Андрей присел на лавочку и сделал внимательное лицо.
Слава Печенько оказался действительно бывшим военным. В 2013 году он ушел в запас с должности командира полка внутренних войск в Днепропетровске. Майдан принял, но сам не участвовал. А когда «нова дэмократычна влада» стала собирать силы для похода на Донбасс, он откликнулся на призыв и вступил в ряды создаваемого батальона «Днепр» при ГУВД Днепропетровска. Там быстро определили его навыки и опыт и назначили заместителем командира, поскольку командиром был Юрий Береза – «гэрой Майдана» и близкий приближенный Игоря Коломойского.
– Ты понимаешь, Береза здесь редко бывает. Он чаще или в Днепре, или в Киеве. Поэтому фактически здесь рулю я, – рассказывал Слава. – Ты не думай, он не трус. Просто реально много надо делать в тылу – финансирование-то у нас в милиции сам знаешь какое. А надо и форму, и оружие, и броню доставать.
– Я, кстати, обратил внимание, что у вас у многих АКМы… – заметил Андрей.
– Точно, – кивнул Слава, – пуля тяжелее, пробиваемость выше. Почти все в Днепре достали, даже в магазинах покупать пришлось. Но часть наших все равно вооружена 5.45.
В разговор вступил «Итальянец». Если Печенько занимался повседневной деятельностью подразделения, то Фащенко отвечал за сбор информации и ее реализацию. По его словам, у них в батальоне было несколько грамотных компьютерщиков, которые постоянно мониторят соцсети и новости, выискивая сторонников Новороссии.
– Мы уже нескольких таких приняли. Вон, Алексею передали. Дальше он занимался. Вообще, город хреновый. Большинство за Россию. Заходишь иногда в кабак, а там Газманова поют или «Любэ». Приходится строить.
– Что, репертуар меняете? – усмехнулся Андрей.
– Да пару раз хозяев к себе выдернули, поосторожней стали.
– Что с местной милицией? Контачите? – сменил тему Шевченко.
– Не очень. Они все тут «сепары». Мои докладывают – в Мангуше в открытую менты обсуждают, как они скоро будут в России служить, какие там зарплаты и снабжение. А Мангуш – это перекресток путей в Марик. Город полностью через него снабжается. И так во всех структурах. Где просто Путина ждут, где Ахметовские и Яныковские бабки крутятся, соответственно люди там тоже за них. На референдум десятки тысяч приперлись, и все за ДНР! Короче, здесь зачищать надо всех, и зачищать жестко, – эмоционально закончил «Итальянец».
Какое-то время они еще вели беседу, причем договорились вечером сесть и совместно поужинать. После чего Андрей извинился, сославшись на скорый отъезд предшественников, и ушел к себе.
К 11 утра все собрались. Группа Алексея грузилась в автобус, водителю которого дали хорошенько отдохнуть – ему снова весь день предстояло рулить аж до Киева.
В автобусе уже сидел бледный «следак» – его отправляли обратно. Руководство согласилось с мнением Андрея, что оставлять больного эпилепсией на месяц в АТО нельзя.
Провожать отъезжающих пришли несколько человек из «Днепра» и трое молодых крепких парней с характерными короткими стрижками.
– Знакомься, Андрей, это «Сурикаты», – своеобразно представил троицу Алексей.
– Кто? – удивленно поднял брови Андрей. В его голове промелькнули мысли, связанные с различными грызунами.
– Позывной у них такой. Это офицеры из оперативного отдела погранотряда.
Парни по очереди поздоровались, называя свои имена. Андрей тут же решил наладить с ними контакт:
– Мужики, а начальник у вас где?
– Как где? В отряде, только сейчас на выезде. В Новоазовск поехал, на границу.
– А когда будет? Хотел бы с ним познакомиться, взаимодействие наладить.
– Ну, он, наверное, только к вечеру будет.
– Давайте тогда так. Если сможет, пусть приезжает сегодня к нам вечером. Приглашаю его в гости. Нет – тогда завтра с утра я к нему приеду. Телефон мой передайте ему, лады?
Спустя какое-то время отъезжающие попрощались со всеми и под аккомпанемент громкого сигнала микроавтобус тронулся на выезд с территории аэродрома. Теперь Андрею и его команде предстояло месяц представлять СБУ здесь, на приазовской земле.
«И российскую разведку», – внутренне улыбнулся Андрей.
– Так, мужчины, давайте-ка пошли к нам на веранду, пошепчемся о делах наших, – Андрей развернулся к своим. – Блокноты с ручками возьмите.
На веранде было хорошо. Шиферная крыша прекрасно защищала от солнца, а увитая диким виноградом решетка давала дополнительную тень и позволяла ветерку свободно продувать помещение…
– Рай, а не расположение, – подытожил Андрей, когда все расселись вокруг длинного стола. – Да еще и море недалеко. Надо бы, кстати, как-нибудь выбраться покупаться.
– Да уж. Предшественники говорили, они пару раз с «Днепром» катались в сторону Новоазовска, там купались, – вставил Слава Торшин.
– А мне еще сказали, что у «Азова» офигенная база на косе какой-то, – заметил Саша Тарасенко.
– Ладно, об этом потом. Давайте прикинем. Задача у нас стоит простая – сбор информации и реализация в отношении сепаратистов и российских спецслужб. Времени на раскачку нет, через пару дней командующий будет требовать информацию. Поэтому… – Андрей помедлил. – Володя и Саша. На вас контакт с местными коллегами и получение инфы из Центра. Связь у нас даже с избытком: и «Бобры», и свой «Куплет». Вася, ты, кстати, отвечаешь за его нормальную работу. И еще тебе задание. Так как ты не особо занят, каждый вечер будешь ходить в штаб и брать пароли на следующие сутки. Отдельно для въезда на территорию и для проезда блок-постов. Это на тебе. – Лопатенко кивнул.
– Дальше. Слава и Серега, на вас контакты с ментами. От них часто можно больше инфы получить, чем от наших. Ваня, ты, – Андрей посмотрел на ВБешника, – даже не знаю… Про тебя мне ничего в Киеве не говорили. Вписывайся в помощь Славе. Думаю, с ментами общий язык найдешь.
– Да без проблем, – кивнул головой Советов.
– Теперь по пленным. Знаете уже, что на нас висит тюрьма местная. Поэтому принимаю пленных я, а кто свободен – с ними работает. Опросить и отобрать объяснение, думаю, каждый сможет.
– Я никогда не отбирал, – подал голос Сергей Демченко.
– Что? – удивился Андрей и не он один. Сидящий рядом Слава Торшин изумленно поднял брови. – Как так, никогда не отбирал?
– Да не приходилось как-то. У нас реализации редкость, – пояснил Демченко.
– Что же у тебя за линия, что старший опер, майор, не умеет отбирать объяснения? – ехидно спросил Вова Пышный.
