одной рукой придерживая калитку, а другой - выпирающий животик. - Проходите, конечно. Я - Торхильд, дочь Вальгарда... То есть теперь Тори Петерсон.
Я только брови подняла, протискиваясь мимо нее. Петерсон, вот как? Поначалу после Рагнарека за чистотой крови следили строго. Теперь межрасовые браки уже лет сто, как не запрещены. Юридически. По факту же любовь крутят, кто с кем хочет, но жениться предпочитают на своих. А тем более детей заводить! Так что союз человеческой девчонки и гнома наверняка вызвал немало треволнений в их семьях.
Стук топора оборвался, кто-то негромко выругался басом, и из-за дома выглянул молодой гном. Должно быть, тот самый господин Петерсон.
- Тори! - воскликнул он, на ходу отряхивая руки. - Иди скорее в дом, замерзнешь.
Она смешливо наморщила нос.
- А сам?
Гном оглядел себя - его внушительный торс прикрывали только меховая безрукавка нараспашку да кудрявая борода - и чуть порозовел.
- Мне можно! А вот тебе... - Он запнулся и попросил почти с отчаянием: - Поберегись, а? хоть ради маленького.
Она инстинктивно прикрыла живот ладонями.
- Милый, я же северянка! Для меня сейчас почти жара.
Лицо гнома стало таким страдальческим, что жена мотнула головой, чмокнула любимого мужа в щеку - благо она стояла на две ступеньки ниже, так что была с ним вровень - и убежала в дом.
Гном проводил ее нежным взглядом, пригладил встопорщенную бороду и предложил, кашлянув:
- Пойдемте, что ли?
- Вопиющая невоспитанность! - прокомментировал призрак. - Расхаживать в таком виде в присутствии леди!
Гном насупил рыжие брови.
- Я у себя дома! Как хочу, так и хожу. И вообще, я делом был занят.
- Неужели? - осведомилась призрачная дама ядовито. - Каким же?
- Курятник строил!
Призрачная дама чуть из стены не вывалилась. Вздернула подбородок, подпертый целомудренным высоким воротничком, поджала и без того узкие губы и взглянула на обидчика сквозь лорнет.
- Курятник - в фамильном особняке Ларсенов?! И речи быть не может.
Гном выпятил бороду.
- Посмотрим!
Я прикусила губу, чтобы не испортить все неуместным смешком.
Понятно, почему Вера так настойчиво просила меня на это взглянуть!
Высокая сухопарая дама в строгом платье - против приземистого упитанного гнома в жилетке нараспашку. Делайте ставки!
Признаюсь, я бы поставила на даму, и дело тут не в женской солидарности. Чувствовалось в ней нечто эдакое. Привычка муштровать, что ли? Так и видится указка, которой можно шлепать нерадивых учеников, сопровождая наказание едкими комментариями.
Однако любоваться рукопашной прямо сейчас настроения у меня не было. Да и холодно.
Пришлось кашлянуть и напомнить:
- Быть может, мы все-таки пройдем внутрь?
Гневный огонек в глазах гнома потух. Он чуть ссутулился, махнул рукой и молча побрел в дом.
А едкое: «Какая бесцеремонность!» от призрака я пропустила мимо ушей.
Кто знает, как я бы себя повела, оставшись бестелесной и неприкаянной?..
***
Внутри дома стало заметно, что времена былой роскоши давно прошли. Дорогой паркет на полу потускнел и местами был поцарапан. Резные дубовые панели в подозрительных потеках. Лепнина местами заплесневела.
- Тут будет красиво, - тихо сказал гном и улыбнулся. - Дайте только срок!
Плывший сзади призрак лишь фыркнул.
- Сюда! - помахала рукой выглянувшая девчонка. - То есть... Вы же не против, если мы вас на кухне примем? Я булочки испекла, будете?
- С удовольствием! - заверила я, мысленно наплевав на фигуру.
На день рождения мне вообще полагается тортик. С кремом, ммм!
- Принимать гостей на кухне?! - призрак схватился за сердце.
- В гостиной - мыши, - буркнул гном. - Там надо все менять.
Призрачная дама издала что-то вроде «Пф-ф-ф», однако с возражениями по существу не нашлась.
Зато девчонка при виде нее гневно раздула ноздри и уперла руку в бок.
- Опять?! Оставьте нас в покое!
- И не подумаю! - вздернула подбородок призрачная дама. - Вы вторглись в мой дом, пытаетесь тут все раскурочить... И полагаете, что я буду это терпеть?!
- Это наш дом, - поправил гном с нажимом и обнял жену за худенькие плечи.
- Можем документы показать! - поддакнула она дрожащим голосом. — Ну сколько можно, а? Вы не даете нам спокойно поесть...
- Потому что принимать пищу руками - моветон! - Призрачная дама поджала губы.
- Постоянно открываете окна...
- Это полезно для здоровья.
- Влезаете с воспитательными беседами!
Призрачная дама скрестила руки на груди.
- Вам следовало бы поблагодарить меня за повышение культурного уровня.
- В постели?! - возопил несчастный гном, и я с трудом удержала серьезное выражение лица.
Бедняга!
- Тихо! - рявкнула я, вклинившись между спорщиками. От неожиданности они и впрямь умолкли. - Давайте по очереди. Для начала - представьтесь, пожалуйста. Госпожа?..
Обиды и претензии можно перебирать бесконечно. Причем каждая сторона будет считать себя правой - и останется в этом убеждении после любых дебатов.
Меня интересует сугубо практическая сторона вопроса. А именно в чем проблема и какой результат хочет получить клиент в результате нашего с ним сотрудничества?
И кого, собственно, в данном случае считать клиентом?..
Я не привыкла выступать в роли арбитра. К тому же, признаюсь, я зверски устала и мечтала лишь об одном - поскорее упасть в постель и проспать хотя бы часов десять, а лучше двенадцать. Вместо этого приходилось разводить по углам призрака и молодоженов, как несмышленышей в детском саду!
- Летиция Ларсен, - назвалась призрачная дама, исполнив изящный реверанс, безупречность которого несколько подпортило лишь то, что проделывался он в воздухе. - Старшая дочь барона Ларсена, классная дама в пансионе почтенной матушки Гертруды.
Не зря я чуяла в ней учительские замашки!
- Это дом вашего отца? - уточнила я, сделав знак нынешним хозяевам пока не вмешиваться, и села на предложенный стул.
Девчонка принялась заваривать чай, а ее муж выложил передо мной технический паспорт на дом и договор купли-продажи. Я мельком просмотрела бумаги, не нашла ничего интересного и отложила.
- Деда, - поправила призрачная дама сухо. - Особняк был построен на приданое моей бабки.
Я подняла брови.
- И как вышло, что владения столь почтенной семьи были проданы?
Она поджала губы, отчего вокруг них собралась сеточка морщин.
- Мой отец... скажем так, излишне увлекся обычными мужскими слабостями и растратил большую часть состояния.
Надо думать, это следовало трактовать как «спустил все деньги на женщин, выпивку и карты».
- Понимаю, - медленно кивнула я, поощряя ее
