запросы на скот и пушнину, погоду на ближайшие дни, страховые ставки, фьючерсы полугодовые и годовые, все только через компьютеры узнавать приходится. У нас ведь места глухие, по радио и телевизору для нас сводки не передают. А погоду в здешних горах знать нужно. После хороших дождей ручей, что под нами, быстро в реку превращается. Все, у кого дом на том берегу, по нескольку дней отрезанными остаются. Да и на шоссе в ливень лучше не соваться. Мистер Андерсен, слава Богу, еще четверть века назад компьютерный класс в школе поставил. Еще я застал, по клавишам не сильно стучать учился. Так что телефон и компьютер в каждом доме стоят. Даже магазин с деталями для них у нас есть, Алан Папп держит.

– Вы его видели вчера, шериф? – прищурилась Скалли. – Царапин у него на лице нет?

– Ну что вы, мисс Дана! Он ведь пожилой человек уже.

– Постойте, шериф, – вспомнил Молдер, – вы ведь говорили, что у мистера Андерсена телефона нет?

– Раньше не было, – поправил агента Бессель. – Сейчас есть, он внучке трубку купил. У него раньше, пока она росла, и компьютера не имелось. Ему это ни к чему, он человек богатый. Просто отдыхает на старости лет. Нравятся ему наши горы.

– Пойду-ка я, умоюсь, – поднялась Скалли. – Похоже, сегодня наш странный друг звонить не собирается. Посему не мешало бы поискать его иными способами. Например, вам, шериф, сперва стоит просто послать своих полицейских вдоль телефонной линии. Потом пусть поинтересуются у горожан, не видели ли они, чтобы рядом со столбами показывался незнакомый человек. Или просто тот, кому делать возле линии нечего. После этого все-таки проедутся по тем, кто подпадает под названные по телефону приметы. И будут немножко повнимательнее. У преступника есть особая примета: он почти наверняка исцарапан. Или облеплен медицинским пластырем. У нас есть анализы преступника, так что все сомнения сможем разрешить быстро и однозначно.

– Хорошо, мисс Дана, – кивнул шериф, усмехнулся, глядя на уткнувшуюся лбом в стол Еву, и добавил: – Только подождем еще пару часов. Пусть поспят детишки.

Тихий океан. 4 июля 1942 года, 08:30

Джордж Титс взглянул на указатель уровня топлива и понял, что время, отведенное для поиска японской эскадры, истекло. В баках пикировщиков оставалось ровно столько бензина, сколько необходимо для возвращения на родную палубу. Да и то, если не случится накладок вроде неожиданно подувшего встречного ветра или густой облачности. И он сделал последний поворот: на восток, к авианосцу.

– Вот и все ребята, – пробормотал он себе под нос, – сегодня вам повезло. Хотя, конечно, может, на «Хорнете» нас ждет новое донесение?

Впрочем, узнать, что скажут вернувшемся с неудачей пилотам, можно будет выяснить, только зацепившись гаком за посадочный трос, откатившись в сторону с посадочной полосы и выпрыгнув из кабины. А пока… Пока винты продолжали с мерным гулом рубить воздух, увлекая тяжелые машины все вперед и вперед, минута за минутой, миля за милей.

После поворота прошло примерно двадцать минут, когда капитан обратил внимание, что поверхность океана внизу стала странно белесой. Какие-то пятна пускали розовые отблески, покачивались на темных волнах видимые даже с высоты в милю ярко-белые бумажки, какие-то непонятные ошметки, разводы.

– Великий Боже… – пробормотал капитан. – Да ведь это кильватерный след!

Океан велик. Проплывшая по нему яхта оставляет не больше следов, чем придонная камбала, а большой пароход – не больше, чем маленькая черепаха. Но в составе японского флота шел не один, не десять, и даже не десятки огромных кораблей – адмирал Нагумо собрал под свою руку почти двести судов! И следы от этой армады не смог быстро поглотить даже бескрайний Тихий океан.

– Господи, ты что-то напутал, – вздохнул капитан, снова глядя на указатель топлива. – Зачем такой маленькой стране так много кораблей? Они не знают, куда девать все это добро, и теперь лезут с ним в наши бухты.

Он немного подумал и тряхнул головой:

– Придется этих парней немного проредить.

Бомбардировщик капитана покачал крыльями и вошел в правый вираж, одновременно снижаясь до уровня облаков. Если уж они так долго хранили радиомолчание, то глупо засвечиваться в чистом небе. Нужно подкрасться к узкоглазым незаметно. Так, чтобы те и понять не успели, откуда на них обрушится беспощадная смерть.

Шестнадцать «Донтлесов», обошедших вражескую эскадру по широкой дуге, наконец-то устремились к своей цели, сжигая ради этого в вечно голодных двигателях последние галлоны бензина, так необходимого для пути домой.

Лесопилка Вильсонов, округ Дунн, штат Северная Дакота, 17 сентября 1993 года, 09:50

Остановившись около крыльца двухэтажного дома, агенты Федерального Бюро подошли к двери, поперек которой была натянута бело-красная полиэтиленовая лента. Молдер подергал дверь.

– Заперто. Неужели шериф решил опечатать место преступления?

– Может быть… – Скалли отступила, подняла голову. – Кажется, окно спальни с другой стороны.

– Тогда пойдем туда, посмотрим.

За домом находился бассейн неправильной формы, напоминающей искривленную цифру «8». Правда, скорее всего, это было связано не с дизайнерскими изысками, а с каменистым грунтом. Строители выбрали землю и камни из естественной выемки, а скальный монолит трогать не стали, забетонировав его сверху и покрыв голубоватым кафелем. На перемычке, почти разделяющей два искусственных озерца, стоял небольшой тент, светильник на высокой ножке, два складных парусиновых кресла, лежала пара пустых бутылок из-под пива.