Шоу-бизнес в чистом виде — явление положительное. Основная его задача — найти и раскрыть талант, дать ему возможность проявиться, создать рекламу, сделать из него «звезду» и только после этого, давая заработать ему самому, зарабатывать на нем деньги.
В нашей же «стране наоборот» и в этой области все наоборот. Вместо того, чтобы так называемые менеджеры, импресарио и продюсеры искали таланты, таланты сами вынуждены искать их, умоляя лишь об одном: дать возможность проявиться. Цель советского шоу-бизнеса в данном случае — поймать уже состоявшуюся «звезду», выжать ее до предела и максимально поживиться за ее счет. Стремясь только к наживе, дельцы шоу-бизнеса неразборчивы в выборе «звезд», им нет дела до самобытности таланта, до его возможностей, не говоря о потребностях. Понятие «душа таланта» им чуждо. Их интересует одно: конъюнктура. Но поскольку культура нашей страны находится, к сожалению, на очень низком уровне, спрос несложно удовлетворить конъюнктурными предложениями.
Значительную часть своей творческой жизни потратил на разбазаривание эмоций по кабакам, предлагая самое дорогое, что есть в жизни, — песни, делясь сокровенными мыслями с жующей и пьющей публикой за гроши, бросаемые «широким жестом». Видел много талантливых, одаренных людей, прозябающих в подвалах и ресторанах, спивающихся и забивающих эмоции анашой от несостоятельности усилий и невозможности выразить себя, отчаявшихся, потерявших всякую надежду на удачу и на возможность проявиться. Мало того, что их никто не «ищет», как на Западе, они попросту никому не нужны.
Ремесленничеством на эстраде способен заниматься любой мало-мальски обученный исполнитель, имеющий весьма отдаленное понятие о музыкальной грамоте, нотах, умеющий чисто взять пару из них и обладающий более или менее привлекательной внешностью, а главное умением торговать собой. Такие ремесленники и попадают в лапы дельцов шоу-бизнеса, принося значительный куш себе и хозяину. Часто предпринимательство подобного рода имеет успех, и это естественно, поскольку испокон веку народ требовал «хлеба и зрелищ», желая отрешиться от проблем и бед. На это и делают ставку «импресариоры», пытаясь доказать, что люди устали и не хотят думать, изменять что-либо в жизни и желают повеселиться, расслабиться, подергаться под фонограмму. Но наблюдения убедили меня в обратном. Далеко не все устали думать, и очень многие не желают быть причастными к «пиру во время чумы».
Мечтаю создать «Театр песни», имеющий возможность оказывать реальную помощь начинающим неизвестным талантам, но, к сожалению, на сегодняшний день сам не имею даже самого необходимого для нормальной работы: качественной акустической аппаратуры, студии, инструментов. Я — не менеджер и не делец. Как ни крути, а реализация творчества, в том числе моего, находится в прямой зависимости от шоу-бизнеса, большинство представителей которого, к несчастью, не вникают, про что я пою и как пою. Их цель — выгоднее меня продать. Но кто же они, эти загадочные продавцы? В большинстве своем, как правило, — бывшие комсомольские работники, а как они «работали» в недалеком прошлом, сейчас уже знает вся страна. Прыткие комсомольцы, обладая сверхчутьем и наличием опыта одурачивания непосвященных, просто перекинулись с одной «кормушки» на другую, «перестроились».
Перестроились комсорги,В шоу-бизнес подались.И один из них свой органНазывает фирмой «ЛИС'С».
(«Метаморфоза»)
В августе 1988 года программа «Взгляд» пригласила меня принять участие в концертах «Взгляд» представляет", проводимых во Дворце спорта в Лужниках. Я был очень обрадован: «Наконец-то!» Подумал: «Хоть одна передача осмелилась показать мои социальные песни». Концерты, как всегда, были бесплатными, поскольку их устраивал комсомол. Не обращал на это никакого внимания, не интересовался, куда и кому идут заработанные мною деньги, важно одно: расширить однобокий образ «чистопрудного» Талькова, поскольку уже второй год колесил по стране с социальными песнями, а люди приходили на «белого лебедя с аккордеоном». Концерты должны были сниматься, как обещано, и фрагментально вкрапляться в передачу «Взгляд». Ночь не спал, счастливый «прилетел» на дневную репетицию в Лужники, отсмотрели, и на вопрос, каким номером буду выступать и сколько песен дозволено будет спеть вечером, Любимов ответил молчанием.
Приехал вечером, посмотрел список выступающих, увидел свою фамилию, а напротив было дописано от руки: "Только одну песню и только «Примерный мальчик»!!! Приписка обескуражила. Во-первых, я показывал «Примерный мальчик» «взглядовцам» в 1987 году, на что было сказано, что песня непроходима в эфир из-за двух слов: «рок» и «храм», предложили заменить их другими. Отказался. Во-вторых, на данном этапе «Примерный мальчик», исполненный Валерием Леонтьевым, был хитом. Сами понимаете, что я ее исполнять не мог, да, признаться, и не хотел из-за принципиальных соображений. На просмотре днем исполнял: «Кремлевская стена», «Стоп, думаю себе», «Враг народа» и другие подобные по тематике песни. Тут же все понял: на дворе был 1988 год, прошло тысячелетие Крещения Руси — всенародный праздник, да и «рок» вроде приоткрыли, поэтому «Примерный мальчик» стал проходим. Перед выходом на сцену в гримерную вбежал администратор и напомнил: "Игорь, ты все понял? Только одну песню и только «Примерный мальчик». Определив для себя однозначно репертуар, шел на сцену, точно зная, что буду петь, понимал, что после исполнения тех песен, которые наметил, «Взгляда» не видать как собственных ушей. Но иначе поступить не мог. Выходя на подмостки, обернулся на оклик В.Листьева: «Ну что, Игорек, сейчас повеселимся». «Повеселитесь, — ответил мой костюмер, — просто обхохочетесь». Вышел и выдал по полной программе. На сцене за столом заседала «святая комсомольская троица». С ужасом во взгляде «Взгляд» наблюдал затем, что происходило на авансцене и в зале. Публика ликовала, не отпускала, несмотря на неоднократные попытки «взглядовцев» прервать выступление. В конце концов им это удалось, вынужден был уйти со сцены, люди кричали: «Еще!» Комсомольцы кричали: «Хватит!» Не успел переодеться, как снова был вызван на сцену: народ не унимался, не было возможности продолжать концерт. Те, кто был тогда в Лужниках, наверное, помнят этот эпизод.
После выступления оставил своего администратора на площадке и уехал домой.
В третьем часу ночи раздался телефонный звонок. Звонил администратор. Вымученный голос проскрипел: «Игорь, тут такое творилось!!! Листьев, Любимов, и Захаров бегали друг за другом, ища виноватого в случившемся. Звонили из 4-го отдела (?!!) с вопросом, что у них там творится, какое безобразие. Кто-то сказал, что теперь их поснимают с работы, а передачу закроют, что песни у тебя „запредельные“, что это не твой сольный концерт и что ты „перетянул одеяло“ на себя». — «Хорошо, — сказал я, — ну а завтра-то приезжать?» — "Да ты что, с ума сошел! — ответил администратор. — Листьев сказал, что теперь ты придешь на «Взгляд» только через его труп".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
