История фантастическая. Однако она заставляет вспомнить историю, которую под гипнозом рассказали Барни и Бэтти Хилл, – историю об их похищении в Нью-Гэмпшире. В рассказе было такое же описание странного языка существ, чья внешность была почти человеческой, и было то же невероятное чувство доверия к ним. Не было ни малейшего впечатления, что событие имело определенную цель или что это была заранее четко спланированная и подготовленная акция. Для психологов было чрезвычайно интересно констатировать, что эти существа могли так же быстро исчезнуть и что их внешность противоречила законам логики и физики (все это словно отблеск воображения, чудовища из наших кошмаров и колдуны из нашего детства). Со слов наблюдателей, которые были в абсолютно здравом уме и полностью отдавали себе отчет в том, что видели, неведомые корабли оставляли отчетливые глубокие следы на поверхности земли.
Что все это означает? Каким образом можно согласовать эти иногда противоречивые факты? Некоторые более «традиционные умы» пускаются на поиски «классических» толкований. «Правильно ли то, что мы стремимся отыскать в поведении „высшей расы“ логику в соответствии с нашим разумом и его уровнем развития?» – спрашивают они. Не было бы для нас более правильным находить в их поведении просто непоследовательные и беспорядочные действия, подобные тем, которые сделала бы собака, очутившись вдруг перед математическими формулами, написанными на доске? Если все эти существа реальны, то понять значение их появления на нашей планете мы сможем только тогда, когда в нашем видении мира появятся новые концепции. И если в действительности вышестоящая раса порождает то, что мы называем сегодня феноменом НЛО, не делается ли это в целях изменения судьбы человечества и чтобы подчеркнуть нашу ограниченность в области техники и также ограниченность разума?
Эта теория принадлежит французскому писателю и ученому Эме Мишелю и встречается во многих его книгах и статьях. Может быть, из всех известных на сегодняшний день теорий она завораживает нас больше всех. Однако она не отвечает на вопросы, относящиеся к природе этих объектов.
Дети неизвестности – если они в реальности не существуют, не должны ли мы рассматривать все, что вызвало эту шумиху, как знак того, что все-таки некоторые вещи в человеческом воображении изменились, и новый день освещает небеса неизвестные до этого дня «коллективному сознанию»? Может быть, они всего лишь плод нашего воображения, и наша к ним любовь есть не что иное, как любовь, испытываемая нами, например, к Бэтмену или к Золушке. Но они могут быть реальными… Ведь современная наука управляет лишь ограниченным миром, одной из малых частиц бесконечности.
В любом случае, важно понять, каким реалиям отвечают эти события и почему это новое знакомое одновременно так воодушевляюще и так озадачивающе в том, что касается нас самих. Это и является темой данной книги.
ГЛАВА 2. ЧЕСТНЫЕ ЛЮДИ
Это был обычный день в лаборатории пищевых и фармацевтических продуктов Министерства здравоохранения, образования и культуры США, когда Служба аэронавтики прислала запрос на проведение анализа кусочка пирожка, который был изготовлен на борту «летающей тарелки»! Человек, добывший этот кусочек, 60-летний фермер, Джо Симонтон, живший в одиночестве в маленьком домике в окрестностях Игл-Ривер (шт. Висконсин). Ему дали три маленьких пирожка, один из которых он съел и подумал, что «это был вкус картона». Служба аэронавтики дала более научное заключение:
«Пирожок был смесью жидкого водорода, крахмала, гречишной шелухи, шелухи семечек, сои и отрубей. Графики бактериальных и радиационных исследований этой материи не превысили нормы. Были проведены химические тесты материи с использованием инфракрасных лучей и другие опыты разрушающего характера. Лаборатория сделала заключение, что материя извлечена из обычного пирожка земного происхождения».
Так откуда же он появился? Во что больше верить – это решать уже самому читателю, когда он прочитает эту главу. Она начинается с происшествия на Игл-Ривер, потому что этот рассказ – прямой отчет абсолютно искреннего человека.
Выступая от имени Американской службы аэронавтики (U.S. Air Force), доктор Дж. Аллен Хайнек. который вел следствие по этому делу вместе с майором Робертом Фриендом и одним из офицеров воздушной базы Сейвьера, заявил: «Нельзя сомневаться в том, что ощущение мистера Симонтона, будто он стал объектом грандиозного эксперимента, вполне обосновано».
