Читаем без скачивания Эвотон: начало - Андрей Крыжевский

Не на шутку поднявшийся ветер срывал с цветущих деревьев белые комочки и поднимал их высоко над землёй. Каждая часть плотно окутанного чёрно-синими тучами неба полыхала и подсвечивала всё находящееся под собой. Треск раскатов грома, идущий от разных уголков неба, мощно вибрировал во влажном воздухе.

Велфарий встал и направился к небольшому прозрачному куполу, который держался на пяти таких же прозрачных подпорках. Сам купол располагался на высоте около двух метров. Патриец спешно забежал прямо в центр строения и посмотрел по сторонам.

Бури на Патрии были не редкостью. Купола специально предназначались для укрытия от них. Всего в Кордисе их насчитывалось порядка тысячи в разных его частях. Поскольку близилась короткая патрийская ночь, Велфарий оказался единственным под этим строением.

Вдруг он заметил гнездо джезиса высоко на дереве рядом с куполом. Было видно, как оно слабо держалось между ветками в зелёной листве. Порывы сильного ветра обещали вот-вот скинуть его вниз, то и дело немного подбрасывая на месте. Через мгновение гнездо приподнялось и быстро спланировало прямо на край крыши купола. Послышался внушительный тупой стук о поверхность. Велфарий быстро устремился к краю купола и увидел, что гнездо удивительным образом не пострадало, а небольшие продольные выступы, идущие от центра строения к его краям, не позволили птичьему творению окончательно рухнуть на землю. Патриец бережно его снял и поставил возле себя. Внутри гнезда красовались пять аккуратно сложенных в кучку яиц.

Молнии, горизонтально разрезавшие собой небо на части, дополняли и без того впечатляющую картину шторма на Патрии. И вот, наконец, пошёл долгожданный дождь… Капля за каплей скатывались по поверхности купола. Каждая вновь прибывшая капля пыталась моментально продолжить свой путь. Она искала общий ручеёк, проложенный другими каплями. Отыскав такой, она непременно вливалась в него и помогала остальным преодолевать оставшийся путь. Таких ручейков было много… Столько же было и капель – их основателей. «Какая же выпала им честь… Догадываются ли они об этом?.. Приоритет общего дела на благо всех не сравним ни с каким благом одного. Именно так сказали бы они, если бы умели говорить». Тем временем дождь усилился настолько, что никаких строений вокруг уже не было видно вовсе.

– И таким образом связь с Милой потерялась вот уже как шесть суток.

– А почему тебе кажется, что на S24 должен непременно отправиться Велфарий?

Алмий внимательно посмотрел на Юву:

– Так, значит, Вел уже передал тебе содержание нашей беседы с ним в Институте?

– Да, он делал мне Вызов недавно. Ты мог заметить.

Алмий немного растерялся. Обстоятельства разговора складывались таким образом, что приходилось сразу переходить к главному в их беседе.

– Юва, скажи, пожалуйста, а помимо компьютерной версии Путей, храните ли вы их в старом добром бумажном виде? – лицо Алмия сделалось максимально напряжённым. Он понимал, что от её ответа будет зависеть многое…

– Да, конечно. Когда новорождённый патриец поступает к нам, мы обязательно создаём три экземпляра Пути: один – компьютерный, второй и третий – на бумаге. К счастью, много её не требуется для этого… Один такой бумажный экземпляр, как ты знаешь, остаётся у родителей новорождённого, а второй – у нас для архива, – Юва сделала небольшую паузу. – А разве у тебя не сохранился собственный?

– Конечно, сохранился, – немного рассеянно ответил удовлетворённый услышанным Алмий. Немного подумав, он продолжил: – Видишь ли, у меня есть невероятно важное для Вела предположение, но для его проверки мне необходимо просмотреть один Путь, который должен храниться в архиве вашего отдела…

– А что это за предположение? – впервые за весь разговор на лице Ювы гармонично соединились воедино серьёзность и сильное любопытство.

