Я вспомнила разговор с колдуном в Алма-Ате. Колдуном его прозывали люди, которым он помогал избавляться от болезней.
Я давно слышала о нем и перед отъездом в Москву и в экспедицию решила попытаться попасть к нему. Зачем мне это было нужно, я не знаю, но уже на следующий день я была у него.
Колдун принимал пациентов не дома, а на окраине города, в определенном месте, под раскидистым деревом. Еще издали увидела очередь страждущих. Решила подождать в сторонке… Однако старик-колдун, сидевший в расшитом халате, по-восточному скрестив ноги, на коврике, сам обратил на меня внимание.
Я ловила на себе его мимолетные и какие-то пронзающие взгляды.
Глаза у него были слегка прищурены…
Очередь между тем таяла, и, когда отошел последний больной, старик, не торопясь, поднялся и направился к своей машине, стоявшей неподалеку.
Я двинулась за ним и, будто так и было задумано, неожиданно для себя уселась незваной-непрошеной на заднее сиденье «жигулей».
Я не рассчитывала на долгий разговор, мне просто хотелось узнать насчет предстоящей экспедиции.
Едва захлопнув дверцу, я сказала:
— Намечается экспедиция на Камчатку… Мне хотелось выяснить что-нибудь насчет нее.
Лицо старика стало серьезным, озабоченным, он испытующе взглянул на меня и произнес:
— Экспедиция ваша состоится, только… ты потом долго не проживешь, жизненный путь твой будет укорочен, — он вздохнул и уже тише добавил: — Может, лет десять и проживешь…
Из дневника Вии
М-ский треугольник… Что же так властно влечет нас в предгорья Урала? Что заставляет весь год разглядывать календарь и прикидывать возможные сроки поездки? Что же гонит нас в эти дикие места?.. Одни желают ни больше ни меньше, как «прокатиться на тарелке», цель других — «во всем убедиться лично», третьи мечтают вывести на чистую воду всех побывавших здесь журналистов…
Некоторые «стеснительные» прикрываются невнятной фразой:
«Так… Интересно». Кто-то, проплывая на байдарке, надолго застревает здесь, есть и такие, кто приезжает сюда всего лишь на пару дней.
Здесь мелькают одни и те же лица, здесь заводят друзей, проверяют их на верность идее, встречаются и разъезжаются с надеждой вернуться сюда еще и еще раз.
М-ский треугольник — большая коммунальная квартира, в которой все знают друг друга. Здесь нет чужих, все свои — кришнаиты и экстрасенсы, простые смертные и напускающие на себя важность научные сотрудники и даже представители военных организаций. Всех объединяет одно — идея, тайна, которой они преданно служат и которую непременно хотят разгадать. Их объединяет желание убедиться.
— ДА, ЭТО ЕСТЬ, ЭТО НЕ ИСЧЕЗАЕТ, ЭТО С НАМИ ВСЕГДА.
Горячая мечта о встрече, желание увидеть ИХ — незнакомых, таинственных. Желание одолеть свой собственный страх перед неизвестным — вот что объединяет земных «пришельцев» в М-ском треугольнике.
… — Это вы собираетесь в экспедицию на Камчатку?
Виктор, сняв закипевший чайник с костра, поднял голову. Перед ним стояли два парня. Один из них — бородатый, спокойный, с проницательными и добрыми глазами. Благообразный, как невольно решил про себя Виктор. Другой — ростом пониже, худощавый, с бледным лицом, отрешенным взглядом.
— Присаживайтесь, — сказал подошедший Субботин, указав на чурбак и бросая рядом с костром охапку хвороста.
— Кто вам сказал, что мы на Камчатку собираемся?
— Информация рассеяна в воздухе, — пожал плечами бородач, — надо только уметь считывать ее. Меня зовут Николай, моего товарища — Владимир.
— Тезка, значит, — кивнул Субботин, — а это Виктор…
— Так вот, — продолжил Николай. — Мы «просмотрели» вашу экспедицию от начала до конца. Она несомненно состоится, да только участвовать в ней будут далеко не те люди, которых вы наметили. Зато результаты окажутся неожиданными. Вот ему, — он взглянул на Субботина, — позволят фотографировать то, что еще никому не удавалось. Кстати, мы видели и изданную книгу о вашей экспедиции, — Николай вопросительно посмотрел на Виктора. — Не думали об этом?