Было около 11 часов утра 18 апреля 1961 г., когда внимание Джо Симонтопа было привлечено странным шумом, похожим на шум «подкованных шин на мокрой мостовой». Он вышел во двор и увидел серебристый, «блестящий сильнее хрома» предмет в форме блюдца, который парил почти на одном уровне с землей, но не касался ее. Предмет был около 12 футов в высоту и 30 футов в диаметре. Где-то на высоте 5 футов от земли открылся люк, и Симонтон увидел в аппарате трех людей. Один из них был в черном костюме из двух частей. Рост пилотов был около 5 футов.
При ближайшем рассмотрении оказалось, что «они были похожи на итальянцев». Волосы их были черными, кожа смуглой; рубашки контрастировали с воротниками сизого цвета, а их шлемы были не чем иным, как вязанными шерстяными колпаками.
Один из людей поднял горшок, сделанный, по всей видимости, из того же материала, что и сама «летающая тарелка». Его жест, без всякого сомнения, показывал Симонтону, что они нуждаются в воде. Симонтон взял горшок, вернулся в дом и наполнил его. В свою очередь, он увидел как один из людей в «летающей тарелке» был занят тем, что «выпекал какую-то пищу на своего рода гриле без огня». Внутренности аппарата были черными, как «необработанное железо». Симонтон, рассматривавший многочисленные панели, предназначенные для каких-то инструментов, услышал длинный завывающий звук, похожий на гудение генератора. Когда он сделал жест, означающий, что он заинтересовался приготавливаемой пищей, один из людей, одетый в черное, в брюках с красными узкими галунами, протянул ему три маленьких пирожка около 3 дюймов (1 дюйм = 2,5 см) в диаметре, в которых были проколоты маленькие дырочки.
Все это длилось приблизительно 5 минут. Наконец человек, который был к свидетелю ближе всех, присоединил что-то вроде ремня к какому-то крючку на своей одежде и закрыл люк таким образом, что Симонтон едва мог рассмотреть его форму. Затем аппарат поднялся над землей футов на 20 и направился прямо на юг, вызвав такой шквал ветра, что растущие поблизости пихты согнулись под его напором.
Очевидец вспоминает, что на борту летающей тарелки имелись выхлопные трубы 6–7 дюймов в диаметре. Люк был около 6 футов в высоту и 3 в ширину. И хотя на протяжении рассказа аппарат назывался «летающей тарелкой», он имел форму двух соединенных ободками мисок.
Когда двое людей, посланных шерифом Шредером, знавшим Симоптона в течение 14 лет, прибыли па место происшествия, они не обнаружили никакой реальности этого рассказа. Шериф подтвердил, что очевидец убежден в правоте своих слов и рассказывает о происшествии как здравомыслящий человек.
П ища из страны фей
Случай на Игл-Ривер так никогда и не был объяснен. Следователь Службы аэронавтики считает, что Симонтон, который жил один, внезапно начал галлюцинировать, находясь в состоянии бодрствования, и его галлюцинации включились в цепь событий, происходивших рядом с ним, которые он осознавал. Я слышал, что многие психологи Дейтона (Огайо) остались полностью удовлетворенными этим объяснением, а вместе с ними – и наиболее серьезные «уфологи»-любители.
Увы! Уфология, как и психология, стала полем настолько узкой специализации, что у экспертов нет времени на поддержание более или менее приемлемого уровня своих основных занятий. Они настолько заняты рационализацией мечтаний других людей, что уже не мечтают и не читают сказок о феях.
Если бы они делали это, то, скорее всего, поверили бы в происшедшее с Джо Симонтоном и в его пирожки; они знали бы, что такое «дворянство» и пища страны фей.
В 1909 г. американец Вентц, который создал тезисы о кельтских традициях Бретани, посвятил много времени сбору народных рассказов на тему сверхъестественных существ, их привычек, контактов с людьми и их пищи (Вальтер Ивелинг Эванс Вентц, The Fairy Faith in Celtic Countries, its Psychological Origin and Nature (Oberthur, Rennes 1909).
В своей книге он изучает историю ирландца Пэта Финея, о котором мы знаем только то, что он «хорошо себя чувствовал в тяжелые времена». Может быть, речь здесь идет о голоде 1846 и 1847 гг. Однажды к нему пришла маленькая женщина и попросила овсяной крупы.
«У Пэдди было ее так мало, что ему было стыдно дарить ее этой женщине. Он подарил бы ей вместо крупы картофель, но женщина хотела овес, и он отдал ей все, что у него было. Она попросила спрятать его в ларь до своего возвращения и Пэдди подчинился ей. А на следующее утро ларь был полон овса. Женщина была из дворянства».