Алмий не спеша подошёл к Юве и прошептал ей в ухо четыре слова. Стакан с водой упал на пол и разбился…

Бури на Патрии были не только довольно частыми, но и быстрыми. Велфарий, упершись в центральную подпорку купола, расслабленно сидел на декорированном полу. Перед ним была открыта голограмма со сведениями о Миле, которые он внимательно просматривал. Одной из особенностей Милы было то, что ей никогда не удавалось по-настоящему подключиться к информационному полю. Никто не мог объяснить этот феномен, ведь каждый патриец вот уже несколько миллионов лет успешно контактировал со слоями поля и находящейся в них информацией. Мила не могла отчасти. Выборочность информации, которую она могла черпать, согласно представлению одних, являлась неслучайной, в то время как другие придерживались противоположного мнения. Со стороны поля была полная взаимность: сведения о значимых событиях из жизни Милы содержались в нём лишь частично. Таким образом, Велфарию в этой ситуации ничего не оставалось делать, кроме как использовать доступную информацию из поля. Правда, была ещё одна небольшая её часть – та, изучением которой он был сейчас занят. А именно: компьютерная информация, хранящаяся в вычислительных мощностях патрийцев, в том числе во всевозможных архивах.

Велфарий в первую очередь пытался найти хоть что-то, что могло бы связывать его с Милой. Хотя бы небольшую зацепку… Сейчас он не пытался понять отдалённые душевные связи, таинственно тяготившие его к девушке. Приоритетной информацией являлась возможная его причастность к этому инциденту. В частности, ему не была понятна логика Алмия по поводу связи пятидесятого уровня, рождения Вселенной в чёрной дыре их галактики и исчезновения Милы относительно его самого. Да и первые два факта не сильно согласовывались с остальными. На первый взгляд могло показаться, что поиск и спасение девушки являются не чем иным, как пустующей Точкой в его Пути, которая каким-то невероятным образом станет причиной и ключом в переходе на пятидесятый уровень и рождения новой Вселенной. «Звучит фантастически и слишком просто», – анализировал про себя Вел.

Валидий являлся одним из ведущих специалистов в отделе внепатрийных цивилизаций Центра космологии. Его огромный опыт, накопленный за несколько сотен лет, позволял ему и группе его коллег без особых усилий устанавливать первый контакт. Первым контактом являлось официальное установление связей с новой космической цивилизацией, проявляющейся в создании межцивилизационной комиссии. Маяком и причиной первых контактов служили искусственные спутники, вращающиеся вокруг планет с жизнью. Такие сателлиты специально создаются патрийцами, как только где-то обнаруживаются признаки высокоорганизованного сознания. Их функционирование происходит за счёт эвотонов, отчего срок службы растягивается на несколько сотен миллионов лет. Но большую часть времени они спят, пребывая в специальном энергоэкономном режиме ожидания. И если развитие наблюдаемой цивилизации становится достаточным для того, чтобы её представители смогли преодолеть планетарную гравитацию – такой спутник по-настоящему просыпается и сигналит патрийцам о пополнении космической семьи.

Валидий проводил сеанс связи с удалённой планетой K756. Особенностью этой планеты являлся ядовитый для патрийцев состав её атмосферы. Из-за этого обстоятельства контакты с её представителями приходилось осуществлять дистанционно: Валидий пребывал в особом состоянии максимальной сосредоточенности и концентрации, хотя со стороны могло показаться, что лежащий патриец отдыхает и находится в дрёме. Тело лежало совершенно неподвижно. Единственным признаком осуществляемого контакта являлся лишь глазной эффект. Как только начинался сеанс, радужная оболочка вокруг зрачка глаз наливалась ярким синим цветом. Со стороны могло показаться, что зрачок имеет собственную подсветку, так как на время приобретаемый цвет находился в динамичном состоянии и постоянно изменялся в области своего распространения от внутренней границы радужной оболочки к внешней.

В остальных случаях контактов патрийцы никогда не пользовались этой возможностью, предпочитая появляться непосредственно в своей телесной форме. С одной стороны, контакт глазного свечения требовал чрезвычайных физических, умственных и психических усилий, с другой – не отвечал свойственному всем патрийцам принципу рационализма.

Валидий закрыл глаза и несколько минут был неподвижен. Затем он снова открыл их: радужная оболочка имела привычный коричневый цвет. Привстав и немного посидев, он не переставал часто моргать глазами: после контакта глазного свечения требовалось некоторое время для восстановления нормального зрения. Наконец, он вышел из специально предназначенного для контактов кабинета и направился в свою лабораторию.

Зайдя в лифт и мысленно выделив на расположенной слева голограмме последний – пятый этаж здания-комплекса Института науки, Валидий вдруг почувствовал входящий Вызов своего коллеги.