Мужчин больше цветов интересуют представительницы противоположного пола.
Глория сунула под щеку ладошку.
Но ведь это так мало — голубые глаза и черные волосы, — чтобы привлечь к себе внимание настоящего мужчины, достойного женщины рода Дюбуа.
Глория проглотила набежавшую слюну.
Нет, в самое ближайшее время придется изрядно потрудиться — и не над новой розой, а над собой, включая новый прикид, лучшую косметику и раскованную манеру держаться.
Глория сменила бок.
Может, назвать розу «Глаза аспирантки»?
Губы напряглись ироничной улыбкой.
Нет, это же патология — белые глаза…
Глория тяжко и протяжно вздохнула.
Следующая роза обязательно будет интенсивно голубого цвета и обязательно получит имя «Глаза аспирантки».
Глория поправила съехавшую с уха верхнюю подушку.
Надо решать две срочные проблемы: найти идеальное, незабываемое, многозначительное имя для безымянной красавицы и встретить, наконец-то встретить на жизненном пути ненаглядного суженого, непременно встретить.
Глория вдруг поняла, что для полного и безоговорочного счастья ей не хватает самой малости — обыкновенной настоящей любви…
Глава 7 ТЕНДЕРНАЯ ДИСКРИМИНАЦИЯ
Воспоминания об утре знаменательного во всех отношениях дня, который постепенно и незаметно начинал клониться к вечеру, заставили Глорию Дюбуа повторить нерушимую клятву.
«Ночной поцелуй» отреагировал на пылкие обещания в адрес кареглазого незнакомца одобрительным киванием верхних роз и нетерпеливым вздрагиванием еще не распустившихся бутонов.
И тут в просвете аллеи возник знакомый силуэт Тины Маквелл.
Запыхавшаяся подруга в одной руке держала секатор, в другой — обрезок ветки.
— О, Гло, мне Браун сказал, что ты давно уже здесь.
— Да, вот любуюсь этим роскошеством.
— Эх, завидую я тебе, Гло… — Тина пустила в ход секатор, подравнивая и так идеальный куст. — Твоему неисчерпаемому оптимизму.
— Ах, Ти, у тебя, наверное, проблемы с рокером из Канзаса?
— Гло, я рокера отфутболила на прошлой неделе вместе с мотоциклом.
— Надоела быстрая езда?
Но ершистая подруга вдруг решительно перешла в контратаку.
— Гло, душенька, а тебе не надоели эти чертовы розы?
Секатор безжалостно сомкнул острые челюсти на ветке, неосторожно выбившейся из кроны.
— В университете — розы!
Дизайнер по ландшафту вхолостую поклацала в воздухе секатором.
— В Парке — сплошные розы!
Глория Дюбуа подначила излишне агрессивную подругу:
— Прекрасней роз нет на этом свете ничего.
— А мужчины?
Дизайнер-ландшафтовед всегда относилась к противоположному полу чересчур эмоционально и неразборчиво.
— О, Ти, значит, после рокера ты недолго пребывала в одиночестве?
— Понимаешь, Гло…
Секатор вновь злобно проклацал над кустом.
— Меня тут один заезжий красавчик пытался охмурить.
— Ну и как?
— Пригласил на свидание.
— Ого.
— Только все сам испортил.
Секатор энергично кастрировал ни в чем не повинный воздух.
Наверное, Тине Маквелл привиделся в этот момент нехороший парень.
Глория поняла, что должна помочь разнервничавшейся подруге.
— Сразу полез под юбку?
— Если бы.
Тина Маквелл переключила секатор с воображаемой фигуры на конкретный ближайший куст.
— Забыл обрызгаться дезодорантом?
— Гораздо хуже — приволок мне букет.
— Вполне предсказуемый поступок для нормального ухажера.
— Да ты себе не представляешь! — Секатор вновь затерзал воздух. — Букет роз!
Подруги рассмеялись.
Как всегда, начала Тина, Глория подхватила.
Отсмеявшись, дизайнер по ландшафту продолжила сетовать на сложившиеся обстоятельства.
— По-моему, в нашем великолепном Центре сплошная дискриминация! — Тина Маквелл, наигравшись секатором, убрала опасный инструмент в накладной карман своего клеенчатого фартука с эмблемой Национального парка роз. — Дискриминация исключительно по половому признаку.
— Занятный вывод. Это ты о чем?
Глория Дюбуа подзуживала лучшую подругу, чтобы та скорее выговорилась и смогла наконец-то переключить внимание на нее и переварить грандиозную и потрясающую новость.
— Издеваешься?
Тина Маквелл извлекла из второго кармана банан.
— Нисколечко.
Глория Дюбуа удовлетворенно хмыкнула — если к подруге вернулся аппетит, значит, исповедь вот-вот закончится.
— Вот скажи мне, Гло, ты заметила, какой странный контингент любуется розами? — Тина Маквелл расчехлила банан. — Хочешь?
— Нет, спасибо.
Тина Маквелл откусила большой кусок.
А Глория Дюбуа решилась пошутить.
— Снежного человека не приметила, да и инопланетян тоже!
— При чем здесь Биг Фут и марсиане?
— Я и говорю, что ни при чем.
— Взглянуть на розы приезжают в основном пожилые дамы, женщины неопределенного возраста, скучающие девицы и оравы ребятишек.
— Ты забыла добавить в перечень аспиранток и подруг сотрудников.
— Я серьезно. — Тина Маквелл покончила с бананом. — Где, я тебя спрашиваю, мужчины продуктивного возраста?
— На бейсболе, наверное, или в покер дуются.
— В зоопарке и то мужчин бывает больше, чем у нас.
— Да, вам тут явно не хватает гривастых львов и мрачных горилл-самцов.
— Вот я и говорю — половая дискриминация.
— Но я тут встретила оживленных персон мужского пола с фотоаппаратами наперевес.
— Туристы, а тем более заграничные, — не в счет.
Тина Маквелл была ярко выраженной патриоткой — именно ей принадлежала идея создать в Национальном парке панно из низкорослых роз, изображающее американский флаг.
Но Глории сейчас совершенно не хотелось вдаваться в сложные и запутанные национальные отношения. Она лукаво улыбнулась.
— Ти, я знаю, как привлечь мужчин к розам.
— Поделись.
— Надо просто вывести цветок с крепким ароматом шотландского виски.
— Скажи еще — с запахом гаванской сигары!
Ландшафтоведка прыснула.
Глория ее с удовольствием поддержала.
Отсмеявшись, Тина Маквелл хитро прищурилась.
— Погоди-ка, Гло, погоди-ка… — Похоже, она наконец-то заинтересовалась внезапным, нарушившим сложившийся график приездом вечно занятой аспирантки. — Один вопрос.
— Хоть десять.
— Почему ты нагрянула не вовремя?
Глория, уставшая от ожидания, не стала нагонять туману и ответила прямо, но красноречиво:
