— Не будем говорить пока о трагическом прошлом… Бедный мой мальчик! Его имя, кстати, означает «счастливый». Да, море отняло самое главное в жизни, однако, надеюсь, море и подарило нового сына! Вы так похожи на прекрасного юношу! Посему и мечтаю достойного человека наречь отеческим, богоданным именем чада!
— Но ведь ничего неизвестно о, дескать, «достойном человеке»!
— Не волнуйтесь, Нолт много видел на своем веку. И знает очень хорошо людей… Короче: никогда, ни в чем, да и нигде не ошибается.
— Спасибо, капитан! Получается, с сегодняшнего дня я стану называться Эдгар!
— Возможно, это имя принесет вам больше счастья, чем моему потерянному сыну.
— Благодарю, что обретаю заново себя. Сердцем чувствую, что становлюсь, как прежде, личностью! И более того — полноценным человеком, которому откроются все горизонты будущего…
…В тот же вечер старый морской волк сидел с помощником за бутылкою рома.
— Что вы думаете, дорогой Стейт, о нашем молодом госте? Сдается мне, парень он неглупый и из него вполне может выйти толк.
— К чему вы клоните, командор?
— Я уже довольно стар, слабею, зрение не то. Короче, нужен вскорости преемник… Мы свое пожили, а вьюнош полон сил и жажды впечатлений. Во всяком случае, поправится и будет именно таким. Из него бы вышел неплохой мореход, хозяин. А то, что гость был офицером корабля — в этом нет абсолютно никаких сомнений.
Вспоминаю, знаете ли, молодость. Хотелось авантюр и приключений — с каким азартом вел войны с пиратами. Наслаждался чудесными восходами, а на закатах наблюдал игры морских ужасных чудовищ!
Шрам на щеке оснейца слегка покраснел. Верный признак того, что помощник испытывал удовольствие.
— Да! Прекрасные были времена! Вот уже 20 лет хожу с вами по морям и ни разу Нолт не пожалел об этом!.. А что до Эдгара — задумка, вроде, неплохая. Новичок действительно очень похож на погибшего юношу. Однако поначалу нужно одобрение команды, нужно, чтобы люди приняли его, чтобы парень показал себя с лучшей стороны. А заслужить доверие и уважение ватаги, ой как непросто, капитан! Если этого не будет, то пиши, как говорят, пропало… Хозяин на «Оморно» должен обладать не только знаниями в морском ремесле, но и человеческими качествами, типа честности, целеустремленности, отваги, рассудительности.
— В ваших словах, Стейт, как всегда трезвая мысль. Причем, несмотря на то, что в доску пьяны! Оснейцы, кстати, почти поголовно такие…
— Но, командор. Добрый ром не мешает думать, а только обостряет мысль!
— Ах, верный мой товарищ! Пускай мы уже вечность знакомы, но друг нисколько не меняется!
— Как, впрочем, не меняется и Нолт! Единственная перемена — это то, что старый морской волк уже два дня, как… улыбается! С того времени, как буря поглотила сына, хмурый кэп напоминал команде мрачное Китайское море!
— Что правда, то правда. Судьба дарит хороший знак. Жизнь, снова обретает настоящий смысл! И, думается, этот смысл и состоит в дальнейшем продолжении семейного дела. И продолжить его должен обязательно не кто иной, не кто иной, как Эдгар. То есть, долгожданный человек, которого вернули милостивые наши боги Арседеи!
Шевченковский парк
Вернувшись после встречи домой, Евгений довольно скоро успокоился. «Хорошенькая девушка, но в принципе-то, ничего особенного. Нет, конечно, в этой Ниночке есть своя, очень необычная изюминка. Хотя, сие — еще не повод, чтоб на ровном месте вдруг потерять голову и безоглядно влюбиться! К тому же, дамочка весьма неопытна, юна и рано или поздно все равно отдаст предпочтение желторотому ровеснику. То есть, несомненно, мне необходима женщина постарше, определившаяся в жизни. Ибо нужно создавать семью, растить детей, а не крутить романы с малолетними студентками!..».
Но доводы рассудка оказались для Малену, к сожалению, излишними. Прелесть Нины в том и состояла, что девчонка, как казалось, представляла нечто светлое, нетронутое, непорочное и чистое. Ее трогательная скромность и стыдливость, появление румянца на щеках, нежный лепет и наивность не могли оставить равнодушным черновицкого романтика. То есть человека, которому претило все постыдное и грубое, развратное и низкое, что обычно он лицезрел у «жалких профурсеток» в своем родном «мегаполисе».
Странноватый наш герой являл собою категорию людей, называемую в психологии (психиатрии) гиперэстетическими личностями. Парня привлекало все прекрасное, изящное и утонченное: в музыке ли, отношениях людей, женской привлекательности, природе либо там архитектуре. И, наоборот, «эстет» болезненно воспринимал все то, что абсолютно и никак не вписывалось в рамки идеала. Некоторая меланхолия и грусть очень часто посещали этого «светло страдающего» человека. И вместе с тем, сверхпунктуальность, щепетильность и придирчивость не позволяли Жене (да и окружающим его), спокойно и счастливо жить…
Так вот. Долго, нашему мечтателю, уговаривать себя не пришлось. В тот же вечер набрал по мобильному телефону номер понравившейся барышни. И проговорил с нею ни много, ни мало, но добрых 25 минут. В течение же следующих дней из экономии отправлял уже SMS-ки со стихами, небольшими комплиментами и прочей словесной чепухой. Польщенная «леди», разумеется, скромно отвечала на эти знаки внимания и, вероятно, ждала продолжения начавшихся отношений.
И нетерпеливый Малену, увы, не заставил себя долго ждать. Через несколько дней он приглашает мадемуазель посетить свой излюбленный Шевченковский парк. Благо, что погоды стояли ну просто изумительные, посему и юному созданию неплохо было бы проветриться после душных лекций в университете имени Федьковича…
Но не стоит, наверное, иронизировать по поводу интеллигентской сущности уже влюбленного Евгения. Вполне понятно, что отношение его к «прекрасной даме» было, в общем-то, вполне серьезным. Встретились друзья уже под вечер, как всегда — у входа в заведение. По тенистому парку за чугунною решеткой бродили праздно отдыхающие. Парк располагался в старом городе, в обрамлении немноголюдных, живописных улиц. Кстати, Нина приоделась в розовое выходное платье с «крыльями». Ну, а кавалер был сызнова в классическом костюме с белоснежною сорочкой.
Что и говорить, оба «контактера» ждали этой встречи с радостной тревогой. Да, радость и восторг, иначе не назвать, охватили разом «молодого Вертера»! Пассия его, однако, была вынуждена проявлять, что понятно, сдержанность. (То бишь, неиспорченная девушка, конечно, и… «загадочная» девушка). Хотя улыбка на курносом личике все же выдавала скромно искренность переживаемого чувства.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
