3) внешнее право церкви: отношение Церкви к обществу гражданскому, отношение к инославным христианам, отношение к иноверцам.
Особое значение имела система церковного права, предложенная протоиереем И. М. Скворцовым. Его «Записки по церковному законоведению» многие современники считали первой попыткой систематического изложения церковного права в России.
Он исходил из того, что изучение церковных законов возможно по двум направлениям. Первое – в виде правил и законов Церкви, которые систематизируются в один Свод. Второе – научное: изучение состава и устройства Церкви, средств и действий, которыми это устройство обеспечивается.
Система церковного права И. М. Скворцова состояла из двух частей:
1) Состав и благоустройство Церкви:
А) о свойствах власти и управления в Церкви: носители церковной власти, характер и свойства церковной власти, источники церковных правил, характер Церкви в союзе с государством,
Б) о церковной иерархии (епископская, включая патриархов и митрополитов, и соборная власть, состоящая из поместных, вселенских соборов, а также постоянного собора в форме Святейшего Синода),
В) о служебных званиях и должностях (о духовенстве вообще, о белом духовенстве, о монахах),
Г) о священных местах и вещах, о материальном содержании церквей и монастырей, а также духовенства.
2) Перечень и содержание церковных действий:
– церковное учение (духовное просвещение, его средства, учение в храмах и вне их, образование духовенства, училища духовного ведомства),
– богослужение и священнодействие (общие для всех верующих – службы, праздники, посты, крещение, покаяние; особые – венчание на царство, посвящение служителей церкви, монашеское пострижение, брак, присяга),
– церковный суд и дисциплина (церковные преступления и наказания, прекращение и расторжение браков, суд над духовными лицами),
– действие Православной Церкви в отношении представителей других вероисповеданий: общие принципы и особенные правила.
И. М. Скворцов подчеркивал, что «… законы Церкви вселенские могут быть названы в теснейшем смысле церковными; но они обыкновенно соединяются, хотя не смешиваются, с теми законами, коим, со времени христианских Государей, подчиняются Церкви частные, по свойству положения своего в том или другом государстве, и кои называются церковно-гражданскими… Те и другие законы составляют предмет церковного законоведения»[78].
Однако и у И. М. Скворцова были свои приоритеты. Как отмечал П. А. Прокошев, каждое его положение «строго обосновано или на церковных канонах или на государственных законах; последнее основание впрочем указывается автором гораздо реже, чем первое»[79].
Научные труды епископа Иоанна получили высокую оценку современников и специалистов в области церковного права последующих поколений. Так, Иоанна называли «отцом новой науки православного церковного права»[80]. Как отмечал П. А. Прокошев, Иоанн взял за основу систему церковного права, предложенную Макарием[81].
В 1851 г. Иоанн выделил три главных предмета науки церковного права:
1) «обозреть и изучить источники церковного права и законов, как в историческом, так и каноническом смысле (по их содержанию и важности), чтобы видеть различное значение их в общем составе церковного законоведения»[82],
2) раскрыть основные начала церковного права,
3) изложить действующие законы церкви по различным частям ее управления, т. е. «постановления и учреждения, которые в настоящее время определяют состав и образ церковного управления»[83]. Сюда же относится изучение церковной практики: а) подробнейшее развитие церковных правил по разным случаям, возможным в церковном управлении или духовной жизни христиан (например, учреждение учебных заведений для образования служителей церкви; б) разнообразие внешнего церковного порядка в поместных пределах Вселенской церкви; в) отношения Церкви к обществам гражданским, среди которых она существует.
Оценивая систему церковного права, созданную Иоанном, трудно не согласиться с П. А. Прокошевым, который писал: «Что касается самой конструкции системы церковного права, то нужно заметить, что преосвященный Иоанн дает в ней значительное место богословскому элементу в широком смысле слова»[84].
Однако сам Иоанн понимал, что созданная им система не является универсальной и допускал различные ограничения, соответствующие специальным задачам научного изложения канонического материала[85].
