Используя простое объяснение, к чему она инстинктивно стремилась в силу своего характера, все можно было свести к следующему: муж любил ее так же, как и она его, но жизнь Ника не ограничивалась только домом и семьей, у него было много других интересов.
А у нее, кроме семьи, ничего не было.
Глава 4
Ее муж
Что такое любовь? Это шелест ветра в розовых кустах, нет – это пламя, рдеющее в крови. Любовь – это адская музыка, и под звуки ее пускаются в пляс даже сердца стариков. Она, точно маргаритка, распускается с наступлением ночи, и, точно анемон, от легкого дуновения свертывает свои лепестки и умирает, если к ней прикоснешься.
Кнут Гамсун[6]
Неразделенная любовь так же отличается от любви взаимной, как заблуждение от истины.
Жорж Санд[7]
Ему было тридцать пять лет, но выглядел он старше своего возраста, чему способствовали аристократическая бледность, редкие волосы, зачесанные назад, седина на висках плюс обстоятельность, которая отличает людей, скроенных из одного куска. В наше время цельные личности встречаются редко, и, вполне вероятно, скоро их степенные манеры сотрутся в памяти. То, как они поднимают руку, чтобы надеть шляпу, подносят к губам стакан вина или, сдерживая скупую слезу, махнут на прощание внукам. Две глубокие вертикальные морщины пересекали его щеки, а очень светлые глаза под густыми ресницами словно поневоле вглядывались в его собственный внутренний мир.
Он был настолько богат и успешен, что это уже перестало приносить ему удовлетворение. Отцовское наследство он приумножил в десятки раз. Джордж Пейнтон-младший, или Додди, как ласково называла его мать, стал Джорджем Пейнтоном Всемогущим. Единственным и неповторимым. Есть, правда, в графстве Девон город с таким же именем, но, поскольку город этот считается одной из жемчужин Английской Ривьеры, Джордж примирился с наличием нежеланного тезки. Особенно когда понял, что может купить город Пейнтон со всеми его потрохами. Джордж много тратил на благотворительность, но состояние его от этого ничуть не уменьшалось. Он обладал уникальным талантом – извлекать прибыль практически из ничего.
Да только, похоже, с законами природы не поспоришь: если где-то прибудет, значит, где-то убудет, – так Джордж объяснял свою затянувшуюся на годы апатию.
Он объездил весь мир, видел все чудеса света, пил лучшие вина, вкушал изысканную пищу, курил замечательный табак и дурманящие травы, но при этом оставался всего лишь равнодушным созерцателем собственной жизни, надеясь, что, может быть, в один прекрасный день найдет смысл своего существования в вере, которая в конце концов дарует ему душевный покой.
Разве можно еще получить в этой жизни что-то, чего он не попробовал, не испытал, не коснулся, не присвоил или не отнял, не выпил, не истратил, не выкурил, превратив в дым?
Единственным, что еще могло вырвать его из многолетней спячки чувств, была игра. Ему казалось, что мир, где все просто и ощутимо, – это судьбоносное зеленое сукно. Что только за партией в покер можно соприкоснуться с чудом. Он держал в руках выигрыши, которые не так уж и радовали его, и отдавал проигрыши, которые доставляли ему мазохистское наслаждение. С картами в руках он чувствовал себя хозяином жизни и смерти. Ничто не могло сравниться с этим!
В тот день ему не везло.
– Т-твою мать! – воскликнул он и швырнул карты на стол.
Его новый приятель Генри ухмыльнулся и сгреб банк. – Я почти выиграл! – простонал Джордж.
Остальные просто рассмеялись и начали перемигиваться, как будто он ничего не видел.
Смена сдающего ему не помогла – результат оказался таким же.
– Черт возьми! – завопил он, когда его новый «лучший друг» Майкл выиграл следующую партию. – Это же… Черт побери!
Поначалу партнеры по игре с неохотой приняли его участие. Но, чем больше он играл, тем дружелюбней они становились.
После трех проигранных партий Джордж начал выказывать признаки сомнения и замешательства, но каждый раз они его подначивали «попытать счастья еще разок».
Добрые друзья, ничего не скажешь.
Когда перед очередной сдачей Энди Эббс поднял ставки, Джордж выпалил: «Принимаю!», потом: «Нет, пас!», потом опять: «Нет, все-таки принимаю!» – так, что Майклу пришлось напомнить, что сейчас не его очередь. Эту партию он тоже проиграл.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
Ральф Уолдо Эмерсон. Нравственная философия.
2
Платон. Пир.
3
Альбер Камю. Записные книжки. Пер. с фр. С. Зенкина.
4
1 Кор. 13:4–8.
5
Шарль Бодлер. Приглашение к путешествию. Пер. с фр. И. Озеровой.
6
Кнут Гамсун. Виктория. Пер. с норв. Ю. Яхниной.
7
Жорж Санд. Индиана.