— Как раз наоборот, — Виктор почему-то напрягся, — и книгу думаем издать по результатам экспедиции, и фильм снять…
— Фильма не будет. Вроде бы… — покачал головой его товарищ. — Только фотоснимки. А книга выйдет, точно…
Виктор выжидающе помалкивал, правда, теперь уже не усмехался.
— Интересно получается, — удивился он, — я делаю ставку на фильм, а мне предсказывают книгу. Фильм куда нагляднее и доказательнее, и сделать его можно гораздо быстрее, чем возиться с книгой. Пусть он окажется дорог, но фильм сразу окупится. Где логика?..
После обеда, озадаченные тем, что Вия и Татьяной не пришли на место, они устроились у костра, обдумывая, что предпринять дальше.
Появление у палатки нового путешественника с рюкзаком за плечами несколько нарушило «семейное» равновесие.
Парень оказался из Риги. Он пришел в зону один и хотел бы разбить палатку рядом с нами… Просил разрешение пользоваться только костром, остальное у него все было с собой — полная независимость.
Худощавый, молчаливый, взгляд какой-то колючий — или Виктору и Неле так показалось. О себе ничего не рассказывал, словно лишний раз боялся обронить слово. По-особому, на травах, заваривал чай, жестом приглашал на чаепитие.
Его, правда, и не расспрашивали. В зоне встречаются всякие. Многие искренне считают, что в случае установления контакта с ВЦ это приобщит их к какой-то «небесной» элите и превратит в избранников для достижения великих целей.
Как заметила Неля — для «темнушников» здесь клиентов хватает.
Виктор уснул с мыслью, что, если завтра они не найдут Вию и Татьяну, их поездка окажется пустой тратой времени.
Из дневника Вии
Перед выездом из Петербурга в нашу обожаемую Мекку — М-ский треугольник, я договорилась с Виктором и Нелей о встрече. Договорились подробно, указали место, где поставим палатки.
Это место видное, его все знают. Мы с Таней очень их ждали, предупредили соседей — и своих старых знакомых, и вообще незнакомых: если появятся такие-то люди, двое мужчин и одна женщина, то им надо сообщить, где мы стоим.
Мы с Таней каждый день ходили в «муравейник», расспрашивали у палаток — все безрезультатно.
Позже оказалось, что Виктор и Неля все сделали так, как мы и договаривались. Действительно стояли на обговоренном месте, к которому мы много раз подходили.
Нам говорили, что прибыли какие-то «киношники».
«Киношники» нас не интересовали.
Как потом выяснилось, это были Виктор и Неля в своих особых «спецкостюмах». Если бы мы их увидели в подобных одеяниях, обязательно подошли бы из любопытства.
Они тоже нас искали, издали видели наш лагерь, но почему-то не подошли. Вот так мы и разминулись. Этот факт можно приписать только нашей обожаемой зоне — ее работа…
Несколько дней поисков в зоне Вии и Татьяны оказались напрасными — они как сквозь землю провалились. Виктор, наверное, еще бы долго недоумевал по этому поводу, если бы не Субботин. Очевидно, хождения по зоне его утомляли, поэтому он как-то вечером недовольно заметил:
— Что без толку ходить, пусть Неля узнает у СВОИХ насчет Вии.
Может, их здесь нет вовсе, а мы рыскаем по лесу с утра до вечера.
— Да, — растерянно взглянул на Нелю Виктор. — Сама могла бы догадаться.
— Да я-то сообразила, — вздохнула она. — Вия в зоне с того же самого дня, что и мы.
— Как это? — не поверил Виктор. — Мы же все обошли, всех спрашивали! Не может такого быть, чтобы не нашли. друг друга. Наверняка Вия тоже на месте не сидела, не пряталась от нас…
— Виктор, — укоризненно посмотрела на него Неля, — это же зона! Я тебе сколько говорила — здесь ничего не происходит случайно. Здесь и люди меняются…
Ладно, разберемся! — Виктор едва сдерживал раздражение.
Из зоны уходили в полдень, когда ощутимо начало припекать солнце. Виктор, как всегда, впереди. Через несколько минут Неля тронула его за рукав и сказала:
— Слушай, я, кажется, поняла, почему меня тянуло в Пермскую зону.
— Все уже, — он отмахнулся, — кончилась эта зона. Пора переключаться на Камчатку. Предстоящая экспедиция куда серьезнее этого турпохода. Только время потеряли..
Неля с укором взглянула на него.
— Думаю, ты не прав — все, что с нами здесь случилось, непосредственно касается Камчатки.