Н. К. Соколов считал, что система науки церковного права должна состоять из трех обширных частей.
Первая – посвящена внешней истории церковного права, т. е. истории и критики источников, их состава и развития. При этом Н. К. Соколов подчеркивал, что этой частью исследователи практически могут не заниматься, т. к. она хорошо и подробно исследована[86].
Вторая часть посвящена внутренней истории церковного права – генезису и развитию различных церковно-государственных учреждений и институтов, и представляет собой систему общих законов церковного управления, устройства и жизни, независимо от тех форм, в которых они развиваются в разных церквах.
Третья часть изучает действующее право важнейших церквей в современном его состоянии.
Профессор М. А. Остроумов, изучая систему церковного права Н. К. Соколова, отмечал, что «профессор Соколов является в сущности последователем и продолжателем епископа Иоанна… К сожалению, смерть помешала ему напечатать весь курс. Напечатаны только введение и часть учения о составе церковного общества», однако далее подчеркивал и зарубежные источники: «Вслед за Шульте, различая источники права материальные от источников познания его или формальных, профессор Соколов останавливается только на последних»[87].
Уже в предисловии к «Краткому курсу лекций по церковному праву» М. П. Альбов отказался от построения цельной системы церковного права, заявив, что он «не имел возможности и не стремился написать полную и цельную систему науки церковного права, а старался только изучить самое существенное – государственные и церковные законы и о церкви, и о церковной жизни, выяснить их смысл и изложить в надлежащем порядке». Правда, у некоторых исследователей это вызвало протест. Так, архимандрит Никодим Милаш писал: «Ово jе олака и непотпуна радньа»[88].
При этом М. П. Альбов оговаривался, что вычленение богословского и церковно-правового элементов является весьма сложным: «Система науки по своему содержанию и форме должна быть выведена из самого существа предмета. И прежде всего – необходимо, чтобы предметом ее содержания был юридический материал, а не догматический и обрядовый. Поясним эту мысль несколькими примерами. Таинство священства сообщает посвящаемому особые духовные дарования. Но эта сторона очевидно не юридическая, ибо действие таинства есть предмет веры и не может быть внешне доказано – получил ли рукоположенный духовные дарования, соединенные с понятием таинства. Поэтому священство, как таинство, не может иметь места в юридической науке. В церковном праве рассматриваются только условия его сообщения и принятия, и все юридические последствия, отсюда вытекающие»[89].
М. П. Альбов разбил систему церковного права на две части.
В первой – общей, он рассмотрел вопрос об отношении между церковью и государством, показав, что может быть три главных варианта:
А) государство и церковь существенно сливаются между собой и управляются одной верховной властью – церковной или государственной,
Б) государство и церковь – равноправные величины,
В) государство и церковь существенно различны между собой; взаимный их союз поддерживается не религией, а правом. Государство отделяется от церкви, но церковь и религиозные общества подчиняются верховному надзору государства[90].
Кроме того, в первой части он рассмотрел такие вопросы, как гарантия индивидуальной религиозной свободы, а также ее ограничения, независимость политических и гражданских прав от вероисповедания, основные начала современного ему законодательства относительно внешнего положения церкви в государстве.
Вторая часть – особенная, была посвящена внутреннему церковному праву: устройству церкви, церковному законодательству, церковному суду, церковно-юридической жизни частных верующих.
Современники невысоко оценили этот труд М. П. Альбова. Так. И. С. Бердников писал: «Этот курс заключает в себе далеко не все отделы, входящие в науку церковного права, и по своему исполнению есть труд, составленный на скорую руку»[91]. Позже П. А. Прокошев упрекал М. П. Альбова в том, что он выступал за государственный контроль в церковной жизни, полагая, что церковные законы получают правовой характер только в силу признания их таковыми со стороны государства, и призывал специалистов в области церковного права изучать именно эти законы. Однако работа М. П. Альбова содержит в себе ценный материал по вопросам церковной власти, церковных источников.
