Ликос был близок к цели, он стоял, уперев руки в бока и злобно сверкая, как молнией, адскими зрачками. Брови его были остры и суровы, сходясь на переносице под прямым углом. На широкоформатном, как в кино, экране чертились замысловатые характеристики преследуемого грузового корабля.
В зал управления крейсером широкими шагами вошел двухметровый верзила с дьявольски красивым и умным лицом. Он откинул алый плащ, прижав правую руку к солнечному сплетению на животе:
- Владыка! Недалеко граница Федерации. Трансгалакс в зоне протектората Ана-112. Нам его не захватить. Я приказал уничтожить трансгалакс. Затем совершим посадку на планете.
Сотон поднял свой пронизывающий взор и стал похож на ужасное неправдоподобное существо с козлиной бородкой, корявым носом и бездонными пустыми глазами.
- Все верно, Гекатей! - едко процедил, он, скаля зубы. - Но ты забываешь, что здесь приказываю Я!!
Ликос выдержал паузу, она зловеще повисла между ним и титаном, наполненная взаимной ненавистью. Они стояли молча, два бога тьмы, лицом к лицу, привыкшие лишь к повиновению и готовые задохнуться от испепеляющей их сердца жажды убийства. Из лифта вырос серо-зеленый карлик со вдавленным носом и заостренными ушами, на уровне живота узкой полоской высвечивала цветовая гамма, означавшая личный артикул. Подобострастно кланяясь, карлик доложил:
- Трансгалакс уничтожен. Нас преследуют корабли Геспериона.
- Идем на посадку! - приказал титан.
- Ты поплатишься, Гекатей, - с хладнокровием оракула произнес Ликос.
* * *
СИСТЕМА АСТОР-?.
ПЛАНЕТА АНА-112.
КОНЕЦ 3-й СТАДИИ.
ФИЗИЧЕСКИЙ ПЛАН.
Ана-112, более известная как планета Изгнания была по счету первой от звезды, но пригодной для биологической жизни. Сама звезда доживала последний период своего существования перед сжатием и представляла собой оранжево-красный гигант, ее тепла вполне хватало для поддержания умеренного климата, повсюду простирались зеленые поля и долины с причудливой растительностью.
Экипаж, состоявший из 2-х землян и 3-х уцелевших роботов, с трудом выбрался из трясины. С кораблем все было кончено: анское болото затянуло его разбитый остов, спасти удалось немногое, да и самого важного не было вместо кристалла связи завхоз бережно, как мадонна младенца, прижимал к груди заветную "четвертуху" зеленоватой жидкости.
Это была одна из планет-ловушек, умереть на ней - означало надолго застрять, будучи вовлеченным в ее эволюцию, навсегда забыть о Земле... У Михалыча сдали нервы:
- Куда мы летим... куда мы летим?!... - бубнил моряк. - Мы вообще...
куда-то летим?..
Но никто уже никуда не летел... Приходилось без устали ползти по шаткой трясине. Выбраться из болот удалось лишь к ночи... Утром напали аборигены. На Тайри с раскидистого дерева свалилось какое-то человекоподобное существо. Вся поляна была запружена туземцами, они имели мощное телосложение, большинство с дубинами и кремниевыми ножами. Излучатели роботов и Бесконечная бутылка Михалыча перекочевали в дрожащие руки дикарей, и пленников повели связаными. Лес тянулся и тянулся, шли долго, около пяти местных суток, которые были чуть короче земных. После утомительных подъемов делали привал, волосатые анцы разжигали костры, на которых жарили туши убитых животных. Дикари исполняли ритуальные танцы.
- Это не мы тебя убили! - в экстазе обращались охотники к забитому камнями вепрю. - Тебя убили люди другого племени! Ты - наш прародитель и мы бы не посмели!..
* * *
...Путь был не близок, джунгли сменились вначале саванной, затем дикой песчаной равниной, более всего напоминавшей дно высохшего моря. Пленники уже не были связаны, но бежать даже не пытались: все равно пришлось бы искать проводника. Странную новость сообщил Фарос, ему удалось прочесть мысли вождя племени.
Направлялись аборигены к своему богу, живущему высоко в горах, который еще задолго до падения дисколета явился во сне вождю, поведав о предстоящих событиях. Роботы уже освоили местный язык и могли общаться короткими звуками, жестами и подсознательно. Фарос уверял, что мог бы полностью взять под контроль мозг вождя, но мешал священный посох, украшенный пером какой-то диковинной птицы, с которым вождь не расставался ни на минуту. Только что перенесший очередную "белочку", артельщик Михалыч сдружился с шаманом - знахарем племени, два старых алкоголика поняли друг друга без слов. У шамана в бурдюке имелся изрядный запас крепкого зелья, чтобы разговаривать с духами, и они с Михалычем принялись "шаманить"
вместе... Действительно эта планета была населена всяческими джиннами, феями, сиренами и нимфами. То, что встречалось по пути, просто не поддавалось описанию. Иногда удивительные астральные образования вступали в контакт с "грубым" миром. На этой уединенной планете происходила настоящая "дарвиновская" эволюция, медлительная, но зато классическая. Дикарь древнего мира Аны, лишенный наслоений технократии и вмешательства посторонних цивилизаций, умел, как ребенок, по-своему видеть то, чего не дано другому. Он мог общаться с духами, слушал их советы, это был его сказочный мир. Завхоз Михалыч, однажды перебрав шаманской закваски, решил по пути искупаться в озере, где и был захвачен врасплох нахального вида русалками.
Того, что произошло дальше, хватило бы на отдельный рассказ. В конце концов, беднягу разыскали, с трудом отбив у похитительниц. Пустыня сменилась редколесьем высоких широколистных деревьев. Опавшая листва придавала этой дикой планете вид английского парка. Как-то несуразно выглядела здесь орава туземцев.
Неожиданной находкой на тропе оказался гладкий дискообразный летательный аппарат, металл его десятиметрового корпуса почти не пострадал за сотни лет, прошедшие со времени катастрофы. Холм, поросший кустарником, в который, по всей видимости, врезался дисколет, возвышал его над лесом, не давая мху и листьям поглотить корабль. Как выяснилось, туземцы специально сделали крюк, чтобы пройти через это место. Михалыч рвался совершить осмотр, вбив себе в голову, что внутри обязательно найдется какая-нибудь выпивка, но Фарос предостерег артельщика, что возможно, до сих пор действует система защиты, да и в любом случае это не так-то просто. Очевидно сжалившись над матросом, вождь, наконец, вернул тому Бесконечную бутылку. Радости Михалыча не было предела, и группа снова двинулась в путь. Туземцы прорубали дорогу сквозь заросли дикой кукурузы, а впереди уже сверкали острые пики высоченных гор. По словам одного из туземцев, дряхлого старичка, некоторые горы были из цельных драгоценных кристаллов до 50-и метров высотой. Каждой горой правил буйный дух, но все духи гор подчинялись Магатуме - богу Одиночества. У подножия хребта анцы остановились. Высоких деревьев здесь не было, лишь стебли лугового камыша обвисали под тяжестью ядовитых улиток. Ручьи, вытекавшие из расщелин пирамидальной горы, сливались в один ревущий водопад, с большой высоты разбивавшийся о скалы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
