Повинуясь первоначальному, сильному, будто навязанному извне импульсу, подняться-то он, конечно, поднялся, но вот желание щелкнуть каблуками в себе подавил беспощадно, не хватало еще провинциальному полицейскому ощутить себя старшим в их невольном тандеме, но, кажется, комиссар Феликс Тарон — визитер знал, к кому он пришел — не заметил невольных колебаний в настроении викинга.
— Здравствуйте и вам, уважаемый, — почти пропел полицейский, слегка привстав на цыпочки, что бы пристроить на антикварные «рога» высокой старинной, как и все вещи в приемной, вешалки принесенный на сгибе левой руки форменный плащик. — Какая же жара на улице, и это ранним утром, а на дворе-то еще апрель, а что же тогда будет летом… Вы проходите, проходите…
Комиссар отомкнул дверь кабинета своим ключом и пропустил гостя первым. Апартаменты начальника местной полиции оказались размерами в четверть приемной, да и мебелью обставлены самой простой, канцелярской, закупленной управлением, видимо, лет сорок назад, именно тогда было модным матерчатое покрытие стульев, острые углы столов, высокие и неудобные подлокотники кресел.
Дождавшись, пока гость устроится возле пустынного, даже без обязательного в таких местах перекидного календаря, письменного прибора или простого стакана для карандашей, стола, полицейский с явным удовольствием и сам плюхнулся в явно насиженное служебное кресло.
— Итак, кто я такой, думаю, вы знаете не хуже меня самого, — чуть лукаво, но добродушно, сказал комиссар. — Теперь хотелось бы узнать — кто вы?
Чуть заметно напрягшись, чтобы в очередной раз перебороть свое желание выпрямиться перед полицейским, викинг достал из внутреннего кармана просторной кожаной куртки удостоверение личности с вложенным в него служебным предписанием, аккуратно положил его на стол перед комиссаром и только после этого счел нужным представиться устно:
— Капитан Хольм, Рихард Хольм, Особый отдел Департамента Безопасности.
— Из тех самых Хольмов? — поинтересовался комиссар, кольнув быстрым взглядом викинга и тут же пряча глаза в развернутое служебное предписание особиста.
— Из боковой ветви, — спокойно ответил Рихард. — Тот самых Хольм — мой двоюродный дедушка.
— Тем не менее, очень рад такому знакомству, — заявил полицейский, возвращая гостю его документы. — И несказанно ему удивлен. Что могло заинтересовать Особый отдел в такой глухой провинции, как наша? Здесь тихий, маленький городок, все друг друга знают, никаких резонансных происшествий не случается, раз-другой в год — ограбление или кража, но это стараются залетные гастролеры, их чаще всего арестовывают тут же, на выезде из города — или на вокзале, или на единственном шоссе, а так… пьяный дебош, драка между соседями, ну, еще парочка самоубийств среди студентов.
— Так вы и студентов всех знаете, как своих соседей? — как бы, сразу приступая к делу, уточнил слова о «маленьком тихом городке» капитан Хольм.
— У нас не столичное учебное заведение, в котором полно вольных слушателей, вечных студентов, недоучившихся и взявших академические отпуска бездельников, — радушно пояснил комиссар. — Наш университет небольшой и очень… э-э-э… специфический. Здесь, еще со времен Средневековья, обитали исключительно алхимики, теперь вот — изучают классическую химию и немного — биологию, как продолжение химии органической. В таких науках трудно преуспеть лодырям и бездельникам даже с тугим карманом, хотя, конечно, молодежь — есть молодежь, бывает, что и буянят, особенно по окончании сессий, наркотиками балуются, но — только привозными, мы здесь это дело пресекли на корню. Впрочем, не мое это дело — знать и понимать, в вашем предписании строго указано: «Оказывать все возможное содействие», вот этим и буду заниматься, господин капитан. Вы, кстати, уже устроились?
— Не стал торопиться, я прямо с утреннего поезда, — успел ответил особист, но был тут же перебит словоохотливым комиссаром.
— …и очень удивились безлюдью и даже отсутствию такси на вокзале, — легонько засмеялся полицейский. — Вы знаете, в городе встречают только своих, кто предупредил заранее, а туристов обычно привозят организованно, автобусами, с поезда выходят редко, раз в полгода, вот потому таксисты и не дежурят у вокзала — это даром потраченное время, хотя служба такси в городе отлажена отменно, прибывают — максимум — через десять минут, без разговоров отвезут в любое место, а по сравнению со столичными ценами — вам покажется, что у нас возят совсем задаром. Три «семерки» с любого телефона — очень рекомендую. Так вот о гостиницах, могу вам порекомендовать приличное заведение… нет-нет, никаких процентов с этого я не получаю, по рангу не положено, но дело в том, что университетские общежития с давних времен пользуются… э-э-э… специфической славой. Что-то среднее между левацкой коммуной с общим имуществом, вечными спорами о вечных истинах и, извините, борделем с доступными девчонками, общими спальнями, дешевым вином и отвратительным табаком. Вот потому многие из серьезных студентов, особенно курса со второго-третьего, подыскивают себе жилье в городе, подальше от таких прелестей alma mater. Но при этом все-таки остаются достаточно шумными, веселыми молодыми людьми, не всегда строго соблюдающими правила поведения в приличном обществе. Вам ведь, господин капитан, совсем не хочется проснуться в три часа ночи лишь от того, что кто-то отмечает день рождения своей подружки, ну, или удачный синтез бензола на лабораторной работе?
«Удивительно, почему же я с удовольствием слушаю эту забавную лекцию? Чем так „берет“ этот комиссар? — подумал Рихард. — И почему он кажется мне не лично, но хорошо знакомым?»
— Благодарю, я непременно воспользуюсь вашим советом, — сдержанно кивнул особист, чем, кажется, сильно обрадовал полицейского, видимо, посчитавшего, что один пунктик в «оказании всяческого содействия» он уже выполнил.
Вдохновленный согласием гостя, комиссар ближайшие десять минут посвятил старому дисковому телефону из пожелтевшего от времени пластика под «слоновую кость», многословно, то и дело вспоминая неких общих знакомых, родственников и свойственников, договорившись с хозяином гостиницы о неком «особом режиме для особого постояльца», а после этого разговора — в виде приза, надо полагать — еще и вызвавший к полицейскому управлению такси для капитана Хольма.
— Что ж, о делах давайте позже, — продолжил свой, кажущийся бесконечным монолог Феликс Тарон, провожая викинга через приемную и нарочито не обращая внимания, как рыжая секретарша, откровенно бездельничая, листает какой-то модный журнал в глянцевой обложке. — Обустроитесь, отдохнете с дороги, а через часок-полтора я сам заскочу к вам, на месте и обсудим, чем наше провинциальное полицейское управление может оказаться полезным столичному Особому отделу…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
